Темнота в окне напротив (СИ)

Это место давно было в моём владении, но только недавно я привёл его в порядок.
Эстер — первая девушка, оказавшаяся здесь. И что-то мне подсказывает — она станет единственной.
Я не дожидаюсь её согласия — подхватываю на руки, получая удовольствие от того, как она сопротивляется, как трепетно вздыхает. Ей стоит быть осторожнее, ведь меня это возбуждает.
Но я не хочу её пугать больше, она и так достаточно меня боится и постоянно хочет сбежать.
  
Усаживаю Эстер на свою кровать и даю ей пространство, чтобы могла осмотреться.
В моей спальне всё просто. Серые бетонные стены. Широкая кровать с белыми простынями.
Я не успел обставить эту комнату, однако, смотря на Эстер, взволнованно озирающуюся по сторонам, я понимаю, что кроме неё в этой комнате мне больше не нужно ничего.
Я впервые хочу женщину такой, без извращений и жестокости. Меня манит её наивность и естественность. Я хочу брать её нежно.
Мне понравилось.
Эстер поднимает на меня глаза. Чертовски красивая. Нежная и деликатная. Ангел. Я думал, что испорчу её, запятнаю, а в итоге она каким-то образом очищает меня.
— Мне… нужно в душ, — скромно шепчет она.
Я подхожу к двери в ванную и толкаю её, приглашая Эстер внутрь. Она встаёт и скрывается внутри.
Я еле сдерживаю себя, чтобы не последовать за ней.
Мне нужно дать ей воздуха, иначе я рискую задушить Эстер своей одержимостью.
Стою под дверью, как идиот, и слушаю, как она включает воду, наполняя джакузи. Улыбаюсь. Скорее всего, ей понравится. Пусть понежится.
Я не узнаю сам себя.
Член налит кровью, единственное место, где он хочет сейчас оказаться, — это глубоко в Эстер, но я удерживаю его, познавая новую мучительную боль.
Отвлекаясь, звоню в ресторан и заказываю еду.
Я знаю, что Эстер нравятся суши, поэтому заказываю их. Лично я собираюсь ужинать только ею.
Нахожу в шкафу чистую футболку, шорты и полотенце.
Стучусь…
Твою мать, я стучусь в дверь собственной ванны, чтобы не напугать Эстер, которая успела принять меня за маньяка…
Я себя не узнаю.
Учитывая, что я не стучался, когда пришел в ее дом…
— Да, — слышу голос Эстер и открываю дверь.
Она стоит возле раковины перед высоким зеркалом… абсолютно голая. Поворачивается ко мне, взмахнув светлыми волосами, и смущённо прикрывает идеальную грудь ладонями, как будто не ожидала, что я действительно зайду.
Её глаза блестят.
Неоновый свет ламп мягко освещает изгибы Эстер.
Чёрт…
Малышка здесь, в моей ванной, которая будто создана для неё.
Я замираю на несколько секунд, рассматривая Эстер.
Свет неоновой лампы сменяется с синего на фиолетовый, а потом на розовый и красный — своеобразная дискотека, установленная моим дизайнером. Я думал, это фигня, но, похоже, мне стоит его отдельно поблагодарить.
Не хватает музыки, но она и не нужна… Эстер и есть моя музыка.
Забываю, что хотел принести ей одежду.
К чёрту всё.
Вещи оказываются на полу.
Мои. Её.
Она слишком притягательна, чтобы я мог остановиться. Даже не помню, как раздеваюсь и оказываюсь голым перед ней.
Эстер упирается задом в раковину, пока я прижимаюсь к ней, наслаждаясь мягкостью её кожи.
Скольжу губами по шее, ключицам.
Она стонет.
Сладко.
Так, что я чуть не кончаю.
Разворачиваю её лицом к зеркалу, чтобы она могла во всех неоновых оттенках рассмотреть, как рассыпается в моих ласках.
Эстер подаётся мне навстречу задом, и я вхожу. Беру, вдавливая в раковину и наблюдая в отражении, как дёргается её грудь в такт моим толчкам.
Мой ангел стонет, и это звучит даже лучше, чем рёв мотора.
Я хотел быть с ней нежным, а в итоге теряю контроль и овладеваю Эстер так, словно вот-вот наступит конец света.
  
19
 
Эстер 
Я рассыпаюсь в экстазе, но пальцы, ладони, руки Хантера, скользящие по моему телу, собирают меня заново. Чувствую его пирсинг, и это так грязно и пошло, так дико, что у меня закатываются глаза.
После того как он жестко берёт меня напротив зеркала и изливается внутрь, я ощущаю его нежные поцелуи по саднящей от его укусов коже.
Чувствую облегчение и запрокидываю голову ему на плечо. Хантер продолжает медленно обводить руками контур моего тела, но теперь он деликатен.
— Эстер… Мне так не хочется тебя отпускать, — он вдыхает наш смешавшийся запах.
Я тяжело дышу, и мне самой не очень хочется покидать его объятия. Ведь как только я это сделаю, меня накроет сомнениями и стыдом от случившегося. А ещё — страхом, потому что сейчас Хантер нежен и заботлив. Он горяч. А потом я перестану для него существовать и войду в ранг испорченных девушек.
Упираюсь руками в раковину, отталкиваюсь, втираясь в его бёдра. Хантер рычит мне в ухо, но я всего лишь собираюсь высвободиться, ведь он всё ещё прижимает меня к раковине.
Мне удаётся выскользнуть и залезть в огромную джакузи, больше похожую на бассейн с подсветкой.
Хантер хрипло выдыхает и запрыгивает за мной, расплескивая воду. Он нажимает несколько кнопок, и наши тела окутывает вихрь пузырьков гидромассажа.
Я не могу сдержать стон наслаждения. Мой правильный, чопорный мир катится в преисподнюю, мне не отмыть себя от темноты, которую я сама впустила в свой дом, но сейчас я могу хотя бы на несколько мгновений забыть обо всём.
— Ты останешься у меня, — говорит он, наблюдая за тем, как я нежусь в его ванной.
Встречаюсь с его глазами, не принимающими возражений.
О нет…
Если я останусь с ним, он же продолжит, словно дикий зверь, брать меня в каждом углу своего логова, уничтожая остатки целомудрия.
— Мне надо домой… покормить Ньютона, — выпаливаю я. — И он совсем один. Ему наверняка страшно.
Хантер ухмыляется.
— Этот котяра долго кошмарил мою виллу, прежде чем я смог его выловить, и ты думаешь, что ему скучно одному в твоём доме? Ммм… Эстер… — Хантер ловит меня в свои объятия. — Ты всё ещё хочешь найти повод сбежать от меня? Как нехорошо… Не забывай, что у него автоматический дистрибьютор еды и воды.
Горячие губы скользят по моим многочисленным засосам на шее.
Отчасти он прав.
— Ты совершенна, Эстер. Тебе стоит привыкнуть ко мне. Я не собираюсь тебя отпускать. Ты — моя. Даже не надейся, что я от тебя отстану, — произносит он, вызывая дрожь во всём теле.
Почему он говорит мне это?
— Ты никогда не встречаешься с девушками, — говорю я. — И не заводишь с ними отношений. Ты только…
— Я только трахаю их, — заканчивает он.
— Да… И это самое ты делаешь со мной. Зачем мне привыкать к тебе, если ты… — я заминаюсь, потому что сложно подобрать слова. — Если ты вскоре найдёшь себе ещё одну? И я, честно, не сомневаюсь, что она может быть лучше меня, опытнее, раскованнее…
Я не успеваю договорить, потому что Хантер закрывает мой рот поцелуем. Зло обсасывает мои губы.
— Ты не поняла меня, Эстер… — он прикусывает мочку моего уха, это приятно, и я ахаю. — Мне не нужна другая. Ради тебя я готов нарушить своё правило. Я решил сделать это, когда ты впустила меня в свой дом. Когда отдалась мне, даже не зная, кто я.
Он обхватывает меня в воде так, словно действительно не хочет отпускать. Никогда.
Переворачивает и вдавливает спиной в свою грудь. Трется своим органом о мой зад, будто намекая, что он не прочь продолжить…
У него что, неиссякаемое возбуждение? Это всегда так?
— С тобой я хочу гораздо большего, чем просто трахаться, Эстер. Я хочу не только твоё тело, но и твою душу. Ты моя девушка. Уже. И я собираюсь заявить об этом каждому, — он продолжает шептать мне в шею, и его слова проникают под кожу.
Я верю, а с другой стороны — это же невозможно… У Хантера Келлера никогда не было постоянных девушек. Только те, кого он пожелает, максимум на пару ночей. Да я и не разбиралась. Просто знала, что с такими, как он, отношения невозможны. И сейчас его слова кажутся бредом.