Падение Империи (СИ)
— За что? Ну, сука, за что? Почему не драконы, почему не нежить, а эти, треклятые, страшные, противные, пучеглазые твари. Я хочу домой, уж лучше в овчарне спать, чем быть сожранным пауками — чуть ли не плача, истошно застонал Тангер. Пока в пещере было тихо, как голодный, завывал лишь ветер, что взялся из неоткуда. Увы, такому спокойствию пришёл конец, когда земля вновь задрожала под чьими-то шагами. Из другой пещеры, вышла исполинских размеров паучиха, с восьмью крепкими, покрытыми плотными защитными хитиновыми пластинами лапами, всё её тело покрывал защитный хитин, за одним исключением, лишь пузо зверя было не защищено и выглядело мягким, покрытым мехом. Орин, как только эта тварь показалось, схватил Эльнору и Блексворда под руки, и что есть мочи припустил в очередной проход, коими эта пещера была наполнена полностью.
Спрятавшись, как мыши при приходе хозяина, они ютились в небольшом проходе, прячась с надеждой, что хозяйка-паучиха не возжелает найти незваных гостей. Блексворд прижал к себе клеймору и тихо шептал молитву, Эльнора заговаривала свои стрелы очередным заклятием, пока Орин выглядывал из-за угла. Паучиха устроилась в центре пещеры и улеглась дремать. Прошипев грязное ругательство, СтоннКассел вернулся в проход, который освещался тускловатым зелёным светом. Некромантка что-то шепнула, и огонёк стал сильнее, в тишине было слышно, как дышит это громадина. Словно гром среди ясного неба.
— О, Келтрик! Отец пламени, Дракон-Основатель! Тот-кого-зовут-первым! Услышь мой зов! Крести нас своим огнём, дай силу огненного шторма, стойкость лавы и скорость лесного пожара! Подари нам победу и славу, пронесись над нами бурей! А если мы падём, отчисти нас своим племени и позволь упокоиться в твоих лавовых озёрах. — Блексворд тараторил, зажмурившись и скорчившись в молитвенной позе. Орин подполз к нему и протряс за плечи, Тангер хотел было вскрикнуть, но СтоннКассел закрыл ему рот, и приложил палец к своим губам, нервно шипя. Тангер закивал головой и сжался ещё сильнее
— Мама… — прохрипел он.
— Эта тварь нам не по зубам. Можем проскользнуть мимо или прибить её спящей. Эльнора, знаешь, как нам отсюда выбраться? — женщина медленно кивнула и вдохнула полной грудью
— Примерно, здесь почти что лабиринт. Но, эта тварь, в общем, идти нужно туда, откуда она пришла, я помню примерный план, там будет вход к подъёмнику. –
— Что! Да вы с ума сошли, я никуда не денусь. Буду здесь, смирно и тихо… — воскликнул Блексворд, тут же затыкая себе рот.
— Перестань орать! Идиот, это единственный путь! — огрызнулась леди Айвенворд
— Это ты не ори. Я и на шаг не подойду к этой твари. –
— Если не возьмешь себя в руки, я тебя пинками выгоню — Эльнора указала на каблук своих сапог
— А ты попробуй, некромантка! — выдал Блексворд. Орин медленно снял латные перчатки и отвесил спорящим смачные подзатыльники, так, что они умолкли в секунду и стали зло коситься на него
— Хватит, как дети малые. Блексворд, либо помрешь здесь, как сыч и трус, либо как легионер, а лучше, аккуратно проскользнуть мимо паучихи и остановить весь надвигающийся на Зантар каюк! — прошипел Орин. Тангер нахмурился, но согласился.
Троица аккуратно вылезла из прохода, по очереди, прячась за огромными камнями, облепленными паутиной. Исполинских размеров паучиха спала, прикрыв громадные чёрные глаза своими веками. Её больше лапы, покрытие защитным хитином могли бы причинить вред даже дракону, сойдись эти звери в битве. Блексворд шёл впереди, тихо, однако бряцание доспехов в такой опасной близости могло бы их обнаружить. Шипя себе под нос все возможные проклятья, Тангер крася к огромному проходу в стене пещеры, откуда явился его самый большой страх. Второй шла Эльнора, сердце её стучало с необычайной силой, болью отзываясь в груди. Губы её тряслись, а сама она не отводила взгляда от огромных клешней, в районе пасти паука. Поежившись от холода, она лёгким шагом обошла лапу, которую паучиха выставила как мостик. С долей удачи и молитв, они проскользнули мимо громадины, однако, Эльнора и Орин застыли в метре друг от друга, когда вышли в очередную пещеру. Блексворд стоял на коленях, обнажив клеймору. Орин медленно вытащил Изгоя из ножен, вслед за ним, леди Айвенворд изготовила лук. Они втроём взглянул наверх, со стен и потолка свисали сотни, даже тысячи кладок яиц, а со всех направлений, к ним двигались пауки, которые были не прочь пообедать ими. В конце пещеры виднелся подъёмник, залепленный паутиной и яйцами. В стене виднелся путь, старая и заржавевшая шахта, слабый луч надежды, который вряд ли может сработать.
— Живо, к подъёмнику! — воскликнул Блексворд, отбывая нападения осмелевшего паука. Эльнора запустила в несколько стрел в орду пауков, которые моментально взорвались зелёным светом, заставляя паукообразны визжать. Втроём, они метнулись к подъёмнику, отбиваясь от нападок восьмиглавых тварей. Пока Эльнора отстреливалась, а Блексворд яростно кричал, разрубая ненавистных тварей, Орин принялся разрубать паутину и яйца, что закрывали им путь к спасению. Выбив баррикадную доску, Орин велел напарникам забегать внутрь. Первой туда заскочила Эльнора, за ей Блексворд, последним зашёл Орин, наотмашь рубя с разворота, чтобы ударить паука, что намеривался вцепиться ему в спину. Зеленоватая кровь на его говорила о том, что он всё провернул. Подъёмник являлся коробкой, на механизме цепного подъёма. Блексворд схватил пару досок, что валялись внутри коробки и закрыл ими дыру, через которую они вошли. Пауки остервенело наступали на них, пытаясь порваться внутрь. Приложив усилие, они сумели активировать рычаг, который, в свою очередь, привёл в действие механизм, что медленно поднимал коробку вверх, скидывая пауков.
Они почувствовали тряску и громогласные шаги, на зов своих многочисленных деток пришла мать-паучиха, разъярённая, злая и голодная, она оглушительно завопила и вошла в пещеру. Увидев медленный, со скрежетом поднимающийся подъёмник, она зашагала к нему, сотрясая всё на своём пути. Пауки при её виде разбегались, уступая дорогу. До вершины было ещё далеко, по подсчётам Эльноры их нужно было десять минут, что оказаться у выхода.
— Десять минут?! Да она нас за три минуты переварит! — воскликнул Орин, юный Тангер безостановочно кричал, отгонная паучиху клейморой. Они продолжали подниматься, а зверь уткнулся своей мордой прямо на них. Блексворд встал, завопил и воткнул меч в один из восьми глаз злой паучихи, скрипя зубами, он отскочил назад и упал на спину. Зверь оглушительно завопил, стал стучать огромными и тяжелыми хитиновыми лапами стучать по стенам, разозлившись не на шутку, паучиха впилась в коробку своими смертоносными клешнями и попыталась сожрать их. Эльнора прильнула к дальней стенке, приняла страх и ярость, сосредотачивая их и взывая к собственной силе и магическому запасу, произнеся длинную формулу, она запустила энергетическую стрелу в пасть твари. Паучиха вновь истошно завопила и отстала от подъёмника, оставаясь в пещере.
Как только они уже были у вершины, они удивились, увидев коридор из светлого камня с зажжёнными факелами. Метнувшись сию же минуту, Блексворд и Орин оказались в коридоре. Леди Айвенворд кое-как вытащила застрявшую ногу из-под двух прогнувших досок, кинула вперёд лук с колчаном и сама прыгнула, когда подъёмник стал с грохотом падать. Орин схватил её за руку, когда она не удержалась на краю, уступа. Блексворд подскочил к нему и стал помогать, вытаскивая Эльнору. Все трое, они упали на спину. Некромантка с благодарностью смотрела на них и дышала с неимоверным облегчением, прикрывая глаза рукой. СтоннКассел выдохнул, а Тангер истерично смеялся во весь голос, отползая подальше от края.
— Не двигаться! Бросить оружие! — провозгласил голос позади них. Они обернулись и увидели чёрных легионеров, точнее ренегатов чёрного легиона.
— Не понос так золотуха… — сплюнул в сторону Орин
***Их пленили, заковав в тяжёлые кандалы из почерневшего металла. Ренегатов было в три раза больше, сопротивляться было бессмысленно. Однозначно можно было сказать, что ренегаты здесь обжились, как следует. Когда их вели, как пленных на демонстративную казнь, Орин успел внимательно осмотреться. Жилые комнаты, по всюду сновали легионеры в чёрных доспехах, с изображениями трёх коронованных псов, встречались и так же доспехи, со знаком лошади с клинком в пасти, вставшие на дыбы. Жили они здесь, словно обосновали крепость или какой-нибудь орден, с регулярными патрулями.