Гипоксия (СИ)

— Конечно!
— Тридцать минут.
— Через тридцать минут?
— С тебя тридцать минут за ужин!
— Да хоть час! — сказал я, вскакивая на ноги.
Целый день пролетел за этой сказкой. И только теперь я осознал, что не ел уже много часов. Чертовски голоден.
Астра раскладывала по тарелкам тушёную в кисло-сладком соусе курицу и накладывала коричневые ядра гарнира, напоминающие нечто среднее между гречкой и рисом. Вдобавок к блюду за тридцать минут шли маринованные стручки какого-то растения и большая кружка коричневой жидкости с пенной шапкой. Я схватил вилку, пронзил кусок курицы и распахнул рот. Мне прилетело по руке.
— Эй!
— Что?
— Положи!
Подобрал слюни. Живот урчал и разговаривал так громко, что, казалось, с минуты на минуту он сам вылезет через рот и поглотит эту курицу, будто удав кролика. Но я повиновался. С Астрой шутки плохи.
— Сначала молитва.
— Серьёзно? — я улыбнулся, подумав, что Астра шутит, но потом повторил за ней.
Она на минуту сделалась из снежной королевы обычной девчонкой. Положила руки рядом с тарелкой, закрыла глаза и стал расслабленной. Не такой воинственной.
Молиться так молиться. Хоть окропить стол кровью, лишь бы уже поесть. Я прикрыл глаза и сидел, поглядывая на Астру. Она что-то шептала. Затем открыла свой браслет, достала крошечный кислородный камень, растёрла на пальцах и посы́пала в тарелку, будто приправила еду.
— Что? — спросил я, словив на себе её взгляд. — Ладно-ладно.
Повторил за ней. Хотя теперь, когда в браслете осталось меньше двадцати часов, даже крошечная пылинка показалась роскошью. Но между чем я выбирал? Помереть на пять минут раньше через двадцать часов или сдохнуть прямо сейчас от голода.
Странно, что Астра вообще это делала. Ей ли не знать, как работает браслет? Разве она не понимает, что население Б3412 живёт благодаря продвинутым технологиям, а не доброй воли Оксила? Конечно, понимает. Но тогда, почему?
На этом ритуал не закончился. Астра оставила браслет открытым и отвела руки от тарелки. Я повторил за ней, мечтая уже поскорее вкусить еду. Боковым зрением заметил надпись на откинувшейся крышке браслета:
 
Содержание кислорода в крови увеличено. Безопасное время для пополнения питательных минералов — 2 минуты.
 
Почувствовал небольшое головокружение. Сначала кислорода было много, но вскоре он начал заканчиваться. Пошло сорок секунд. Я почувствовал спазмы в диафрагме. К окончанию минуты сдавило в груди. И когда состояние стало вызывать конкретный дискомфорт, Астра закрыла браслет и взяла вилку:
— Приятного аппетита.
— Спасибо, — я посмотрел на неё из-подо лба, но та уже надела прежнюю непробиваемую маску самоуверенности и работала вилкой. — И тебе.
— Моё спасибо ты можешь оставить себе. Мне ты должен…
— Да-да, я помню. Камни. Тебе я должен камни.
Сутки в доме Астры прошли спокойно. Плечо медленно заживало, хотя до полного восстановления было ещё далеко. Пока бордовый цвет лишь сменился розовым. По ощущениям — всё ещё болело.
Но подкрадывалась другая проблема. Заканчивался кислород.
 
Остаток кислорода при умеренном потреблении — 13 часов.
 
Офигительно отвратное чувство. Я пытался успокоиться и больше думать о предстоящем путешествии к Базе. Место Приёмки лежало по другую сторону от горы. Ещё дальше, чем база. И я решил, что было бы неплохо сначала добраться до Базы. Может быть, столичные сами расскажут мне о людях с Земли, и тогда этот ужас закончится. Но думать над планами было также легко, как отсчитывать семёрки от сотни, когда пытаешься продлить половой акт.
Кислород… Камни… Сколько осталось?
Вашу мать, уже двенадцать часов!
Попросить камней у Астры я не мог. Хотя бы потому, что платил ей сам. Нужно было что-то решать.
Кас вернулся, когда О́но выжигало пустынную землю почти под прямым углом, а часы на моём браслете отсчитывали последние десять часов.
— Никуда я с тобой не пойду! — прошептал Кас, запершись со мной в каморке, пока за дверью вскрикивал очередной клиент Астры.
 
— Дашь мне просто так умереть?
— Ха! А ты у меня спрашивал, когда решил сдохнуть за стеной?!
— Помоги мне, и я принесу тебе книги.
— А?
Навострив уши, Кас поправил сумку, в которой лежал блокнот с его записями.
— Помоги дойти до центра выдачи камней, и я обещаю принести тебе книги. Какие захочешь. По истории? Географии? Без проблем.
— И где ты их возьмёшь?
— Зачем тебе это знать, Кас? — сказать ему, что я в ближайшее время собираюсь отправиться на Базу, означало окончательно его добить. Так что я решил пока оставить это втайне. — Где достану, там достану. Оставь это мне. Просто проведи. Но действовать нужно сейчас. Пока у меня ещё есть время.
— Думаешь, Йохан снова даст тебе камни сверх нормы? С чего ты так решил?
— Ещё один вопрос, на который тебе не нужно знать ответ. Просто проведи меня, и я обещаю достать тебе настоящие книги по истории, а не это говно Преподобного, — я прислушался, чтобы не дай бог Астра не оказалась под дверью и не услышала мои слова. — Маразматика, который дурит людей сказками про Оксила и его божественную благодать.
На лице Каса проскользнула едва заметная улыбка.
— Но сейчас совсем опасно.
— Почему?
— Седьмой день недели. На улице много Адептов.
— Не ссы, прорвёмся. Нам с тобой помощь Оксила для этого не нужна. Верно?
— Время в бездну! Сколько раз я уже пожалел, что послушал тебя, Нолан?
— Искусство требует жертв.
— Это что ещё значит?
— Не бери в голову.
 
Навык заключение сделок успешно синхронизирован. Прогресс повышен на 7 %. Текущий прогресс — 50 %.
 
Разрешённый уровень потребления — 1.
 
Вышли мы через два часа, когда О́но чуть накренилось и отбросило прямоугольные тени контейнеров.
Кас был тем ещё бунтарём. Другой не согласился бы пойти за стену в поисках кристаллов. Он знал, что значит быть невидимым, и отлично знал все скрытые ходы в Перевальном.
От дома Астры мы ушли резко к восточной стене. Тропинками, которые время от времени становилось уже, чем ширина плеч, протискивались через контейнеры. Плечо, кстати, всё ещё болело. Особенно когда приходилось тереться о ржавый профиль.
Грязь, запах вонючей стряпни, топот босых ног, пыль.
Чем ближе мы подходили к Восточной стене, тем больше Перевальный превращался в гетто. Там я увидел проржавевшие до дыр контейнеры, в которых ютились почти прозрачные бомжи. Бегали крысы. От одного их вида браслет подсветился красным. Белёсая, почти прозрачная кожа, розовая стека вен и артерий. Как и тот пёс за стеной. Всё на Окслессе эволюционировало, чтобы выжить.
По пути нам встретилась парочка попрошаек, которые хватали нас за руки и просили самую малую крошку. А когда мы остановились, чтобы пропустить патруль адептов, я увидел в жестяной бочке человеческие кости.
Потом мы вышли к стене.
Семиметровое каменное сооружение напоминало чудо света. Массивная и неподвижная стена, но вместе с тем, украшенная природой. Метров на двести в длину западная стена была увешана фиолетовыми растениями. Они напоминали переплетение лазы и виноградника. И росли так густо, что за тёмно-фиолетовой массой стену было почти не разглядеть. Если бы я не знал, что это стена, и оказался здесь ночью, подумал бы, что передо мной оказался какой-то сказочный вход в фиолетовые джунгли. Голубой свет О́но и низкое содержание кислорода в атмосфере делали жизнь на Окслессе другой.
— Сады Семирамиды, — пробормотал я.
— Опять своё говно про эфиров читал?
— Забыли.
— Ну тогда жги камни, Нолан!
От живой стены мы прошли дальше и наткнулись на скопление мужиков. Шесть человек. Их одежда отличалась от привычной одежды жителей Перевального. Местные носили либо комбинезоны, напоминающие спецодежду, либо подобие гражданки. Эти — в расцветках хаки. Кепки с короткими козырьками, ботинки. Почти все широкие в плечах, обвешанные поясами с патронниками.