"Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Вяземский выбрался из машины и открыл багажник.
— А где подковы? — удивился капитан.
— Не нарыл, бедный сегодня улов. Давай, ищи, что тебе надо, я тебе корочки покажу, и дальше поеду.
ДПСник, уже сунувшийся в багажник, остановился, и пристально посмотрел на Радима.
— Какие корочки?
— Вот эти. — И Дикий развернул перед ним служебное удостоверение.
Кучков прочитал текст, потом мотнул головой и прочитал снова.
  
— Ты знаешь, что бывает за подделку документов? Какой из тебя лейтенант ФСБ?
— Ну, запроси управление, на тебе номер, — протягивая визитку, — это майор Кочнев. Он тебе все подтвердит. Могу номер дежурного дать, чтобы сомнений не осталось.
Кучков был человеком принципиальным, служил не за страх, а за совесть, за что Вяземский его уважал. Взяв визитку, он набрал номер, после чего отошел на пару шагов, разговор не занял и пары минут.
— Прошу прощения, товарищ лейтенант, — возвращая карточку, произнес он. — Слушай, Радим, а у тебя эти корочки всегда были? Почему раньше не показывал?
— Не было, — честно ответил Вяземский, — все изменилось год назад. А теперь мне пора, удачи тебе, капитан.
— И тебе, лейтенант.
И, козырнув, Кучков вернулся к своему напарнику, который все это время стоял в дверях будки, мацая без дела свой автомат.
Стоило Вяземскому переступить порог дома, как он едва не был сбит с ног бросившейся ему на шею Ольгой. Долгий поцелуй, руки выпустили металлоискатель и рюкзак и легли ей на бедра. Так они стояли минут пять, и хоть виделись всего несколько дней назад, но именно сейчас Радим ощущал, как соскучился по своей женщине.
— Когда приехала? — проведя рукой по черным, слегка вьющимся волосам, спросил он.
— Вечером, на поезде, семь часов дороги, и к одиннадцати тут была. Тебя беспокоить не стала, решила сюрприз сделать. Правда, проспала, всего двадцать минут назад встала. И вообще, вали мыться, от тебя костром и потом несет, никакого доступа к телу, пока от походного запаха не избавишься. Как съездил?
— Замечательно, — ответил Радим. — Держи сувенир. — Он порылся в кармане и вытащил золотую монету времен Николая второго. — Но это не главное, главное, что я хорошо отдохнул, зарядился и теперь полон позитива.
Ольга еще раз его поцеловала.
— Все, марш мыться, горку в стиралку, чуть попозже машинку запущу. Хотя, надо отметить, что в доме довольно чисто, я думала, меня тут берлога холостяцкая ждет, которую я полдня разгребать буду. А тут ни гор белья, ни грязной посуды в мойке, даже пол относительно чистый.
— Ну, так всего чуть больше трех недель с момента твоего отъезда прошло, не успел засрать, — бросил Радим и, поцеловав Ольгу в щеку, пошел в подвал, сгружать вещи.
Радим скинул пропахшую костром горку в машину и забрался в душевую кабину, сейчас надо быстро сполоснуться и начинать организовывать завтрашний праздник.
Он слышал, как Ольга вошла, но не стал оборачиваться. Ее руки легли на бедра, она прижалась к нему грудью, замерла.
— Ты так меня напугал, — прошептала она. — Хуже мне было только, когда ты пропал. Но тогда была неопределенность, а три дня назад я видела, как ты умирал.
Радим развернулся и обнял ее за талию, крепко прижав к себе.
— Мне нечего сказать, — шепнул он ей на ухо, после чего поцеловал в нос, а затем в губы.
Ольга вздрогнула, после чего, подпрыгнув, оседлала его, обхватив бедра своими длинными ногами. Радим же, подхватив ее под ягодицы, развернулся к стене, чтобы у Бушуевой была опора.
Это был быстрый страстный секс под струями тропического дождя, который с силой колотил их по плечам. Ольга кричала в голос, но падающая сверху вода заглушала ее, да и кого им было стесняться в собственном доме?
А потом они наяривали друг друга мочалками, стоя в просторной душевой кабинке, словно два сугроба.
— Может, ну ее к черту, эту Москву? — бросила Ольга, когда они в халатах, вооружившись айкосами, устроились на заднем крыльце, глядя на не слишком далекий лес. — Основа у меня есть, дальше ты доработаешь.
— Мы уже об этом говорили, тебе придется пройти этот путь до конца и получить кукри от Старостина. Плюс практика. Я не смогу закончить твое обучение. И останешься ты неучем, а это опасно. А уж что-что, а отдельские умеют учить. Как твоя рукопашка?
Ольга обреченно вздохнула.
— Скиф говорит прилично, но я не выиграла у него еще ни одной схватки, и даже не приблизилась к этому. А ведь он не зеркальщик, он просто инструктор.
— Вот поэтому ты будешь продолжать обучение, — отрезал Радим. — Я сам начал давать ему отпор только к концу второго месяца. Так что, вперед.
— Какие у тебя планы? — поинтересовалась Ольга. — И я не про сегодня — завтра.
— Нужно искать ведьму, которая устроила жертвоприношение в зазеркалье, нужно связаться со Старостиным, узнать результаты по Мириону. Еще понять, что за зверя к нам запустили, который меня едва не ушатал.
Ольга поморщилась, но ничего не сказала, только протянула руку и, положив ладошку на его предплечье, тихонько сжала.
— Старостин обещал часть трофеев с него, — продолжил Радим, — уж больно крепкая броня у зверушки оказалась. Сделаем из нее для тебя защиту. Сходить в зазеркалье, наведаться в клан Хорн, узнать новости. Но если не зовут, то значит, и важного ничего нет.
При словах о клане губы Ольги сжались в тонкую линию, как бы она не убеждала, что все в порядке, но Лирея надолго станет призраком их семьи. Радим сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил вещать о планах.
— Ну и на сладкое — надо будет идти в расколотый мир. Пока вроде все.
— А я в этих планах есть? — ревниво поинтересовалась Ольга.
— А ты, любимая, будешь учиться, — отрезал Вяземский, — но эти выходные мы проведем вместе, правда, в компании, но вместе. А теперь докуривай, и пошли собираться в гипермаркет, нужно много всего докупить. Людей, кто останется на ночь, устраивать придется, мясо, алкоголь, да и просто много всего на стол.
Ольга кивнула и, бросив добитый стик в пепельницу, оправилась сушить волосы и приводить себя в порядок.
Хоть Радим и ненавидел муравейники, так он именовал гигантские магазины, но там было все, что нужно — и надувные матрасы, и постельное белье, и продукты, и выпивка, и товары для дома. Багажник вранглера оказался забит под крышу, и то, не все влезло.
— Ребята на машинах приедут, я гостевой доступ оформила, — произнесла Ольга, оторвавшись от планшета.
— Хорошо, — улыбнулся Радим, ему предстояло нарезать пять килограммов шашлыка и почти два килограмма лука.
Ну, что сказать? Обревелся, лук оказался ядреным, слезы градом лились.
— Теперь я понял, — наконец, выбравшись с кухни на свежий воздух, произнес он, — какой самой главной руны у меня нет. Высшие руны — фигня, вот великой, чтобы не плакать, когда режешь лук, не хватает.
Ольга задорно рассмеялась, подошла, поцеловала.
— Это тебе приз за стойкость, и благодарность, что меня не заставил этим заниматься.
— Тебе еще рыбу разделывать, — напомнил Вяземский. — А потом коптильню запустим, не зря же мы еще килограмм грудинки купили. Выбирая между рыбой и луком, я выбираю лук.
— Я знаю, — проведя рукой по его коротким волосам, шепнула Бушуева и ушла в дом.
А потом был тихий вечер у камина, живой огонь, красное сухое для леди, виски для джентльмена.
Утро и первая часть дня вышли суматошными, готовили, сервировали, в беседке собирали стол, первую часть дня решили провести там, возле мангала, потом уже перебраться в дом.
Друзья появились с небольшим опозданием, и только на двух машинах. Стас, как самый хитрый, прыгнул на хвоста Сереге.
  
— Ни хрена себе особняк отхватил, — паркуя машины во дворе, выдал Темыч, выбираясь из-за баранки. — С днем рождения, друг, рад видеть тебя в добром здравии.
Радим краем глаза заметил, как по лицу Ольги, которая стояла рядом, пробежала тень, еще несколько дней назад ее любимый человек имел все шансы отправиться на тот свет, и это она не забудет еще очень долго. Но она промолчала. Подполковник Бушуева знала цену словам и секретам.