Возлюбленная для чемпиона (СИ)

  
Маша Кужель
 
Возлюбленная для чемпиона
   
Пролог
 
Аня
Мне было семь лет, когда я по уши влюбилась в Илью Корнева.
Он был на четыре года старше меня. Еще он был лучшим другом моего брата Кирилла, но для меня это не имело абсолютно никакого значения. Я никогда не считала его слишком взрослым для себя.
  
Когда я упала с велосипеда и разодрала ногу в клочья, мчась по улице за своими братьями, именно Илья подбежал, чтобы помочь мне. Илья отвел меня домой и помог мне очистить колено от гравия, а затем промыл его перекисью водорода. Илья, который превратил мои слезы в смех, рассказывая мне о том, как мой брат Кирилл терял дар речи всякий раз, когда в класс заходила девочка, в которую он был влюблен.
Именно тогда я решила, что выйду замуж за Илью Корнева. Потому что мне было семь лет, и я не представляла, какие перипетии может подкинуть нам взрослая жизнь. Потому что тогда Илья еще не стал тем Ильей Корневым. И поскольку я все еще верила в сказки, я отчаянно верила, что выйду замуж за этого мальчика со светло-каштановыми волосами и сине-зелеными глазами.
Это был мой секрет.
Я поклялась хранить его при себе до тех пор, пока не придет время.
Илья ничего не знал о моих планах.
И я понятия не имела, что он разобьет мне сердце.
  
Глава 1
 
Аня
Тринадцать лет назад
— Аня! — Илья поднимает рюмку и протягивает ее мне. — Будешь текилу?
Кирилл поворачивается к нему и хмурится.
— Ты совсем охренел?
— Блин, точно, — говорит Илья, кидая на меня озорной взгляд, — Я всегда забываю, что она еще маленькая.
Алкоголь, видимо, ударил ему в голову, иначе как еще можно было объяснить его похотливый взгляд? Глаза Ильи останавливаются на моих губах, и тепло разливается по мне. Если бы я не знала его лучше, я могла бы подумать, что…
Нет. Не может быть. Это Илья. Я просто младшая сестра его друга, но Илья — он для меня все. Все девчонки сходят по нему с ума: подающий надежды хоккеист на пороге славы, ему стоит только щелкнуть пальцами и любая окажется у его ног.
Кирилл берет пиво и выходит из кухни, чтобы присоединиться к тусовке. На кухне остаемся только я и Илья. В компании с бутылкой текилы и полной рюмкой, которая он все еще держит в руке.
Илья бросает взгляд в сторону комнаты.
— Твой брат до сих пор не в курсе, что ты уже давно не маленькая девочка, да? — спрашивает он, медленно сокращая расстояние между нами.
Я прикусываю нижнюю губу. Моя кожа горит, когда он находится так близко, и я могу поклясться, что он снова смотрит на мои губы. У меня что-то на лице?
Я незаметно вытираю рот рукавом толстовки.
Илья ухмыляется, как будто знает, что заставляет меня стеснятся, и кайфует от этого.
— Ты когда-нибудь пробовала это раньше?
У меня в голове проносятся тысячи вариантов ответов на этот вопрос — большинство из них связаны с рукой и ртом.
— Пробовала что?
Илья поднимает рюмку.
— Текилу.
Я пожимаю плечами. Естественно я пробовала алкоголь раньше, в моей семье никогда не было строго запрета на него.
— Эмм…?
Ухмыляясь, он протягивает мне рюмку и берет солонку. Он подносит мою руку ко рту и облизывает внутреннюю сторону запястья. Я забываю как дышать от ощущения его горячего языка на моей коже. Я хочу закрыть глаза, но он наблюдает за мной, и я боюсь, что он рассмеется, если поймет, какое влияние оказывает на меня.
Все еще ухмыляясь, он посыпает солью влажный участок кожи, прежде чем поставить рюмку и взять дольку лимона со стола позади меня.
— Сначала лизни соль, а потом лимон.
— Сначала соль, потом лимон, — я кивнула. — Поняла.
Его зрачки расширяются, делая его сине-зеленые глаза почти черными.
— Давай, я хочу посмотреть, как ты это сделаешь.
Я с трудом держусь на ногах. Илья Корнев заигрывает со мной? Я не хочу быть дурой, которая верит, что это может быть правдой. Я не хочу быть тупой толстухой, которая поверила, что такой парень, как Илья, может увлечься ею.
Мою кожу покалывает в том месте, где он лизнул ее, и у меня пересыхает во рту.
— Хочешь, я покажу как? — спрашивает он хрипловатым голосом.
Я киваю.
Он берет мое запястье и подносит его ко рту, слизывая соль. Волна удовольствия проносится по моему телу.
По моему позвоночнику пробегает дрожь, а в животе порхают бабочки. Он даже не забирает у меня текилу — он просто обхватывает мою руку своей и подносит рюмку к своему рту, чтобы опрокинуть ее в себя. Затем он закидывает дольку лимона в рот и корчит мне глупую рожицу от кислого вкуса.
— Поняла? — спрашивает он, все еще щурясь.
— Ага, сейчас.
Он снова наливает текилу, и затем опять кидает взгляд в сторону комнаты.
— Ты боишься, что Кирилл зайдет? — спрашиваю я. — Не бойся, он знает, что я пила раньше. Он просто волнуется, что я буду пить с тобой.
— Я не хочу, чтобы он злился на меня, — говорит Илья, пожимая плечами.
— Ты же сам только что сказал, что я уже не маленькая.
Он медленно отводит взгляд от двери и поворачивается ко мне.
— Да уж, уже не маленькая для…
— Для чего?
Он очень пристально смотрит на меня. Он всегда так смотрел?
— Ничего, забей, — он качает головой. — Иначе Кир реально прибьет меня.
— Ты смешной.
— Что? Почему?
— Ты один из самых крутых парней в этом городе, тебя только что пригласили в континентальную хоккейную лигу, и ты ведешь себя так, будто я тебе нравлюсь.
Его взгляд скользит по мне.
— Какое отношение одно имеет к другому?
Я не понимаю, что здесь происходит. Я сплю что ли? Или он выпил больше, чем я думаю?
Я решаю выпить свою текилу, прежде чем потеряю самообладание, но совершенно забывая о соли.
Меня передергивает.
— О, Боже! Это отвратительно! Ну и гадость!
Илья засмеялся.
— Потому что ты все сделала неправильно.
Меня все еще передергивает, но, каким бы ужасным ни был вкус, тепло начинает разливаться в моей груди.
Илья обходит меня и наливает себе еще одну рюмку.
На этот раз он не заморачивается с солью и лимоном. Просто выпивает залпом. Даже не поморщившись. Он кладет руки на стол и опускает голову.
Его настроение меняется в мгновение ока.
— Что случилось?
Он пожимает плечами.
— Ничего.
— Ты мне врешь.
Он проводит рукой по волосам и наконец поворачивается ко мне.
— Ты умеешь хранить секреты?
— Конечно.
Он колеблется, видимо прикидывая стоит ли мне доверять.
— Я никому не рассказала, когда застукала тебя за просмотром порнушки сто лет назад.
Илья ухмыляется.
— А я и забыл об этом, — он проводит рукой по лицу. — Ладно, тебе точно можно доверять. Это дорогого стоит!
— Дорогого стоит? Ты издеваешься надо мной? Я бы могла тебя шантажировать все детство! Я хотела использовать этот козырь, когда ты встречался с той противной девчонкой.
Он хмурится, пытаясь вспомнить, о какой именно девчонке идет речь.
— Ира, — напомнила я ему.
— Я не знал, что она тебе не нравилась.
— Она назвала меня жиробасиной!
— Что? Ты никогда не говорила мне этого.
Я пожимаю плечами. Когда Илья был с Ирой, мне было четырнадцать. Я по глупости верила, что он не заметит, что я толстая, если никто никогда ему об этом не скажет.
— Ты совсем не толстая, — говорит он.
Я сложила руки на груди и выгнула бровь.
— Да ладно, Илюх. Я может наивная и ужасно неопытная для своего возраста, но я не слепая.
Он поднял палец.
— Тогда, во-первых, послушай меня. Ты не толстая. Ты — милая. У тебя очень красивое тело.
  
Красивое.
Слова — они были и бальзамом, и лезвием. С одной стороны, я была рада, что он думает о моем теле гораздо лучше, чем я сама. С другой стороны, это такое клише называть толстых людей милыми! Но мне все равно хотелось верить, что он может считать меня красивой...