Мое рыжеволосое видение (СИ)

Дома, я первым делом набрал номер родителей.
— Алло, — ответил бойкий женский голос.
— Привет, мам!
— Сенечка, ты уже вернулся? — воскликнула мама.
А меня аж передернуло от этого детского имени. Только мама до сих пор продолжает меня так звать.
— Да, только с самолёта. Вот едва переступил порог квартиры. Как Антоша?
— У Тоши все хорошо! Сыт, здоров. На свежем-то воздухе по-другому и быть не может. Еще мы с ним выучили буквы. И он ждёт не дождется, когда ты приедешь, чтобы тебе их рассказать. Сеня, завтра выходной, почему бы тебе не приехать к нам в деревню? Заодно и Тошу повидаешь. Мальчик очень скучает по отцу! Ты совсем не уделяешь ребенку времени! Мало того, что у мальчика нет матери, так еще и отец вечно работает! — завела мама любимую пластинку.
— Мам, я сам к вам завтра собирался! — пропустил я мимо ушей последнюю часть монолога. Сегодня отосплюсь, а завтра с утра рвану к вам.
— Вот и чудненько! — проворковала мама, довольная собой.
А у меня на душе возникло какое-то нехорошее предчувствие, уж слишком был приторным ее голос.
— Мам, ты что-то задумала?
— Сеня, да бог с тобой! Я просто переживаю за Антошу.
— Извини, показалось. Тогда до завтра!
— Да, до завтра, сынок, — ответила мама и отключила телефон.
До деревни было полтора часа езды. Торчать в пробках, которые соберутся позже, не было никакого желания, поэтому, встав пораньше, я выехал ещё до семи.
В девять я уже подъехал к двухэтажному загородному дому, обнесенному высоким забором. Стоило припарковать машину, как из дома вылетело лохматое и чумазое чучело.
— Папа, папа! Ты плиехал! — с разбегу запрыгнул на меня юный сорванец.
Я едва успел его подхватить. До того малышня юркая и бесстрашная, что не всегда за ними успеваешь.
— Привет, сынок! Ты снова вырос! — взъерошил его и без того лохматые волосы.
— Да, на целый сантиметл! — гордо прокартавил Тошка. — Пойдем покажу, мы сегодня с утла с бабушкой имелялись!
Антон соскочил с меня и стал тянуть в дом. Там в прихожей висел плакат с пучеглазым жирафом, на котором Тошке измеряли рост.
— Вот гляди, сто двадцать два сантиметла!
— Да ты, дружок, совсем большой стал! — воскликнул я. — Скоро в школу пойдешь!
— Да, мы с бабушкой уже буквы выучили! — похвалился своими достижениями сын.
— Расскажешь?
— Да, пойдем за азбукой!
Следующие пять минут Антон гордо выговаривал каждую букву.
— Тоша, ты молодец! — похвалил я. — Тебе полагается награда!
— Ты мне что-то пливёз? — воскликнул он, а глаза его загорелись нетерпением.
— Да. Настоящий самосвал.
— Ух ты! Его ещё нет в моей коллекции!
— Еще большой набор с красками, карандашами и фломастерами.
— Ула! Деда достанет с чедака мобелт, и я буду, как настоящий художник!
— Точно. Только «с чердака» и «мольберт», — исправил я сына.
— Сенечка, ты уже приехал! — вышла на наши голоса мама.
— Здравствуй, мама, — чмокнул ее в ухоженную щечку.
Маме скоро шестьдесят, а выглядит она на двадцать лет моложе. Благодаря тому, что следит и ухаживает за собой. Встает в шесть утра и отправляется на пробежку по лесу, питается только здоровой пищей, поэтому и фигура у нее соответствующая. Ну и о косметологах не забывает.
— Здравствуй, Сеня. Как доехал?
— Нормально, — по привычке поморщился я.
— Иди мой руки и к столу. Я уже всяких вкусняшек наготовила.
— Баба, смотли, что мне папа пливез! — поспешил похвастаться новой игрушкой Антон.
— Ого, какая большая машина! — подыграла ему мама.
— Самосвал! Я буду в нем песок возить! — и Антон развернулся, чтоб бежать во двор.
— Стоять, молодой человек! — остановила сорванца бабушка. — Сначала завтрак!
— Холошо! — ответил Тошка.
К моему приезду мама напекла блинов, и мы с Антоном уплетали их с деревенской сметаной за обе щеки.
— Вкусно, — протянул я, когда больше не один блин не желал вмещаться в моем животе.
— Ага, — поддакнул Тоха, развалившись на стуле.
— А мне оставили? — раздался раздосадованный голос из прихожей.
 
— Оставили, конечно, сынок! Мой руки и присоединяйся к нам, — ответила мама.
— И что здесь делает Никита? — интересуюсь я у матери.
— Что-что? Разве сын не может навестить мать? — перешла в наступление она.
— Может. Вот только мы с ним сталкиваемся у вас в деревне, только когда это планируешь ты! Поэтому переходим к основному вопросу. Что ты затеяла?
— Ничего!
— Где мои блины? — одновременно сказали мама и брат.
— Никит, а ты какими судьбами в Потехино?
— Как какими? У Тохи же сегодня день рождения, я не мог не приехать поздравить племянника. Кстати, Тоха, поздравляю, вот ты и стал на год старше. Я тебе привёз потрясающий подарок! — сказал Никита, протягивая Тошке большую коробку. — Так сколько тебе исполнилось?
— Нисколько, — по-взрослому ответил Тоша. — У меня день лождения только челез месяц!
— Мам? — уставились на неё три пары глаз.
К своей чести, ей удалось покраснеть. Значит, не все потеряно.
— Сегодня именины Антона, это Никита что-то напутал, — выкрутилась она.
— Что ты задумала?
— Ничего, — ответила она и для достоверности покрутила головой.
— А я тебе говорил, что это плохая идея! — раздался глубокий баритон с террасы.
— Здорово, отец! — вместе с Никитой приветствовали отца.
— Здорово, парни. Смотрю, у вас все хорошо?
— Да. Может, хоть ты объяснишь, что намечается?
— А, так ужин, в семейном кругу.
— Фух! Пронесло! — вдохнул брат.
— Ещё ваша мама пригласила парочку незамужних девиц, — добил нас отец.
— Так, я срочно уезжаю! — подскочил Никита.
— Стоять! — проявила голос мама. — Вы же не собираетесь меня опозорить? Приедет моя очень хорошая знакомая с дочерью и бывший коллега вашего папы с семьей. Я уже обещала, что познакомлю их с сыновьями.
— Их дочерей с сыновьями, — подсказал я.
— Да. А что такого? Они люди интеллигентные, воспитанные. Вы не можете их проигнорировать!
— Можем, — сделал шаг к выходу Никита.
— Я их вырастила, выкормила, отдала им лучшие годы, а они даже не могут поужинать со мной! — воспользовалась запрещённым приёмом мама.
— С тобой можем, а вот с незамужними девицами нет, — тут же нашелся Никита.
— Ну, мам! Зачем ты так? — это уже я.
— Я уже тридцать шесть лет мама. И я внуков хочу!
— У тебя уже есть Тошка! — ответил брат.
— Еще! От тебя!
— Э-э-э, нет! Только лет через десять!
— Вы меня не любите! — всхлипнула она, и настоящая слезинка выкатилась из ее идеально накрашенных глаз.
— Хорошо, мы останемся, — поспешил успокоить маму.
— Ты говори за себя. Лично я уезжаю, — ответил Никита и приблизился к выходу.
— Ой, что-то мне плохо. Воздуха не хватает. Сережа, воды.
— Ника, что сердце? — подскочил к жене отец.
— Ладно, останусь я — проскрежетал Никита. — Но на барышень не кину и взгляда.
— Это ты сейчас говоришь. А вот увидишь их и не сможешь глаз отвести, — уже бодрым голосом защебетала мама.
Мне только оставалось удивляться, как Никита до сих пор ведётся на этот приём.
— Мам, тебе помощь нужна с приготовлением ужина? — поинтересовался я.
— Нет. У меня уже все распланировано и практически готово. Так что иди займись сыном.
— Хорошо. Ну что, Тошка, в лес?
— Да! Ты научишь меня различать зверей по следам?
— А ты думаешь, он это умеет? — встрял Никита.
— По крайней мере, в детстве я тебя научил различать следы зайца от лисьих.
— Ага, только это была соседская собака!
— Неважно. Было же интересно! Ну идем?
— Идём, — бодро ответил Тоха.
Мы вышли за калитку и отправились в глубь леса. За что люблю наш загородный дом, так это за то, что он стоит на краю леса. Всегда чистый свежий воздух, с ароматами лесных цветов, после загазованного города — это рай. А звуки? Утром тебя будит щебет птиц, стук дятла по дереву, а вдалеке кукует кукушка.