"Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Понимая, что в такой ливень делать в городе нечего, Константин отправился в ванную. Открыв кран, он оставил наполняться здоровенную чугунную лохань с претензией на шик, и пошел умываться. Через пять минут он лежал, вытянув ноги, в горячей воде, с папиросой в зубах, и, прикрыв глаза, составлял план на день. Во-первых, ему нужно было навестить герольдию. Прояснить вопросы по собственному роду и найти информацию о Юлии. Во-вторых, ему нужно зарегистрировать собственную торговую марку. «Торговый дом Воронцов» — звучало вполне неплохо. В-третьих, нужно снять мастерскую для Лады и закупить все, что ей нужно для производства образцов.
  
Из раздумий Константина вырвал сначала стук в дверь, затем звук приоткрываемой двери.
— Завтрак в номер, — раздался из комнаты женский голос, и звук слегка дребезжащей металлом тележки.
Константин чертыхнулся, дурацкая ситуация, он голый в ванной, без оружия. Хотя, что там говорил ведун про прислужника…
— Беляш, на выход, — отдал он мысленную команду, и тут же из белой дымки вынырнул его верный спутник. — Укройся справа за дверью, если кто-то сюда войдет с оружием, обездвижь его.
— Да, хозяин, — последовал немедленный ответ, и прислужник занял указанную позицию.
Константин же на всякий случай активировал призыв тени. Если это не завтрак, то он будет защищен от первого выстрела или удара ведой.
— Благодарю, — крикнул он в ответ, — оставьте в комнате.
— Да, Ваше сиятельство, — последовал незамедлительный ответ, и стук каблучков по паркету, затем Константин услышал, как закрылась входная дверь.
— Зря только веду активировал, как бы не стать законченным параноиком, — пробормотал он и, прикрыв глаза, продолжил наслаждаться горячей ванной.
Через двадцать минут он все же выбрался из ванны и, завернувшись в халат, висевший тут же на гвоздике, отправился завтракать. Ливень постепенно стихал, туча сдвигалась к северу, а значит, релаксация закончена, и пора браться за дела, которых просто неимоверное количество.
Константин поднял крышку, прикрывавшую еду. Что ж, классика — яичница, еще горячая, поджаренный хлеб, масло, икра, правда, какая-то мелкая и белесая, с десяток кусочков разной колбасы и сыра, и… Он даже глазами хлопнул от удивления, вместо привычного взвара, чашка, от которой одуряюще пахло чаем.
Беляш обнюхал еду и не нашел в ней ничего подозрительного. Как объяснила Юлия, прислужников часто использовали для определения яда в пище, вот только с вином они справиться не могли.
Завтракал Воронцов быстро и торопливо. Дождь закончился, а значит, пора ехать по делам. Причем его маленькому отряду требовалось разделиться. Лада с Гордом, забрав фургон, отправлялись смотреть мастерскую. А Константин, арендовав легковушку с водителем у местной гостиницы, в управу и в герольдию. Но чай он смаковал, он так устал от хоть и бодрящего, но горьковатого взвара, что испытал форменное блаженство от того, что может пить напиток, к которому привык. Еще бы кофе раздобыть… Но одно то, что чай тут имеется, уже хорошо. Надо будет поискать по лавкам, кто торгует подобным товаром, может, и кофе найдется. Но все когда-нибудь заканчивается, и нужно торопиться, день не бесконечный.
Бросив взгляд на висящие в шкафу вещи, Константин вздохнул и принялся облачаться в новую одежду — штаны, типа бриджей, из прочной темной ткани, новые остроносые сапоги, белая блуза и камзол, под которым разместилась оперативная кобура, относительно скрытно, вроде как запрещено, но ходить по городу с оружием состоятельным людям, по местной традиции, невместно. Такие, если чего, опасаются и нанимают защитника. Но Константин пошел другим путем. Ну и заключительный штрих — треуголка и трость. Взглянув на себя в больше зеркало бывший детектив едва не выматерился, оттуда на него смотрел совершенно чужой человек, и, как ни странно, одежда действительно изменила его образ, сейчас он видел боярина Константина Воронцова.
— А мне нравится, — не замедлила сообщать Юлия.
— Только это не я, — ответил Константин и вышел из номера.
Коридоры с коврами на полу, картины на стенах. Особенно Воронцову понравилась одна под названием «После тьмы». Интересно только, как художник умудрился воссоздать точную копию дворца князя, сомнительно, что твари, обитающие в столице, дали ему спокойно сделать набросок, установив мольберт на центральной площади. Постояв перед картиной пару минут, Константин хмыкнул и пошел дальше.
— Ваше сиятельство, — с поклоном произнес появившийся, словно из неоткуда, управляющий, — рад видеть. Как спалось? Понравился ли завтрак?
— Да спасибо, все хорошо. Мои спутники еще тут?
— Уехали час назад, в самый ливень. А вот и ваш водитель, звать его Фокой, он отвезет, куда скажите, и ответит на любой интересующий вас вопрос.
Константин бросил взгляд на поднявшегося с диванчика мужчину средних лет, одетого в темно-синий френч с блестящими пуговицами и фуражке. Вид у него был серьезный. А еще он был вооружен, на бедре кобура с «иволгой», для города калибр вполне достаточный.
Заметив взгляд Константина, управляющий тут же пояснил:
— На время аренды машины он является еще и вашим персональным охранником.
— Хороший сервис, — похвалил Воронцов. — А теперь, Фока, нам пора, сначала едем в герольдию.
— Да, Ваше сиятельство, машина будет у подъезда через минуту.
И мужчина решительно направился к выходу, но не центрального, а на другую сторону гостиницы, где была парковка.
Воронцов хмыкнул и, достав портсигар, вытянул оттуда сигариллу, еще накануне он увидел в рядах табачную лавку и сделал небольшой запас, теперь он мог наслаждаться хорошим табаком, а не тем, что пихали в дешевые папиросы. Выйдя на крыльцо отеля, он кивнул солидному мужчине, который сидел за столиком и, дымя трубкой, читал газету.
Константин прикурил и посмотрел на улицу, потоки воды почти исчезли, город не имел ливневки, и был построен так, чтобы вода с улиц уходила в реку. Кстати, герольдия оказалась на левом берегу, и поскольку мостов такой длинны тут еще не строили, то придется опять плыть на пароме.
Черный блестящий автомобиль, напомнивший Константину старый Хорьх, с колесом за передним крылом, остановился перед прямо перед ним — длинный капот, двухместный салон, крыша не откидная, а обыкновенная. Фока выскочил с водительского места и, обежав машину, распахнул перед Константином дверь.
Мужчина с газетой заинтересованно приподнял бровь, но ничего не сказал.
Воронцов, раздавив в высокой железной чаше пепельницы окурок, спустился по ступеням, поигрывая новой тростью. Кстати, она обошлась не дешево, поскольку была со скрытым клинком. Но Лада обещала потом с ней поработать и превратить в настоящий артефакт.
Константин забрался на пассажирское место. Мягкие кожаные сидения, приборная панель под темное дерево, лакированная, выполнена хорошо, сам салон обтянут какой-то плотной темной тканью, приятно пахнет дорогим табаком, нет ощущения, что едешь в пепельнице.
Фока вернулся на свое место, и машина неспешно тронулась с места, набирая скорость. Воронцов оценил комфорт и плавность хода, машина была очень стильной и хорошей, это не в грузовике трястись, прилагая неимоверные усилия, чтобы руль провернуть. Но за городом на любой грунтовке она сядет на брюхо и с места уже не тронется. Сейчас же бывший детектив получал истинное удовольствие от поездки.
— Фока, — обратился он к водителю, — расскажите о машине.
Если водилу вопрос и удивил, то виду он не показал.
— Это «Восток-Империал 03», почти новый. Выпуск наладили на большом заводе в Волкове, вотчине боярина Волкова, что отсюда в неделе плавания по Уре.
  
— Далеко, — припомнив, что в местной неделе девять дней, заметил Константин.
— Далеко, — согласился Фока. — И цена кусается — чуть больше тысячи золотом.
Константин вспомнил, как толкнул поселянам убитый грузовик с шахты за шесть или семь монет, и едва не рассмеялся. Производство подобного транспорта обречено быть, если не штучным, то точно малосерийным.