Измена. Люблю и ненавижу (СИ)

– А Артём Игоревич, доедет на такси. Езжай, Влад.
Явно не без сомнения, но завёл машину и тронулся с места. Чувствовала, как поглядывает на меня в зеркало заднего вида. Пусть смотрит, мне не жалко.
Интересно, а он в курсе, зачем мой муж поехал в этот клуб? Скорее всего, в курсе. Наверняка подобное не впервые. Уверена, что нет.
И сколько ещё таких людей вокруг меня, которые знали о жизни моего мужа и улыбались мне в лицо, думая про себя, какая я слепая дура? Так гадко становилось. Ведь я и правда, слепая дура, раз не замечала ничего дальше своего носа. Верила, доверяла. Ни разу не заподозрила. А, как оказалось, зря.
Чем дольше ехали, тем больше вопросов в голове крутилось. Тем сильнее меня накрывало морально.
Прекрасно понимала, что вся моя мнимая сдержанность трещит по швам. И самое сложное ещё впереди. Вот-вот сорвёт и накроет.
Порог квартиры переступила в каком-то полу коматозном состоянии.
Перед глазами то и дело мелькали картинки того, что произошло в VIP комнате клуба. Хочется зажмуриться. Но не поможет. Это на подкорке отпечаталось. Не убежать от этих воспоминаний, не спрятаться. Даже во сне догонят. Догонят и отравят ещё сильнее.
Обошла всю квартиру. Больно.
Больно, потому что тут мы были счастливы все четыре года. Четыре года моего личного рая, превратившегося сегодня в ад.
Эту квартиру купил Артём сразу после свадьбы. Всё здесь проектировалось и делалось нами. Каждую мелочь продумывала, чтоб было уютно и тепло. Чтоб по-домашнему.
А теперь всё это смысл потеряло. Словно чужим и холодным стало в один миг.
Остановившись в спальне, прикусила губу. С силой, до солоноватого вкуса во рту.
Наша спальня. Наша постель. В которой мы проводили ночи, встречали рассветы. Место, где любили друг друга.
С силой сомкнула веки закрытая глаза, наткнувшись взглядом на свадебное фото.
К горлу подступил ком. Рвотные позывы рвались наружу. Стоило подумать, как была с ним после кого-то, и хотелось в хлорке искупаться.
Уверена, что сегодняшнее представление не впервой. Просто до этого я не видела и не знала.
Наверняка изменял и раньше. Наверняка трахал кого-то на стороне. А потом приходил ко мне. Пихал в меня член после других баб.
Не выдержав, сорвалась с места и побежала в туалет. Вывернуло, стоило склониться над унитазом. Спазмы скручивали желудок, до острой и жгучей боли.
Поднявшись на ватных ногах, пошла в ванную. Умылась и прополоскала рот.
Посмотрела на себя в зеркало. Жалкий вид. Расплывшаяся косметика, глаза красные, кожа бледная. Взгляд пустой и безжизненный. Из меня словно душу вытянули.
Выпотрошили и растерзали. Ноги вытерли и перешагнули. Никогда не думала, что любить так больно. Что это чувство может похоронить заживо. Сначала вознести к облакам, а потом со всего размаху, плашмя на землю.
Не сразу поняла, что звонит телефон. Лена.
– Да. – ответила нехотя.
– Ты как? Ты где сейчас? – раздался в динамике обеспокоенный голос подруги.
– Домой приехала.
На первый вопрос предпочла не отвечать. Очевидно, что хреново. Так, как не было ещё никогда.
– Артём из клуба уехал. Подрался с моими ребятами с работы и свалил. Еле разняли.
Ничего не почувствовала, услышав это. Раньше бы извелась, а сейчас пусто. Полный вакуум в эмоциях.
– Хочешь, я к тебе приеду? – осторожно спросила Лена.
– Нет, не хочу. Я потом сама к тебе приеду. Когда немного в себя приду.
– Насть, ты держись. От этого ни кто не застрахован. Пусть катится в ебеня. Сейчас больно, плохо, потом легче станет. Главное — держись. – мне кажется, ещё немного и Лена сама расплачется.
– Спасибо, Лен.
Закончив разговор, отложила телефон в сторону.
Скинула с себя одежду и перешагнула бортик ванной. Включила горячую воду и встала под струи.
Была готова заживо свариться в кипятке, лишь бы грязь с себя смыть. Физической боли не почувствую, хоть кожу живьём сдирай. Боль внутренняя в разы сильнее.
Стояла, уперев кулаки в кафель. Вода горячая, а я дрожу, как на морозе. Внутри агония.
Крутила в голове события. Сопоставляла факты.
 
А были ли командировки? Ведь он сказал, что вернётся через два дня, а сам был в городе. Это он ещё пару дней эту шлюху трахать собирался? А потом ко мне бы вернулся, как ни в чём не бывало?
Сколько это уже продолжалось? Сколько по времени я была обманутой? Сколько меня так в грязь макали? А я дура, и не замечала ничего. Слепая влюблённая дура! Хавала всё, ни о чём не подозревая.
Только сейчас поняла, что плачу. Беззвучно давлюсь слезами.
Господи. Как же плохо. До тошнотворного удушья. Мне хотелось исчезнуть, испариться. Ампутировать в себе то, что отвечает за чувства. Чтоб не чувствовать! Чтоб не вспоминать!
Забыть хочу. Его забыть.
Лучше бы я его никогда не встречала. Не знала о том, как хорошо может быть с ним, и как больно без него. Потому что с ним уже не будет. Нет больше нас. Сгорели. Он спалил дотла. Семья стала прахом.
Сползла по стене и села в ванну. Вода продолжала хлестать сверху. А я не могла остановиться. Прорвало.
Закусила ладонь, глуша всхлипы. Хотелось орать, срывая голос. Истошно, до боли в горле. С силой вонзила зубы в кожу.
Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я выбралась из ванной. Обтёрла полотенцем покрасневшую кожу. Зайдя в спальню, не глядя на постель, открыла шкаф. Достала вещи и переоделась.
Знаю, что скоро он сюда приедет. Нутром чувствую. А я не хочу его видеть.
Снова вернулась к шкафу, достала чемодан и начала срывать вещи с вешалок, и остервенело запихивать их в него. Сметала всё подряд. Не глядя.
Чувствовала, что осталось совсем немного времени и увижу его. А я не хочу. Не хочу!
Посмотрела на частично пустой шкаф. В груди всё сжалось. Ещё сильнее тугим невидимым кольцом стянуло. Наш дом перестал быть нашим.
– Как ты мог, Артём? – прошептала еле слышно.
Чего ему не хватало? Чем я не угодила? Секса мало? Так, немало его было. Недостаточно ярко и развязно? Да вроде раскованная я, не зажатая. Любила недостаточно сильно? Так куда сильнее?
Тогда что? Что заставило его так со мной поступить?
На ум приходило только одно. Он не любил. Другого объяснения я не находила.
Оттащила чемодан в прихожую. Поближе к двери.
Посмотрела на правую руку. Покрутила большим пальцем обручальное кольцо. Жгло под ним.
Недолго думая стянула его с пальца. Сжала в кулаке с силой. Хотелось в пыль его стереть.
Расстегнув молнию на чемодане, бросила его внутрь и снова застегнула.
Не успела отойти от двери, как услышала шорох. Пришёл. Сначала пытался ключом её открыть. Но тщетно. Закрылась на внутренний замок. Сам он зайти не сможет.
Спустя несколько секунд в квартире трелью зазвонил звонок.
Запрокинул голову, сделала пару глубоких вдохов.
Самое сложное, держать лицо. Не показывать чувств и боли. Хотя это сложно. Уверена, что глаза по-прежнему опухшие и красные.
Но попытавшись собраться, гордо вздёрнула подбородок и открыла дверь.
Оба молча смотрим друг на друга. Глаза в глаза.
У Артёма взгляд чумной. Губа разбита. Смотрит на меня с какой-то паникой. А меня опять тошнит, только от одного его присутствия.
– Настя. – проговорил негромко, севшим голосом. Как наждачной по незажившей ране прошёлся.
– Ты что-то хотел? Один или с группой поддержки? Может, ещё какое-то шоу показать пришёл?
– Настя, нам нужно поговорить. – помотал головой из стороны в сторону.
– Не знаю, что тебе надо, Артём, но мне нужно, чтоб ты вещи свои забрал. – толкнула ему в ноги неподъёмный чемодан.
Да, я очень старалась запихнуть в него как можно больше его вещей. Чтоб тут глаза не мозолили. Чтоб меньше поводов было прийти под предлогом.
Не я развалила брак и семью. Не я залезла под чужого мужика. Не я давала клятву верности, а потом плюнула на все обещания и заветы про долго и счастливо. Это всё он.
Он разрушил и растоптал. Он плюнул в лицо и вогнал нож в спину. Подло, исподтишка.