Искушение

– Забавно! – улыбался Гурвич, продолжая жевать, – интересно, ты сам-то часто прибегал к такому способу?
– Регулярно! Как только у неё повышался градиент стервозности.
– Антон, не забудь добавить, – смеялся Вадим, – что ты не женат.
– А! – воскликнул Гурвич, – тогда ясно, откуда у тебя такая смелость.
– Ты не понимаешь, – продолжал уверять его Антон, – речь идёт о женской особи как таковой. Метод научно обоснованный, базируется на парадоксальных свойствах женской психологии. Об этом ещё Фрейд писал.
  
– Ладно, ладно, – усмехнулся Гурвич. Потом вдруг предложил: – Слушай, говорят у тебя новая квартира. Раз ты холостой и живёшь один, может, устроишь для нас с Вадимом просмотр полуфинала чемпионата у себя дома? А мы возьмём пивка и чего-нибудь на закуску.
– Предложение заманчивое, но, к сожалению, невыполнимое.
– Почему?
– Потому что нет у меня телевизора, я хожу к родителям смотреть футбол.
– Как же ты собирался покупать второй телевизор, когда у тебя даже одного нет?
– А я сначала второй куплю.
– Ха! Весёлый ты парень.
Через пару дней Гурвич, заметив Антона в коридоре института, окликнул его и с довольной физиономией подошел. У него была излюбленная манера излагать свои мысли коллегам «в кулуарах». Антон подумал, что гения вновь посетила идея, но вдруг услышал:
– Старик, я попробовал твой метод.
– Какой метод?
– Тот, о котором ты говорил за обедом.
Антону понадобилось пару секунд, чтобы сообразить, о чём речь.
– Что ж, хвалю! Поступок истинного учёного! И как прошёл эксперимент?
– Удался.
– Я не сомневался.
– Разумеется, не так, как ты советовал, – улыбался Гурвич, – но фактор неожиданности, безусловно, срабатывает. Женщинам нравятся сюрпризы.
– Я же говорил, наука не дремлет! Дерзай коллега! Обращайся, если что.
Слова Оли «Лучше в следующий раз» Антон запомнил и после дня новоселья искал удобного случая пригласить её. Но она почему-то стала избегать его, и даже случайно столкнувшись, холодно здоровалась, не задерживаясь. Антон решил, что был слишком наивен в своих ожиданиях. Но однажды поздно вечером у него раздался телефонный звонок:
– Привет! Это Оля.
– Привет… – удивился Антон.
– Ты один?
– Да…
– Примешь меня?
– Конечно.
– Буду через сорок минут.
Она пришла ближе к полуночи и рано утром ушла к себе в аспирантское общежитие. Через несколько дней история в точности повторилась. На предложения Антона остаться утром позавтракать Оля отвечала:
– Это лишнее.
Ответ казался Антону странным, однако он не настаивал. В постели они почти не общались. Постичь её поведение он не мог. В институте Оля продолжала избегать его, а во время вынужденных встреч вела себя подчёркнуто холодно, обращалась к нему на «вы». Антона это коробило, хотя он понимал опасение девушки – слухи о подобных связях в институте распространялись стремительно.
Когда в третий раз после страстной ночи она утром собралась уходить, Антон попытался её остановить:
–– Оля, послушай, ну куда ты спешишь? Сегодня же выходной, мы можем провести день вместе. В «Художественном», например, началась неделя итальянского кино. Давай сходим?
И вдруг слышит:
– Это лишнее, у меня есть жених.
– Что?
– Он послезавтра приезжает в Москву на несколько дней, – продолжала Оля. – Меня неделю не будет в институте.
Она взглянула на изумлённого Антона, который смотрел на неё, выкатив на лоб глаза, и, прежде чем закрыть за собой дверь, с улыбкой бросила:
– Пока!
Накануне нового 1976 года в лаборатории по традиции накрыли праздничный стол. Присутствовал заведующий лабораторией, доктор технических наук Натан Самойлович Берковский. Он произнёс первый тост, сказал несколько общих слов о достигнутых сотрудниками лаборатории результатах за прошедший год, похвалил всех присутствующих, но упомянул всего три фамилии, включая Олега Лосева. «Ну конечно, меня называть не обязательно, а записаться в соавторы можно. Хотя так наверняка думаю не я один», – мелькнуло в голове у Антона.
Не так давно в престижном научном журнале вышла большая статья с результатами исследований Олега Лосева и Антона. Когда за полгода до публикации Олег представил заведующему лабораторией рукопись статьи, Натан Самойлович сказал:
– Оставьте, я на днях прочту.
Уже на следующий день он вернул Олегу рукопись, в которой первые четыре предложения были зачёркнуты с коротким комментарием: «Это лирика!» Пристёгнутый к рукописи лист бумаги содержал от руки написанных высоким слогом два абзаца, которые ненавязчиво предлагались в качестве вступительной части статьи. После чего она вышла с тремя авторами. Первым упоминался Берковский.
– Натан Самойлович никогда не подключается просто так, ему непременно нужно внести свою лепту, – сказал Олег с нескрываемым пиететом к заведующему лабораторией.
– Это благородно, – заявил Антон, – без него никак, разве есть у нас свои мысли?
– Послушай, – Олег понизил голос, – напрасно злорадствуешь, ты написал статью в соавторстве с маститым учёным и должен понимать, что это пойдёт в твою копилку. Кстати, тебе пора оформлять диссертацию, материала достаточно.
– Не уверен, может на главу и хватит, но на три… вряд ли.
– У тебя уже есть результаты и публикации, начни писать, там видно будет.
Каждый понедельник на выставке институтской библиотеки обновлялась экспозиция журналов и книг. Выставлялись свежие публикации научных изданий. Уже с утра выставку начинали посещать сотрудники для ознакомления с новинками. Обычно раньше остальных приходил Гурвич, чтобы первым записаться на интересующие его издания, поскольку после завершения недельной экспозиции они направлялись подписчикам по списку. Его научные интересы отличались большим разнообразием и не ограничивались тематикой помехоустойчивого кодирования, в которой он чувствовал себя как рыба в воде. Гурвича вообще интересовало всё, что можно математически описать.
В то утро Антон пришел на выставку довольно рано, надеясь быть первым, но Гурвич уже стоял с журналом в руке и увлечённо читал. Кто бы сомневался!
– Доброе утро, коллега! Тебя невозможно опередить, – сказал Антон.
– Привет! Ужасно интересно! – Гурвич не отрывался от журнала. – Ты потом прочти эту статью.
Он держал в руках американский журнал IEEE Transactions on information theory.
– А что там?
– Эти два парня из Массачусетского технологического института совершили революцию в криптографии. Они предлагают использовать для шифрации открытый ключ. Представляешь?! Любой может зашифровать сообщение и отправить адресату. А раскрыть его под силу лишь тому, кто владеет ключом дешифрации, то есть только получателю. Идея проста, как штопор, и в то же время гениальна! Лишнее подтверждение тому, что гениальное действительно просто. А какая математика красивая! Рекомендую.
Статья называлась New direction in cryptography (Новое направление в криптографии). Авторы: Уидфилд Диффи и Мартин Хеллман. Идея действительно выглядела оригинально. Антона она живо заинтересовала. Очень быстро статья вызвала интерес у многих учёных, и уже скоро спровоцировала настоящий бум в области криптографии. Предлагаемый в статье способ решения основной проблемы систем шифрования показался Антону настолько неожиданным, что тема вскружила ему голову. Он стал ездить в крупные библиотеки Москвы (ГПНТБ, Ленинскую), изучать литературу по криптографии и заказывать копии статей со свежими результатами в этой области. Вся доступная информация, как и следовало ожидать, оказалась зарубежной, за исключением пары обзорных статей, базирующихся на результатах иностранных учёных. Антона особенно привлекало то, что тема, которая в нашей стране глухо закрыта, зарубежными коллегами открыто обсуждается в научных журналах, правда с оговоркой, что предлагаемые способы предназначены для защиты информации исключительно в коммерческих структурах и не касаются государственных органов. Собственно поэтому они открыты.