Возлюбленная для чемпиона (СИ)

Это вопрос, на который я не могу ответить. Я безумно люблю свою маму, и ее одобрение значит для меня очень многое. Гена сказал бы, что это незрело, но так уж я была устроена.
— Это было давно, — говорю я и вижу обиду, промелькнувшую в маминых глазах, когда она понимает, что я не намерена больше ничего говорить.
  
Глава 40
 
Илья
  
Я не собирался писать Ане минимум до воскресенья, но, после того как утром увидел Гену с этой... кем бы она там ни была, мне не терпелось поговорить с Аней.
Она не отвечала на мои сообщения.
Я думал пойти к ней домой, но если я что-то и понял за последние пару недель, так это то, что Аня не проводит там много времени. Кажется, она всегда на работе.
Я ужасно удивляюсь, когда вижу Аню в бильярдной Жени. Еще больше меня удивляет то, что она не сидит с ноутбуком за дальним столиком, а разливает пиво за барной стойкой и принимает заказы у посетителей.
Я совершенно уверен, что занимаю первое место в списке людей, которые бесят Аню, поэтому боюсь сделать все еще хуже снова. Все это началось не сейчас, а много лет назад, когда я рассказал Ане кое-что, что, возможно, она была бы счастлива никогда не узнать.
Теперь я опять иду к ней с неприятными новостями. Сколько бы я не обдумывал, как сообщить ей про измену Гены помягче, ничего толкового на ум не приходит, поэтому Аня возненавидит меня еще больше.
С другой стороны, если я не расскажу ей про загулы Гены, и она узнает об этом потом — это тоже не прибавит мне очков.
Я опускаюсь на стул перед ней и Аня смеряет меня презрительным взглядом.
— Привет, Анют. — Что угодно, мой господин? — спрашивает она ледяным тоном.
— Мы можем поговорить?
Она тяжело вздыхает, но в ее голосе слышится больше усталости, чем раздражения.
— Не сейчас, Илья.
Я вижу, как ее брат выходит из кухни.
— Привет, Жень.
— О, какие люди. Как ты?
— Могу я украсть твою помощницу на пять минут? Мне нужно поболтать с ней о важном деле. Это связано с... ее диссертацией.
Он с готовностью кивает.
— Пожалуйста. Я ей даже не начальник.
— Жду тебя воооон за тем столиком — говорю я, улыбаясь Ане и показывая в дальний угол.
Я разворачиваюсь и иду туда, не говоря больше ни слова. Лучше не давать ей возможности отказать мне.
Усаживаясь за стол, я прекрасно осознаю, что эта строптивая девчонка может не подойти ко мне.
Когда Аня все-таки подходит, она не садится рядом со мной. Она стоит у столика, как будто она моя официантка.
— Что тебе?
Ладно. К делу так к делу.
— Я вернулся.
— Я вижу.
— Сегодня утром я встретил Гену, когда был в ресторане.
Она пожимает плечами.
— И?
— Ань, он был не один.
Она складывает руки на груди и хмурится.
— Ты шпионил за ним?
— Естественно нет, мы случайно столкнулись в одном ресторане. Я знаю, что это не мое дело. Я знаю, что ты хочешь, чтобы я не вмешивался в ваши отношения...
— И все же ты здесь.
— Он был там с женщиной.
Она просто смотрит на меня.
Господи. Неужели я ошибся? У нее были какие-то современные открытые отношения с этим придурком? Это так на нее не похоже.
— Тебя это совсем не беспокоит?
— Это не имеет значения.
Как это, черт возьми, не имеет значения?
— Потому что вы расстались?
— Потому что мы... Мы встречаемся друг с другом, и с другими.
— Ну он точно встречается с другими. А ты с кем встречаешься?
Она опускает руки.
— Приятного вечера, Илья. Мне нужно работать. И, между прочим, мне не нужно, чтобы ты врывался в мою жизнь и пытался все исправить.
— Когда ты перестанешь притворяться, что нам не о чем говорить?
— Когда я буду готова к разговору.
— Как мне приблизить этот момент, Аня? Скажи мне! Если ты не хочешь меня слушать, позволь мне хотя бы извиниться за ситуацию на похоронах твоего отца. Я не должен был тебе говорить того, что сказал тогда. Это было неправильно. Жаль, что я не могу взять свои слова обратно.
Она смотрит сквозь меня. Боль в моей груди усиливается с каждой секундой.
— Ты прав. Это было неправильно, и я бы тоже хотела, чтобы ты мог это изменить. Но сказанного не воротишь. Ты не можешь ничего изменить, так что, пожалуйста, перестань донимать меня и пытаться вернуть прошлое.
Она разворачивается и уходит.
____________
Дорогие, рассказали бы вы про измену Гены на месте Ильи?)
Были ли вы когда-нибудь свидетелями измены кого-то из ваших знакомых? Как поступили тогда?)
  
Глава 41
 
Илья
  
Я не свожу глаз с Ани, пока она целеустремленно топает к барной стойке, а затем исчезает на кухне.
К черту это. Я встаю и чуть ли не бегу за ней.
— Опа, Илюха. И ты тут? — спрашивает Кирилл и пожимает мне руку.
— Да, пытаюсь уговорить твою сестру поговорить со мной.
— Удачи тебе.
Я забегаю на кухню следом за Аней. Она стоит там, опираясь руками на раковину.
— Если ты опять собираешься вываливать на меня грехи Гены, то лучше не надо.
— Ты заслуживаешь лучшего, чем он. Ты действительно этого хочешь? Отношений с мужчиной, который даже не понимает, какая ты замечательная? Если бы ты была моей...
Мой желудок сжимается. Она была моей. На кратчайший миг Аня была моей. И я потерял ее. Я знал, что облажался, но в тот момент я делал то, что должен был делать.
Она набирает в легкие воздух и качает головой.
— Что такое?
— Ничего.
— Аня!
Когда она поворачивается, в ее глазах сверкает только горечь.
— Тебе не нужно было спать со мной. Ты даже не должен был меня целовать. Ты мог бы стать героем, просто появившись в Париже, когда мне нужен был друг. Тогда бы ничего этого не было...
— Ты хочешь, чтобы я пожалел о той ночи? Или просто извинился за то, что случилось потом?
Я двигаюсь вперед, прижимая ее к раковине. Ее братья за дверью и могут войти сюда в любую минуту. Я опускаюсь к ее уху, прежде чем продолжить.
— Я не жалею, ни о чем, что было между нами. Только о том, чего не было.
Я провожу рукой по ее щеке, и горячее дыхание вырывается из ее уст.
— Неужели ты поставила точку в наших отношениях? Неужели ты не чувствуешь, что происходит между нами? — Я закрываю глаза. Мне нужно было отступить, но я не хочу этого делать. — Потому что для меня эта тема не закрыта. И вряд ли когда-нибудь закроется.
Она долго смотрит на меня, прежде чем выскользнуть и зайти в маленький кабинетик, расположенный рядом с кухней. Мне нужно пойти за ней или уйти?
Я иду за ней и закрываю за собой дверь.
— Нам нужно все выяснить.
Она поворачивается ко мне спиной.
— Выясняй сам.
— Что ты сказала?
В ее красивых грустных глазах блестят слезы, а нижняя губа дрожит.
— Я сказала — выясняй сам. Мне нечего сказать, но ты так настаиваешь на нашем разговоре.
Я подхожу ближе. Она прижимается к стене, а я продолжаю наступать, пока между нами не остались считаные сантиметры.
— Это очень по-взрослому, Аня, — я глажу большим пальцем ее подбородок и нижнюю губу, изучая ее лицо. — Это то, чего ты хочешь? — я наклоняю голову и приближаю свой рот к ее. — Ты хочешь, чтобы я загнал тебя в угол и заставил говорить? Может быть, мне нужно напомнить тебе, как нам хорошо вместе? Ты пытаешься продолжать ненавидеть меня, но теряешь хватку, когда я подхожу близко, поэтому мне интересно, что произойдет, если я подойду максимально близко.
Ее дыхание сладко прикасается к моим губам, и она хватает меня за руки и впивается пальцами в мои бицепсы.
  
— Значит, все должно быть именно так? Ты хочешь, чтобы я прижал тебя к этой стене и целовал до тех пор, пока ты не забудешь свое имя?
Ее пульс учащается под моими пальцами, а спина выгибается, когда она прижимается ко мне. — Нам не о чем говорить.
— Вранье. — Я провожу носом по ее щеке, пока мой рот не оказывается у ее уха. — Рано или поздно тебе придется признать, что даже после всех этих лет, даже после всего того дерьма, которое подкинула нам судьба, и всех ошибок, которые я совершил, ты все еще хочешь меня больше, чем когда-либо хотела его.