Падение Империи (СИ)
— Ты что удумал? Это идиотский план! — воскликнул он, пытаясь остановить легионера
— Я полон идиотских планов! — смеясь, ответил Айдан.
***Айдан встал посередине лагеря. Его левая рука не было так боеспособна как правая, но он всё же вооружился щитом, чтобы устроить отвлекающий манёвр. Трижды он ударил мечом о щит. Так он продолжал, пока на шум не сбежалось почти полторы сотни Серебряных Листьев. Вперед вышел одноглазый эльф, за ним светловолосая эльфийка, что вела за собой связанного Корра. Увидев Айдана, Мейстланд преисполнился счастьем и надеждой, глаза вновь загорели жизнью и огнём, а лицо накрыла улыбка. Айдан кивнул другу. Затем поклонился одноглазому и светловолосой, в знак уважения.
— Меня зовут Гал’ок, это моя правая рука — Сиула. Кто же ты, легионер, пришёл за своим дружком? –
— Я Айдан Анкит. Капрал Пятнадцатого Красного Легиона. Я даю вам право выбрать. Сдавайтесь, сложите оружие и положитесь на милость лорда Мейстланда и лорда СтоннКассела. В противном случае, костьми поляжете. — эльфы звучно засмеялись. Айдан лишь самодовольно ухмыльнулся. Отряды освобожденных уже заходили им за спины, оставалось только дать сигнал. Гал’ок кивнул и звучно ответил, не убирая ухмылку с лица
— И кто же нас заставит? Ты, капрал? — Гал’ок развел руками, эльфы засмеялись пуще. Айдан прикрывал левую ладонь клинком. Его одноручный клинок, что он нашёл в одном из оружейных шатров удобно ложился ему в руку. Простой меч, заточенный, с круглым эфесом и крестообразной гардой, предварительно смазанный маслом. В левой ладони покаялся кремний. Айдан шагнул вперед, и резко провел по лезвию левой рукой, так, чтобы кремнии образовал искры. Одновременно с движением левой руки, он выполнил движение, которое напоминало вынимание меча из ножен, когда эти самые ножны находятся в левой руке. Выполнив нехитрый трюк, что он прокрутил когда-то давно на турнире в Кинхарте, Айдан подал сигнал. Внезапная вспышка и эльф в страхе подались назад. Меч Айдана горел ярким пламенем, а сам он напоминал Нерана Драконью Кровь, выходящего на очередной бой, против драконов.
— Меч горит! Как Юмкара Нерана! –
— Наследник Нерана! Быть не может! –
— Лок-Хай’Эред! –
— Пророчество… это не возможно! — застывшие эльфы лишись прежней уверенности, когда Айдан медленно пошёл на них, в этот момент наверху, на отвесных мостах начался бой, как раз подоспевший Дориан повел отряды в бой, прямо в спину Серебряным Листьям.
***Терон признал, что это было внезапно и пафосно. Теперь он будет всегда напоминать Айдану об этом, если капрал вдруг заикнётся, что не любит пафос. Среди пленных оказались не только крестьяне, но и легионеры, что организовали достойную атаку на Серебряных Листьев. Выхватив кинжалы, Терон поспешил спуститься вниз, в самую гущу событий, за ним пошла и Аэйри.
Корр метнулся в сторону от битвы и принялся зубами разгрызать путы, однако в этот момент к нему подскочил Гал’ок, который окутал его шею веревкой, зашёл за спину и начал душить его. Верёвка была плотной и крепкой, она сдавливала трахею, артерии и гортань. Воздуха катастрофически не хватало легкие, горели, он не мог сказать ни слова, лишь рычать и стонать, пытаться вдохнуть хоть каплю воздуха. Кор бился, кусался, рвал и метла, пытаясь выбраться из холодных лап смерти. Увы, хватка одноглазого оказалась сильнее, всё вокруг стало холодным, в глазах потемнело, а затем Корр упал на землю, не дыша.
Терон почувствовал, как воздух из его легких вышел и вновь оказался в них, обжигая носоглотку. В суматохе он увидел бездыханное тело Корра. Его глаз задёргался, зубы застучали друг о друга, а руки сами откинули кинжалы в стороны, желая выдавить глаза этому проклятому эльфу и его суке. Слезы не было, была лишь печаль, что переросла в зияющую пропасть холодной ярость, что как печь, отапливаемая углём, только раскочегаривается, а уголь — гнев, что огнём ходил по крови. Оставляя в ушах лишь звон, что барабаном бил по перепонкам и вискам.
Время словно замедлилось. Хватило лишь десятка секунд, что он преодолел расстояние между ним. Аэйри выпустила стрелу, прямо как пять лет назад, Сиула убила Рену, так и сейчас, светловолосая эльфийка захлебывалась своей кровью, лежа на сырой земле с пробитой шеей.
Терон оказался совсем рядом с целью. Он наскочил на него, с яростным криком. Схватил за грудки, развернул и откинул в сторону. Гал’ок оказался ловким, а поэтому устоял на ногах. Ярости Мейстланда не было границ. Он рвал и метал, истошно крича на древнем наречии.
— Хагон сотар Мхахгор! (Ярость Сокола!) Терон понятия не имел, откуда он знает эти слова и их значение, в памяти всплывали древние Мейстланды, что с таким же словами рвались в бой.
Его окутало странное чувство. Его преисполняла некая сила, энергия, что питала всё тело яростью и злость. Он столкнулся в рукопашной схватке с одноглазым, они били друг друга, норовясь молниеносно провести серию атак по болевым, что выведет одного из строя. Кулак Терона угодил прямо в правую щёку эльфа, затем Гал’ок пропустил второй и третий удары. Эльф отскочил назад и ударил противника ногой в корпус. Терон пошатнулся, закрываясь руками, жадно хватая воздух. Гал’ок улучил момент и набросился на него, повалив на землю. Эльф насел сверху, придавливая Терона всем своим весом. Он продолжал его бить, бить сильно и остервенело. Кровь хлынула из носа Терона, как вдруг он вновь увидел перед собой бездыханное тело Корра. Магия проникал во всё его тело. Мейстланд остановил кулак противника, схватив его своей рукой, которая горела, синим пламенем, обжигая лишь эльфа, но ни как не мага, что направил энергию и магический потом, чтобы он они обрели форму огня. Гал’ок закричал, чувствуя, как синий огонь сжигает его кулак до костей. Одноглазый эльф слез с Терона у пал на землю. Мейстланд схватил его за лицо и поставил на колени пред собой, рыча как дикий зверь
— Говорил же, гореть тебе синим пламенем. –
— Терон! Корру нужна помощь! Ты нужен брату! Этого ублюдка ты сможешь казнить, казнить как лорд, не уподобился ему! — битва уже давно закончилась. Серебряные Листья сдались, кто-то сумел бежать. С минимальными потерями, восставшие пленные победили и обрели свободу.
Мейстланд направил силу с потоком в кулак, и размашисто ударил одноглазого, оглушив его на долгое время. Повсюду лежали тела. На тело Корр склонились Айдан, который пытался привести его в чувства. Анкит прокричал
— Он не дышит, сердце остановилось. — легионер стянул с него рубаху и принялся делать непрямой массаж сердца. Аэйри подбежала, села рядом с ним сделала ему искусственное дыхание, выполнив несколько неглубоких вдохов и выдохов. Затем Айдан надавил на грудь Корра, но результата это не дало. Терон растолкал всех, и чуть приподняв тело брата, крепок обнял его, тихо плача
— Проснись, молю, проснись. Прости, прости меня. Я не смогу без тебя, проснись, дурень… — послышалось тихое хрипение, с усмешкой
— Второй раз удушишь, дурень. — Терон тут же отпрянул и затряс брата за плечи
— Живой? Живой! Сука, как ты посмел, я старше тебя на семь минут, а значит, первым умру, понял?! — Корр хрипло посмеялся,
— Кто там говорил, что я сожрал всю магию в утробе матери? Теперь на пару будем огненные шары кидать. Ты убил его? — Терон покачало головой, помогая близнецу встать
— Отведём его в Амхару и казним. — он посмотрел на Айдана. Тот гордо кивнул и подмигнул ему. Затем, командным тоном, он обратился ко всем стоящим на поле битвы
— Господа, собираем всё ценное и двигаем в крепость Кулдар!
***Время шло к обеду, Терон и Корр связали Гал’ока, и на верёвке, повели за собой. Почти три стони человек, обшарили лагерь, вся это процессия напоминала большой караван, ведь в лагере нашлись лошади и повозки, на которые благополучно были сложены шатры, ящики и бочки с добром. На несколько повозок посадили раненных и немощных, и караван вышел из леса, двигаясь по тракту к Куладру. Ватага стояла на перепутье. Терон, Корр и Аэйри решил отправиться в Амхару, чтобы судить Гал’ока при дворе рода Мейстландов. Айдан и Дориан решили двинуться к крепости на Грифоньем плоскогорье, искать шестой легион. Попрощавшись и обнявшись на дорогу, они уже начали расходиться, как Корр вспомнил про одну вещи. Он подошёл к Айдану и протянул ему его кольцо. Анкит принял его и вернул Корру его кольцо.