Чудовища (СИ)
В один момент Кира вдруг обратила ее внимание на сидящих на скамейке напротив дома мужчину и женщину. Оба были одеты совершенно не по погоде — уж очень тепло: на мужчине была кожаная куртка и потертые джинсы, а на женщине — свитер, не менее потертые джинсы и даже шарф. Двое заметили любопытные взгляды сестер; женщина дружелюбно улыбнулась, отчего у Алисы как-то сами собой губы тоже дернулись в улыбке. Затем она посмотрела в сторону и хотела увести Киру, однако вдруг услышала женский голос, немного ржавый, даже хриплый:
— Девочки, подойдите-ка сюда!
— Спросить кой-чего хотим, — добавил мужчина, его голос оказался гораздо мягче.
Сестры переглянулись, Алиса поколебалась пару секунд, и они подошли к незнакомцам.
— Вы случайно не видели тетеньку в черной майке и шортах? — спросил мужчина даже как-то ласково, словно разговаривал с собственными дочерями.
— От нее еще очень сильно несет куревом, — добавила женщина. — Она постоянно курит.
— Да, — ответила Алиса, — видела, сегодня утром. Это было неподалеку, в супермаркете, знаете который?
— Ага, я тебя понял, — кивнул мужчина. — Спасибо, пойдем, значит, сейчас, там спрашивать…
— А вы ее друзья? — спросила Кира. — Вы ее потеряли?
— Да, деточка, — мягко сказала женщина. — Мы ее друзья. Она на нас разозлилась, и мы хотим перед ней извиниться.
— Ну, тогда удачи вам… — думала уже Алиса закругляться, однако Кира внесла в ее план свои коррективы:
— А вам не жарко? — прямо спросила она. Девушка косо посмотрела на сестру, мол, задавать такие вопросы невежливо. Та ее взгляда, однако, не заметила, зато заметила женщина и усмехнулась:
— Да все нормально! — заверила она. — Знаю, как мы выглядим на общем фоне. Это действительно странное зрелище, но нам правда не жарко, а даже холодно.
— Мы родом из Юнии, — поведал мужчина. — Знаете такую страну?
Алиса припомнила уроки географии.
— Страна далеко-далеко на юге? У нее еще во владении сразу четыре крупных острова.
— «Во владении» звучит так, как будто это какая-то собственность, — сказал мужчина, — но да, все правильно. Мы прямиком оттуда. С самого южного острова, Ки’Гьяна.
— Но вы… — девушка замялась, не зная, стоит ли спрашивать такое.
— Но вы такие бледные, — снова у Киры никакого чувства такта. И это совсем не то, что хотела спросить Алиса.
— И правда, — согласилась женщина, ничуть не оскорбившись. — На коренных жителей с их красной кожей мы не похожи. Мы там родились, но что мои родители, что его, — кивнула она на мужчину, — эмигранты… стоп, или иммигранты? Черт, постоянно путаю! Ну вы, в общем, поняли. Мои родители хотели перебраться в страну потеплее да побогаче, а его…
— А мои бежали от революции, — перебил мужчина.
— Понятно, — промолвила Алиса, легонько покивав. — Но все-таки… раз вы иностранцы, как вы здесь оказались? Я не слышала, чтобы в Рекимию пускали иностранцев. Международная организация — как ее там? — пока не пускает. Ну, разве что в столицу — и то изредка. А у нас тут, очевидно, не столица. У нас деревня по имени Бланверт.
У женщины на лице отразилась какая-то растерянность. Мужчина же скрестил руки на груди и спокойно сказал:
— Всегда есть обходной путь. Нужно лишь знать, к кому обратиться.
— А… ладно, — поняла Алиса и не стала продолжать эту тему.
— Мы приехали посмотреть здешнюю жизнь, — сказала женщина. — Рекимия довольно таинственная страна.
— Думали увидеть что-то интересное, но я, если честно, разочарован. Здесь все то же самое, что и в остальном мире. Никаких железных — буквально — коней, машины ездят на том же медузовом топливе; телефоны, электричество, телевизоры, в конце концов, — все это тоже есть, вы не остались где-то там в семнадцатом веке, как считают у нас в Юнии.
— За кого нас принимают в Юнии? — удивилась Алиса и фыркнула: — Можно подумать, мы какие-то отсталые…
— О, не стоит на это обижаться, — поспешил добавить мужчина, — это просто расхожее заблуждение. Стереотип. Граждане Юнии ни в коем случае не думают о рекимийцах как об отсталых.
— Было бы странно, если бы в стране, которая, по сути, давно ассимилирована и является просто еще одной частичкой обычного мира, была какая-то иная, отличная жизнь, — добавила женщина.
Судя по физиономии Киры, она начинала скучать. Разговор пора было потихоньку сворачивать.
— А вы здесь живете? — вдруг спросил мужчина. — Я не мог не заметить, как вы ходите кругами.
— Нет, — что-то дернуло сказать девушку; краем зрения она заметила, как сестра смятенно посмотрела на нее. — Мы просто гуляли. Мы, пожалуй, пойдем. Приятно было с вами поболтать, — вежливо улыбнулась она.
— Конечно, не смеем вас больше задерживать, девочки, — ответил мужчина.
Сестры пошагали дальше. Они гуляли еще минут пять, сделали пару кругов вокруг супермаркета, а затем вернулись домой. К этому моменту в голову Алисы вдруг пришла мысль, что для иностранцев те двое уже очень хорошо говорят на рекимийском. Без малейшего акцента. Да нет, заливают они. Никакие они не иностранцы. Да только зачем было это представление?.. Впрочем, какая разница. Чудаков и вправду стало слишком много…
Наступил вечер. Алиса положила трубку телефона, так и не набрав номер. Она хотела позвонить Феликсу и поболтать о всяком, просто даже послушать его голос, но в последний момент передумала. Она и так звонила ему чаще, чем следовало. Это некрасиво. И может натолкнуть его на определенные мысли… Она мотнула головой. Нет, ну это все!..
— Кира, хочешь кушать? — громко спросила Алиса, приподнявшись на кровати.
— Пока не! — отозвалась та из зала.
В прихожей вдруг раздался звонок, и тут же послышалось, как сестра подскочила с дивана.
— Я сама открою! Ты ничего не увидишь! — крикнула Алиса и поспешила в прихожую. Глянула в дверной глазок. Убедившись, что это мама, а не какой-то маньяк, она открыла дверь.
Миссис Лайпс была такой же рыжей и веснушчатой, как и ее младшая дочь. Или, вернее будет сказать, Кира вся пошла в нее, унаследовав эти огненные, немного диковатые черты. Хрупкость же и тонкость тела целиком и полностью досталась старшей дочери, тогда как по младшей уже было видно, что она постройнее и как будто бы чуть покрепче Алисы.
— Привет, мам, — поздоровалась Кира.
— Привет-привет, — устало проговорила мама и стала разуваться.
— За тобой не гонялся маньяк?
— Какой… — мама замерла на секунду, смотря на Киру, затем перевела взгляд на Алису: — Это ты ей наплела?
— Не наплела, но…
— И правильно сделала, — продолжила разуваться мама.
Девочки разошлись по комнатам и вернулись к своим занятиям. Спустя несколько минут услышав, как мама зашла на кухню, Алиса сказала погромче: «Мы оставили тебе яичницы и колбасы». В ответ она получила короткое и утомленное: «Хорошо».
На улицу опустились сумерки. Мама к тому времени уже переместилась в зал, а Кира — в комнату к Алисе. Дома было довольно тихо, если не считать монотонно бубнящего телевизора. Девушка читала книгу про принцессу, которую вот уже добрую половины книги все никак не мог спасти рыцарь; сестра рисовала карандашами и фломастерами в альбоме, время от времени любуясь на свой разноцветный браслет на запястье, подаренный ей на день рождения одноклассницей.
Еще один молчаливый будний вечер, подумала Алиса, наконец отложив книгу в сторону. Даже слишком молчаливый… Все заняты своими делами — особенно мама, взявшая работу на дом и возившаяся с какими-то бумажками. Она лишь спросила некоторое время назад, как они с Кирой провели день, однако прозвучало это до боли натянуто, будто ей не было интересно на самом деле, но, тем не менее, ей тоже было неудобно от тишины в доме. А лезть с разговорами и отвлекать от работы тоже было как-то неправильно…
15
Этой ночью капал дождик, было слякотно, но совсем не холодно, даже тепло. Время уже было далеко за полночь, и город крепко спал; изредка и как бы нехотя, словно по привычке, а не по желанию, подвывали да гавкали где-то вдалеке собаки, в остальном же было очень и очень тихо — только босые ноги шлепали по лужам. Ярко светила луна, блестел мокрый асфальт.