Чудовища (СИ)
— Кстати, — вдруг вспомнил Феликс, — вчера вечером я видел, как старикан Ланго опять пьяный по улице шатался. Так может, он и потерялся?
— А-а, тогда все понятно, — сказала Алиса. — Это должно было случиться рано или поздно. Вот и вся мистика, — как бы подвела она итог разговору, сжала пустой пакет и точным броском отправила его в рядом стоящую урну.
М-да уж, подумал Феликс. Только в его голове промелькнула мысль, что в Бланверте в кои-то веки начинает происходить что-то любопытное, как вся загадка разрешилась за полминуты. Воистину, не город, а дыра… или как там говорит Жан? Временная петля? Точно, временная петля.
После школы парень по просьбе матери отправился купить продуктов. Быстро набрав нужное (он уже давно знал, что и на какой полке или в каком углу находится) и оплатив все это, он пошагал домой с распухшим пакетом. Параллельно Феликс думал о предстоящих тестах и так глубоко погрузился в мысли, что не сразу понял, что прошел мимо дома Кима. «А почему бы не проведать его?» — мелькнула идея, продиктованная банальным любопытством. Он развернулся и прошагал обратно, остановившись неподалеку от калитки.
Ким стоял на газончике перед домом и неотрывно глядел в одну точку. Взгляд у него был какой-то взволнованный, а вид — усталый и подавленный. Феликса он не замечал. Феликс хотел махнуть рукой однокласснику, что привлечь его внимание, но понял, что одна его рука занята пакетом, а другая — портфелем. Оставался только один вариант.
— Ким!
Тот вздрогнул и повернул голову.
— А, это ты… привет, — рассеяно поздоровался он.
— Привет-привет, ты какой-то помятый. Чего в школе не был?
— Да так… — нехотя ответил Ким, слабым движением руки проведя по колючкам на голове.
— Приболел, что ли?
— Да… нет, — медленно помотал головой Ким. Он, бывало, прогуливал школу, и все к этому давно привыкли, даже учителя, однако, похоже, сегодня для прогула у него была вполне уважительная причина. — Я здоров. Не беспокойся…
— Эй, чувак, с тобой точно все нормально? — прищурился Феликс. Он заметил синяки под глазами одноклассника.
— Тебе-то какое дело, что со мной? — начал раздражаться Ким.
— Это была всего лишь вежливость…
Ким перестал напоминать статую, быстро подошел к забору, который был ему по пояс, и уставился на Феликса угрюмо:
— За все то время, что мы учимся вместе, ты ни разу не спрашивал, как мои дела. Только «привет» да «пока» — вот и все наше общение. И тут вдруг нарисовался ни с того ни с сего!
— Да ты как-то не давал повода спрашивать. Ты ж весельчак тот еще. Поэтому твоя унылая рожа невольно натолкнула меня на вопрос.
Ким растерял запал.
— Я знаю…
— Слушай, — серьезно говорил Феликс, — это реально не мое дело. Если ты скажешь свалить — я свалю. Но видишь еще, в чем фига: я не забыл, как ты тогда прикрыл нас с Алисой. Если бы не ты, нас бы выкинули на фиг со школы за ту выходку. Ну, или не выкинули бы, но выговор бы нашим родителям конкретный сделали. Так что… э-э, я готов тебе помочь, вот че я хочу сказать.
— Даже не знаю, чем ты тут поможешь, — Ким уперся ладонями в забор и вздохнул. Он помолчал, кажется, раздумывая, а затем сказал: — Ты, наверно, уже слышал про пропавшего человека. Слышал, да? По взгляду вижу. Этот пропавший человек — мой старший брат.
Феликс почувствовал, как у него неприятно засосало под ложечкой. Так это все не шутки? То есть со стариком Ланго тоже была не шутка, но… блин…
— Он ушел за сигаретами вчера в четыре, но домой так и не вернулся, — проговорил Ким дрожащим голосом. — Мы искали его всю ночь, потом утро… Как сквозь землю провалился.
— Это паршиво, — только и мог сказать Феликс, все еще не веря, что это происходит взаправду. Он-то все жаловался, что в Бланверте ничего не происходит. Ну вот, пожалуйста, произошло. Только теперь он был совсем не рад этому.
— Паршиво, — подтвердил Ким. — Скоро снова пойдем искать… Если тебе от этого станет легче, присоединяйся тоже. Не думаю, что кто-то из моих будет против. Лишние глаза точно не помешают.
— Заметано, — с готовностью кивнул Феликс. — Только домой сбегаю — и вернусь!
— Ага, — равнодушно ответил Ким и побрел к дому.
Феликс хотел его как-нибудь ободрить, но, понимая, что на уме нет подходящих слов, промолчал и поспешил к себе домой. Там он быстро раскидал купленное по полкам холодильника и, больше не задерживаясь ни секунды, пошагал обратно.
Вернулся он как раз вовремя. У внешней стороны забора стояли четыре фигуры: Ким, его родители и молодой полицейский, который задавал какие-то вопросы. Рядом с ними, высунув язык, смирно стояла овчарка, полицейская собака, судя по всему. Ким, заметив подошедшего Феликса, отвлекся:
— Ты все-таки пришел, — его губы изогнулись в слабой улыбке: — Я думал, ты говорил… просто так. Ну, знаешь, как это бывает…
— Ты уж совсем плохо обо мне не думай.
Феликс перевел взгляд на полицейского. Высокий, широкоплечий, с крепкими ручищами и квадратным подбородком — прямо-таки образцовый коп, словно выращенный специально для своей работы. Его белоснежное лицо было Феликсу незнакомо. Определенно новенький; нет, конечно, есть вероятность, что этот коп просто раньше не попадался ему на глаза, но верилось в такой расклад слабо.
К слову, у полицейского были удивительные зеленые глаза, будто драгоценные камни. Линзы, что ли? От природы такие точно не бывают. Ну, разве что мутация какая… с генами там или еще чем. Карие глаза — это нормально, куда реже встречаются серые, и только у Генри Коута — общеизвестный факт — были голубые, из-за чего многие считали, что у него в роду затесались некие иностранные корни.
— Вот, держите, — полная женщина, мать Кима, протянула полицейскому пустую и чуть помятую коробочку от сигарет. — Боги, хоть бы это помогло… — проговорила она упавшим голосом.
Полицейский наклонился и дал овчарке обнюхать коробочку. После нескольких секунд она удовлетворенно фыркнула, уткнулась носом в землю и пошагала вперед по тротуару.
— Взяла след? — с надеждой спросила мать Кима.
Овчарка прошла несколько метров, а затем остановилась и обернулась, непонимающе глядя на ждущих непонятно чего людей. Полицейский, проигнорировав вопрос, последовал за собакой, а за ним — остальные. Только мать Кима осталась на месте. Она еще несколько секунд смотрела им вслед, а затем вернулась в дом.
Первый час или около того они мотались по улицам. Овчарка вела то туда, то сюда, как будто постоянно теряя след, но потом снова его находя. Феликс уже несколько раз пожалел о том, что навязался в помощники. Во-первых, помощи от него не было никакой, а во-вторых это ведь и вправду было не его дело, и из-за этого он чувствовал себя не в своей тарелке. Однако откалываться теперь от поисков было бы неправильно и невежливо. Отец Кима несколько раз бросал на него взгляд, будто тоже не понимал, что он тут делает, однако ничего не говорил. На самом деле никто сейчас ничего не говорил — между ними висела какая-то странная тишина. Словно каждый думал о своем — ну, по крайней мере, Феликс точно думал. Однако в один момент молчание все же было нарушено.
— Почему полицейские прислали только вас и эту псину? — раздраженно сказал Ким. — Это даже не поиски… это пародия на поиски! Разве не должно быть задействовано больше людей?
— Ким, — строго сказал его отец, — не надо. Ты как твоя мама — начинаешь паниковать раньше времени. Он уже так уходил однажды, никого не предупредив, когда был твоего возраста. Мы так же его искали. Пропал на два дня, но потом вернулся, цел и невредим. Вот теперь это повторяется снова.
— Он бы предупредил меня… я его знаю! С ним что-то случилось!
— Ким, хватит.
— Нет, не хватит! Я не понимаю, как ты можешь сохранять спокойствие в такой ситуации. Неужели тебе совсем плевать на него? И что, что он «бесполезный неудачник», как ты говоришь? Он все еще твой сын, как и я!
— Тише, — терпеливо сказал полицейский. — Вы сбиваете собаку.