Падение Империи (СИ)
За эту неделю Вал убивал с такой яростью, что некоторые южане старались атаковать парами, со страхом осознавая, чьего брата выпотрошили как рыбу и выставили на показ у стен. На этот раз Вал был вооружен алебардой и надо было сказать, что орудовал он е. неплохо, круша щиты с полумесяцами и чёрными солнцами. Только вот с тремя врагами, один из которых уже заходил со спины, он не справлялся. Подскочив к соратнику, Айдан налетел на того, который намеривался ударить его со спины и сбросил его пинком со стены на копья. Затем, он лишь пригнулся и Вал раскрутившись, взмахнул алебардой и отправил двух других в полёт на со стен на колья. Они только успели кивнуть друг другу, так как враг вновь наступал на них.
***Айзора вытерла кровь с лица. Не хило ей досталось. Пара зубов были выбиты, а на лице не осталось румяного места, вся она была в синяках, ссадинах и прочих ушибах, но Львица Риноя продолжала драться, лучше её дракон сожрёт, чем она упадёт бес сил! Пауль бился бок о бок с ней. Закрытый шлем капеллана мешал точно определить, досталось ли ему, но то, что его палица с несколько штурмов раскрошила десятки черепов и щитов, говорили о том, что Дейн ещё может биться. Вонзив клинок промеж глаз очередного южанина, она метнула меч врага в его соратника и вновь получила кулаком латной перчатки по лицу от подошедшего слишком близко врага. Выплюнув пятый по счёту зуб, Львица Риноя метнула песок в забрала южанин и сей же момент, взревев подобно зверю ей штандарта, рубанула по ногам, а затем вовсе разрубила южанина пополам.
На капеллана, словно бешённая фурия налетела Дева меча из Ренеты. Такие воительницы были ловки, быстры и смертоносны и чаще всего носили по мечу в руке. И вправду она была похожа на вихрь смерть, потому что лезвия мечей были похожи на расплывшиеся пятна и двигалась она поразительно быстро. Айзора подхватило копьё, левый глаз слабо видел, но она метнула и почти попала в ней. Дева меча опешила буквально на секунду и капеллан Дейн размозжил её голову своей булавой и тут же взмахнул ей, когда с диким рёвом на него налетела вторая воительница. И тут капеллан сумел моментально отправить врага к праотцам, ударом булавы свернув ей шею.
Внезапно она почувствовала боль. Из её плеча торчала стрела, вторая вонзилась чуть н иже груди. Не в силах держаться на ногах, она завалилась на холодный и мокрый от крови камень. Пауль подскочил к ней и заслонил собою от набежавших южан. С небес их накрыла тень крыльев и Айзора уже попрощалась с жизнью, как на гвардейцев Лоренца налетала Альва, разрывая их в клочья и упиваясь их кровью. Пауль поднял Айзору на руки и понёс в безопасное место а Ринойская Львица приметила, что у капеллана Дейна на приятное удивление сильные руки…
***— Семнадцатый! — кричала Аэйри, отправляя во врага уже треть стрелу подряд. Этот оказался крепкий и продолжал лезть, не смотря ни на что.
— Двадцать шестой! — провопил Корр, отправляя огненный шар в мятежников, что взбирались по стенам на осадных лестницах.
— Сорок третий! — отвечал Терон, сжигая врага электрическими молниями из рук.
— Пятьдесят первый! — глухо кричал Дориан, вынимая топор из черепа южанина и тут же разрубая ещё одного, подошедшего по лестнице.
— Хорош считать суки, сожгите эти лестницы к ядрёной матери! — прорычал Айдан, вновь сбрасывая врага со стены. Близнецы в миг пробежались к противоположным концам центральной стены и отправили потоки погибельного пламени на десятки лестниц, по которым забирались чуть ли не сотни солдат Лоренца. Как только пламя их объяло, в воздухе повис смрад горящего мяса и смерти, а звук битвы перебил вопль сгорающих заживо солдат.
— Сам сука! — отвечал Терон, отряхиваясь от ошмётков отрубленных конечностей.
— Айдан! Айдан! По стене к ним прибежала Сурана, вся поникшая и окровавленная.
— На западной стене катастрофа! Гарет ранены! Южане, они повсюду! — девушка испугалась. За время штурмов Айдан узнал ей как сильную и крепкую воительницу и то, что страх брал на дней вверх, уже говорил о дерьмовом положении защитников. Вал потряс её за плечи и рявкнул
— Соберись, родная! Ещё ничего не кончено! –
— Ватага за мной! Остальными держат центральную стену до последние капли крови! За легион! За Кулдар! — провопив это, он услышал ответ защитников, что кричали девиз легиона и его имя. Стремглав пронёсся по трупам врагов и друзей, они вышли к западной стене. Стяг легион реял над большим скоплением легионеров, что были окружены в кольце южан. Жив ли Гарет в этой свалке? Неизвестно. Подняв полковое знамя, что валялось в луже крови, Айдан с воплем помчался по стене, врываясь в ряды южан, ведя за собой отряды свободных амхарских подразделений. Клином они ворвались в ряды врага, окружившие Зашеира Пашара, Луизу Коутрен и Гарета. Кровавая пелена застелила глаза и Айдан, вооружившись знаменем-копьём, налетел на офицера Лоренца и вонзил остриё прямо бок южанина с красным плащом, пробивая всё тело.
— Всех порублю, сукины дети! — завопил он, обнажая меч. Вот он убил одного, отрубив ему голову, второго, разрубив его пополам, а когда меч его затупился, он схватил вражеский меч, похожий на саблю и принялся рубить и резать южан её. На него напрыгнул ещё один враг, глаза которого были необычайно расширены от ярости. Он крутанулся и выбил копьё из рука сержанта, но легионер накинулся на него, вцепившись большими пальцами в горло, сдавливая кадык так, что через несколько секунд южанин задыхался и захлёбывался собственной кровью. Его соратники дрогнули и защитники крепости погнали их взашей со стен Кулдара.
— СтоннКассел! Сержант! СтоннКассел! Айдан! — защитник скандировали, а южане вновь перегруппировывались для нового штурма.
— Ты задал им — глух сказал Гарет. Ему помогал идти Зашеир, на котором, как казалось, не было живого места. Капитан был ранен бедро. Под доспехом багровела кровь и виднелась сквозная рана.
— Гарет, мы не сдержим крепость… — вновь начал Пашар, усадив капитана у зубца. Со двора прибежала Алетра Рейна, с сумкой наполненной бинтами и лекарствами
— Я же велел уходить, Алетра… — устало проговори Гарет, пока леди Рейн занималась его раной.
— Я не позволю тебе так глупо погибнуть, СтоннКассел! Сиди и не дёргайся! — нервно протараторила она, перевязывая рану — внезапно послышался взрыв у главных ворот, враг вот-вот прорвётся в крепость.
— Нужно их отбросить — проговорил Айдан
— Давай, сержант, командуй — сказал Пашар, надевая свой остроконечный шлем, Гарет кивнул поддерживая его слова, он был слишком слаб, чтобы продолжать бой.
— Смертник! — прокричал кто-то с центральной стены. Незамедлительно послышался взрыв и центральная стена вместе с воротами Кулдара обрушилась, и вся крепость затряслась, поднимая высоченные столбы пыли
***Джасмаль акадар Халаид получил чёткий приказ. Кулдар должен быть взят. Тем более, стены его уже пали и сейчас он поведёт лучшие отряды Волка Юга на жалкие остатки крепостных защитников и завоюет великую славу для воина юга. Он не может подвести своего господина. Либо он выполнит эту задачу, либо погибнет славной смертью в бою!
— Легион наступает клином! — он отдаёт приказ и возглавляя элитный отряды мчится в бой в первых рядах. Они стремительно проносятся сквозь пыли и с обнажённым оружием вбегают во внутренний двор крепости, где их уже ждут воины во главе с Айданом СтоннКасселом. Защитники Кулдара встретили их в полумесяце, выставив вперёд сотни, если не тысячи копий. Две армии столкнулись во дворе крепости. Джасмаль рубил легионеров без особой ярости. У него был чёткий приказ. Но ведь когда-то они бились бок о бок. Когда-то, роди сохранения империи они умирали спина к спине. Почему же сейчас они так остервенело резали друг друга? Только потому что Лоренц, как обиженный брат решил забрать Трон, как игрушку, что должна принадлежать ему? Джасмаль убивал без ненависти. Он убивал с сожалением. А как же пророчества о том, что им необходим объединиться против Ненасытного? Скольких он уже убил? Скольких потерял? Но клятв Джасмаль, сын Халаида нарушить не мог, ведь так?