"Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Негр размахивал руками и агрессивно что-то доказывал старику. Рассел молчал, но внимательно слушал, на его деревянном лице не проскользнуло ни одной эмоции, идеальный игрок в покер. Лена что-то тихонько бубнила, изредка смотря на Радима, похоже, она была за мирное соглашение, он чувствовал ее страх. Она понимала его лучше, чем все эти самоуверенные пиндосы, и видела, что это не бравада и не блеф. Но старик…
  
— Я сейчас отключусь, чтобы спокойно поговорить с полковником, жди. Но я не думаю, что он даст добро, впереди война с демонами, и возможно, с этими уродами придется договариваться и действовать сообща.
— Я с этими пидорами работать не буду, я с ними срать на одном поле не сяду, — резко заметил Вяземский. — Суки они. Все, давай к полковнику. У меня кончается терпение, а я пока выясню интересующие меня вопросы и потихоньку начну уничтожать тут все. У тебя минут десять, а потом я разойдусь по заветам Владимира Семеновича Высоцкого.
— Все, ушла. — И Ольга исчезла из его головы.
— Эй, Питерс, — окликнул Радим старика, который взмахом руки оборвал дискуссию помощников, которые начали сраться меж собой, и, повернувшись, посмотрел на Вяземского. — Один вопрос, мне только непонятно, откуда вы взялись в этом долбаном Колорадо?
— Ничего сложного, — отозвался Джим, — мы вычислили берлогу Даны, и над ней вот уже несколько дней висели беспилотники. Руны мы применять не могли, чтобы она не почувствовала, а вот высотные разведчики — да. И каково же было наше удивление, когда из дома вышел ты и направился гулять по окрестностям.
— Что ж, ларчик просто открывался, — хмыкнул Радим, — вопросов больше не имею. А теперь снимите эти железки, верните мои вещи, и мы расстанемся, если не добрыми друзьями, то хотя бы не лютыми врагами. Вербовка у вас не задалась. Отпускайте, вы проиграли. Впереди война с демонами, и человечеству потребуются все бойцы. Даже такие как вы.
Старик выпучил глаза, словно не веря, что он услышал то, что услышал. Радим даже понадеялся, что сейчас деда инсульт скрутит, но нет, выжила редиска.
— Ты зря испытываешь мое терпение. Знаешь, я, пожалуй, отправлю своих ходоков по домам твоих друзей, побудут с ними, пока ты не станешь сговорчивым. А чтобы это случилось быстрее, в квартире некоего Стаса произойдет пожар, и вся его семья сгорит, а может, отравится ядовитым газом, не важно, у тебя останется еще двое друзей и их семьи. Ты мне скажи, кто теперь в проигрыше? Хотя, если тебе плевать…
И тут за ушами Радима снова защекотало, и он дал разрешение на разговор.
— Убей их, — совершенно неожиданно для Вяземского произнесла Ольга. — Старостин дал добро. Эта старая тварь задолбала всех, ее бы давно грохнули, если бы могли добраться. Это не союзники, это противники. Есть данные, что они после событий в Заринске стали искать выходы на демонов.
— Понял тебя, милая, скоро буду дома, люблю тебя.
— Береги себя, — последовал немедленный ответ, и разговор прервался.
— Минута почти истекла, что ты ответишь на это? — процедил сквозь зубы старик.
Радим с ненавистью посмотрел ему в глаза, прикинул расстояние до подручных. Те стояли вокруг старика и выглядели довольными произведенным эффектом, только Рассел отошел подальше к двери, облокотившись на стену, это было на руку Вяземскому. Ему, прежде чем умереть, предстояло освободить Дикого. Он еще раз взглянул на старика, которому оставалось жить считанные секунды. Руна пепельной смерти, которая так здорово его выручила в битве с некромантом, была уже готова, осталось спустить ее с поводка.
  
Глава 17
 
Все вышло, куда быстрее, чем тогда с умертвиями, и шар на этот раз был не таким большим. Радим не стал накачивать его энергией по максимуму, хватило незначительного вливания. Пепельный мячик размером с яблоко угодил в грудь старика. Тот, в отличие от Радима, который прекрасно видел собственные руны, был слеп. Мгновение, и триумф на его лице сменился ужасом. Это было последнее, что он ощутил, прежде чем его душу поглотила демоническая руна. Сейчас Вяземский не испытывал никакого сострадания. Жалко, что Зое не удастся поглотить его душу, очень много тайн унесет с собой Джим Питерс. Но прежде, чем старик начал заваливаться на пол, Дикий создал светляка, что получил из кристалла в мире летающих городов. Тот, по его велению, возник прямо перед камерой, которая висела в углу под потолком. Он был не слишком сильным, и почти не привлек внимания. В этот момент Питерс начал заваливаться на бок, а прошедший его насквозь пепельный шар разделился на две части и ударил по негру и Елене. Рассел, почуяв неладное, одним стремительным движением вытащил здоровенный тесак с изрядной долей миродита и рванулся к столу, к которому был прикован Радим, но замер, не дойдя всего лишь метр. Демоническая руна ментальной атаки в мгновение ока проломила довольно неплохую оборону американца и полностью подчинила его, это и стало последним этапом операции по освобождению. Радим ощущал его мысли, сопротивление, но оно было настолько слабым, что даже не стоило внимания.
— Освободи меня, — приказал Дикий.
Рассел сунул руку в карман и вытащил оттуда какой-то мелкий артефакт. Подойдя к столу, он по очереди приложил его к браслетам, и те мгновенно открылись. Радим, выдернув иглу капельницы, соскочил на пол, забрал у зеркальщика его свинорез — классический боуи, тяжелый, длинный, можно колоть и рубить. Пока этого хватит, вскоре он вернет свое оружие. Копаясь в мозгах Рассела, выяснил, что его вещи лежат в трех комнатах отсюда. На объекте девять зеркальщиков и одиннадцать человек персонала. В отличие от отдела, пиндосы не стеснялись использовать непосвященных, просто подводили их под клятву, низводя до состояния рабов. Минус этой руны был в том, что чем дольше она воздействовала, подавляя объект, тем больше деградировал человек. Примерно через пару лет вы имели в своем распоряжении исполнительного дебила. Ну, пиндосы никогда особо не заморачивались такими понятиями, как мораль или совесть, им всегда был нужен результат, так что деградировавших рабов просто отправляли в туман междумирья.
Радим усилием воли выжег мозг Расселу Куперу, и еще живая оболочка рухнула на пол. Руна призыва, и вот он уже не один, Зоя и Ариес возникли прямо перед ним.
— Поглотить, — добивая боуи Рассела и создавая руну удержания души, приказал Радим. — Сделать это как можно быстрее. Если что светлое останется, отпустите.
— Да, Дикий, — выдали синхронно оба призрака и направились к телу зеркальщика.
Не сказать, что душа Купера была совсем уж черной, но Зоя и Ариес в две руки выкачали из него прилично силы, отпустив сгусток размером с кулак. На все про все ушла пара минут, именно столько потребовалось остальным обитателям базы, чтобы осознать, что в допросной что-то происходит, и выдвинуться к ней под сокрытием. Только для Радима, который стоял перед дверью с активированной руной демонического пронзительного взгляда, пять полупрозрачных золотых силуэтов были как на ладони.
Он отозвал призраков и, обрядившись в антрацитовый демонический доспех, ушел в невидимость. Успел как раз за мгновение до того, как дверь распахнулась, и в проеме возник первый зеркальщик. Вот сейчас Вяземский очень жалел, что руны круга ему не подчиняются, ударить бы рассеиванием и поубивать всех. Но чего не было, того не было, а еще он очень жалел, что в его руках обычный миродитовый свинорез, а не демонический кукри, который как раз рассеивал таких вот невидимых гостей, не подпуская их к хозяину. Так что теперь придется ждать, когда сами проявятся.
  
Несколько секунд зеркальщик пялился на тела, во всяком случае, об этом говорило положение головы, затем ударил вокруг себя рассеиванием. Надо сказать, это был просто охрененный ход, такого подарка судьбы Вяземский даже не ожидал. Радиму на рассеивание было плевать, на демоническую невидимость эта руна не работала, вернее, работала, но сил в нее должно было быть влито не меньше пяти единиц, а боец по незнанию ударил стандартом, а это даже не половина единицы, хватило, чтобы всю комнату просветить, но не больше. Зато он умудрился выбить из сокрытия своих дружков, в коридоре появились четыре человека, двое с арбалетами, двое с точно такими же боуи, как и у Радима в руках. Единственным результатом стало уничтожение светящегося шара, который блокировал камеру.