Падение Империи (СИ)
Дело оказалось простым, но говорить о нём будут, как о краже этого века! Её ничего не стоило оглушить стражников своей красотой и игривой походкой. Пара прыжков, наполненных грацией кошки, мягкое и почти не ощутимое касание и вот, ключи от сокровищницы у неё в кармане. Затем, с десяток минут поработав отмычкой, он наконец отперла ларец и умыкнула рог, в придачу, наполнив свои карманы добротными горстями золота, а во внутренние вкладки она вложила пару бриллиантовых колье. Денег сейчас у неё было предостаточно, и великий, пусть и блеклый артефакт, на её вкус, был при ней.
Растрепав пепельные волосы, девушка перевернулась с одного бока на другой, размышляя, что делать дальше. Альтруистичные нотки она отбросила сразу. Вообще, она планировала с помощью артефакта и умений захватить власть в Амхарской гильдии воров. Воровская королева, или королевна, звучит прекрасно! Заулыбавшись, она представила, как же её будут короновать? Только вот, она слыхала о войне между кланами, придётся ей, хааэфилськой принцессе, наладить дела гильдейские…
Глава 27. Грифоново Перо
Окружающая их флора значительно поменялась за пять дней их путешествия. Зелёные леса и холмы уступили место просторным, и таким же зелёным скальным возвышенностям, со склонов которых стекали кристальной воды водопады. Большую часть этого плато, которое по слухам звалось Грифоново Перо, занимали прекрасные холмы зелени, лесные чащи остались позади. Шум это приятно разносился по местности, напоминая раскаты удаляющегося грома. Небольшая равнина, по которой они шли, была усыпана разными цветами, высота которых доходила Айдану и Каймлине до колен, вот Дориану приходилось хуже, так как пахучая флора ударяла ему в нос.
Солнце пекло необычайно, благо, ветерок спасал. Над их головами время от времени кружились ястребы с причудливой окраской. В пахучей траве носились песцы и мыши, а тишину, которая делила время с кузнечиками, прерывал крик ястреба. Иной раз, кричал не ястреб.
Над их головам проносились группки из трёх грифонов. Проносились быстро и почти так же стремительно исчезали вдали, улетая к видневшейся на горизонте массивной крепости. Иной раз они ложились в траву, когда грифоны решали поинтересоваться, кто шастает по их земле. Пока что, каждый раз грифоны теряли всякий интерес, когда незваные гости теряли всякую активность.
На шестой день путешествия, ближе к его окончанию, они спускались с очередного холма и разбили лагерь в небольшой ложбине между холмами. По ней им было довольно легко идти, так как крепость, к которой они шли, была совсем недалеко, но силы были изрядно подточены постоянными восхождениями и спусками с зелёных холмов. В большей степени страдала Каймлина. Дориан, как гном, выросший в горах и научившийся различать тропы до того, как пешком под стол начал ходить, был только рад бегать по этой местности, у Айдан была хорошая шнурованная обувь, на которую он потратил месячное жалование, год тому назад, вдобавок, физическая подготовка не прошла даром. Лекарке же приходилось совсем туго, а уж когда она стёрла ноги в кровь, в своих простецких башмаках, Айдану пришлось большую часть пути тащить девушку то на руках, то на спине.
Было холодно. Спасал только костёр и горячий травяной настой. За то время пока они шли, рана Айдана успела зажить и относительно затянуться. Теперь он мог нормально биться обеими руками, держа в левой руке кинжал, либо метая, либо нанося удары обратным хватом.
Дориану было легче дежурить вторую половину ночи. Пока он спал, Анкит проводил разминку, вспоминал удары и приёмы. Жалко, он вновь посеял щит, без него, он чувствовал себя каким-то, небоеспособным и беспомощным. Когда-то он думал, на чем ему остановиться? Булавы и молоты слишком медленные, пусть и справляются с бронёю на ура, топоры он всегда относил к чему-то вспомогательному и партизанскому. И всё же каждый раз, руки норовились взяться за меч и щит. Всё же, щит сам по себе был способен убить, вез всяких премудростей, хороший удар кромкой щита в незащищённую шею или открытой бок, и противник почти труп. Решив для себя найти щит и не терять его впредь, Айдан закончил разминку, выпил чаю и спрятался в палатку. Каймлина дрожала от холода и сжалась комочком. Анкит укрыл девушка своим одеялом, а сам подстелил для себя свой плащ.
Сон ни как не шёл, лишь чувство дремоты, то приходило на одном боку, то уходило на другом. Улёгшись на спину, Айдан почувствовал, как его урывают одеялом, а под боком мило и невинно сопят. Каймлина удобно так легла, устроившись рядом с капралом под двумя одеялами. Чуть улыбнувшись, она повернулась лицом к Айдану и чуть задрожала, ёжась от холода. В конце концов, Айдан не устоял перед её очарованием, и подвинул к себе, чтобы она устроилась рядом с ним. Каймлина широко улыбнулась и обняла Анкита так крепко, как позволяли её девичьи силы. Вскоре и сон пришёл, пусть и не долгий…
***Леди-капитан Шестого Красного Легиона Кровогорья, Луиза Коутрен, потеряла в этом плоскогорье три сотни человек. И не в битве за крепость Вингрхайяр, которая вовсе не состоялась, южане тоже нацелились взять в своё войско боевых грифонов. Благородные создания испокон времён жили в Зантаре, наравне с драконами, их обучали сражаться, они жили мирно, за ними охотились и вот, теперь, капитан Коутрен стояла под крепостью, в лиге от её стен. Где-то, почти на таком же расстоянии находился легион войск Лоренца, посланный сюда с той же целью, что и Шестой Легион.
Хозяева Вингрхайяра, грифоньи наездники и пастухи, не желали принимать в этой войне ни чью сторону. Утёс, на котором расположилась крепость, да и всё Грифонов Перо — один большой грифоний питомник, способный поставлять боевых крылатых существ. Пара сотен таких боевых грифонов, облачённых в доспехи, будут способный загрызть дракона насмерть, ящер даже крыльями взмахнуть не успеет. Однако, наездники на грифонах, отчаянные бойцы ни подпускали к стенам крепости ни солдат Шестого Легиона, ни солдат Лоренц.
Коутрен не желала положить здесь весь легион, в какой-то степени, солдаты противника страдали от нападок диких грифонов, так же как и её подчинённые. Она никогда не сможет избавиться от кошмара, в котором грифон уносит её и она разбивается об скалы. Вздрогнув, она опрокинула в себя чарку горячительного и принялась готовить очередной план, по взятию этой растреклятой крепости.
В шестом легионе её уважали как умелую воительницу и хорошего командира. Повезло её родиться в Кровогорье, где женщина и мужчина имеют почти равные права. В легионе, по крайней мере, в красном, так вообще были женщины-генералы. Она не воспринимала всерьёз всяких самодуров, что мечтали о равных правах для всех, такого никогда не будет, кто-то да обязательно будет выше статусом, умнее, сильнее и хитрее. Её нравилось её социальное положение, но вот положение, в котором стоял её легион, и это её нервировало.
На следующий день в лагерь нагрянул разведчик Пятнадцатого Красного Легиона, в компании с лекаркой и гномом. Луиза прикинула, как разведчик мог составить себе такую странную кампанию, но вскоре, приняла гостей и брата по оружию в своём командном шатре. Капрал Анкит отчеканил легионерское приветствие, и доложил недавние события, от которых глаза Луизы были готовы вылететь из орбит.
— … потом, ватаге, то есть, отряду пришлось разделиться. Сюда-то и прибыли, после того, как на болотах управились. — закончил Анкит. Коутрен прибрала распустившиеся волосы, чёрные, как ночь. Растерев, подышав на замершие руки, капитан посмотрела на карту, которую составили её разведчики.
— Капитан, если разрешите, я бы, мог помочь. Я… — капрал на секунду замолчал. Луиза вопросительно посмотрела на него.
— Я — сын Мартина Анкита, героя битвы за Кинхарт и Карден-Холл. Он был грифоньим наездником. При мне его кольцо, может быть, я сумею образумить тех, кто владеет крепостью? — капитан поёжилась от холода, и задумалась. Наверняка, Лоренцовы приспешники сошлют отряды по горным тропкам, чтобы взять проникнуть в крепость, или же зашлют туда «послов»