Ростов Великий, Углич
Такое понимание задач архитектуры не менее ярко выражено в членениях и декоре башен. Хотя и четко разделенные на этажи горизонтальными тягами, они украшены большим количеством окон в нарядных наличниках, причем кокошники наличников второго яруса выложены по машикулю. Чисто декоративными воспринимаются и круглые бойнички. Очень хороши самые верхние окна, остроумно обведенные кирпичным полувалом, перебитым тремя бусинками, что создает нежную игру светотени.
Если церковь и башни насыщены кирпичным декором, то галерея церкви и обрамление ворот уже покрыты сплошным узором, характерным для русской архитектуры середины XVII века (церковь Рождества богородицы в Путниках в Москве, ворота Троицкого монастыря в Переславле- Залесском и другие).
Декорация столбов, арок, карнизов, ширинок при всей кажущейся запутанности узора имеет, однако, строгий порядок и все ее разнообразие составляется из нескольких типов профилированных кирпичей. Очень красивы висячие арки проездов ворот, „в перемычках меж столбов вислое каменье“, как называли их в старину, которым вторит этот же архитектурный прием в открытых арках галереи. Невысокая аркада, убранная поясом ширинок с карнизом из кирпичных городков, поребрика и впадинок, очень эффектно противопоставляется гладкой стене галереи. Пропорции низких и широких арок, плоский рисунок кирпичного декора навевают воспоминания о прославленных псковских памятниках XVI века.
58. Сретенская надвратная церковь Борисоглебского монастыря. 1680
В аркаде южной галереи гирьки, поддерживающие висячие арки, откованы из железа и являются дополнительным средством декоративного убранства здания.
В западной галерее размещена лестница, ведущая в интерьер храма.
Заслуживает внимания убранство западного и южного порталов церкви, которые выходят на галерею. Широкие, как будто распластанные в толще стены порталы состоят из четырех пар плотно приставленных к стене колонн, несущих архивольты. Каждая пара колонн орнаментирована резьбой своего рисунка; архивольты составлены из бусин, а те, что в глубине, украшены резными репьями. Интерьер храма прост и светел; как в церкви Воскресения в Ростове он перекрыт лотковым сводом, южная и северная стены расчленены по вертикали двумя парами тонких полуколонок. Алтарная каменная преграда, очевидно, была задумана по типу ростовских: первый ярус ее оформлен архитектурно обработанными входами в алтарь, из которых центральный и северный украшены порталами, орнаментированными фреской. Между ними навешивались местные иконы. Роспись алтарной преграды осуществлена не была, и взамен ее был сделан обычный уже для XVIII века деревянный иконостас.
Древнейшее сооружение монастыря собор Бориса и Глеба (илл.54) построен на месте деревянной церкви в 1522–1524 годах и приписывается известному зодчему XVI века Григорию Борисову. Собор одноглавый, почти кубического объема, его три апсиды граненые, но грани выражены слабо; стены по вертикали расчленены лопатками на неравные части и когда-то заканчивались закомарами (четырехскатное покрытие сделано в XVIII веке). Карниз, проходящий по всем фасадам единой лентой и пересекающий даже лопатки, обычен для архитектуры XVI века. Щелевидные окна не имеют наличников; прост и портал, уходящий прямоугольными уступами в глубь стены. Пристройки — паперть и придел с западной стороны — относятся к началу XIX века. Большие окна на северной и южной стенах, обрамленные квадратными рамами, орнаментированными мелкой кирпичной порезкой, по-видимому, сделаны в конце XVII века. В 1779 году барабан купола собора был надложен, а купол вместо шлемовидного стал луковичным с перехватом. Мысленно восстановив памятник в облике XVI века — с закомарным покрытием, с одной невысокой и широкой шлемовидной главой, с узкими щелевидными окнами, без западной пристройки — мы увидим памятник, характеризующий еще один тип храмов в русской архитектуре XVI века. Это четырехстолпные, одноглавые храмы, формы которых упрощенно воспроизводили городские соборы. Меньшего размера и более дешевые, они отвечали вкусам и потребностям монастырских общин.
В интерьере собора Бориса и Глеба четыре крестчатых столба несут подпружные арки и своды. Стены расписаны в начале XX века художником Егоровым в манере росписей Владимирского собора в Киеве.
59. Благовещенская церковь Борисоглебского монастыря. Крыльцо трапезной. Конец XVII в.
Близ западного угла сохранился аркосолий над могилой Федора и Павла, основателей монастыря. Архитектор Огнев в 1955–1956 годах вскрыл кирпичную кладку и обнаружил на аркосолии живопись. На западной стене изображены друг против друга Борис и Глеб в молении, к их ногам припадают Федор и Павел, на стенках арки — Леонтий и Владимир. Таким образом, здесь изображены все канонизированные ростовские князья во главе с киевским князем Владимиром.
В алтаре собора, в средней апсиде, также сохранилась орнаментальная фресковая роспись из красивых синих, почти черных четырехлепестковых цветов и темно-красного орнамента. Как предполагают, фресковые росписи были сделаны во 2-й половине XVII века.
На запад от собора стоит церковь Благовещения с трапезной, к которой с севера вплотную примыкают настоятельские покои. Церковь с трапезной построена в 1524–1526 годах зодчим Григорием Борисовым.
Этот тип сооружения в начале XVI века получил распространение в монастырях, создающих крепкое феодальное хозяйство. В 1502–1506 годах была сооружена трапезная Андроникова монастыря в Москве, в 1511 году — трапезная Пафнутьева-Боровского, в 1525–1530 годах — Макарьевского монастыря в Калязине, в первой половине XVI века — Спасского монастыря в Ярославле. Это были обширные одностолпные палаты, подобные Грановитой палате Московского Кремля. К палате всегда примыкала небольшая церковь и хозяйственные или жилые помещения. Наружный вид трапезных прост. Стены их расчленены лопатками и прорезаны узкими нишами окон, наличники которых или очень скромны, или отсутствуют; межэтажная тяга обычно несложного профиля. Большую выразительность их архитектуре придавали нарядный карниз, высокая, обычно очень крутая четырехскатная кровля с палицей и крыльцо с площадками-рундуками, покрытыми шатрами. Надо думать, что и трапезная Борисоглебского монастыря имела все эти особенности, но в конце XVII века была перестроена, и то, что сейчас сохранилось, — это уже произведение XVII века.
Церковь Благовещения (илл. 54) кубическая, на подклете, с низкой прямоугольной апсидой, одноглавая. Стены ее, расчлененные на три равные части лопатками, завершены закомарами. По горизонтали они разбиты плоской тягой, продолжающей карниз значительно более низкой трапезной. Высокий рельеф лопаток и закомар усиливает впечатление вытянутости пропорций здания.
Прямоугольные окна с прямоугольными же наличниками, набранными из мелких кубышечек, разрезают лопатки и, конечно, являются приобретением самого конца XVII века. Восьмигранное окно в среднем членении — верный признак нарышкинской архитектуры 1690 -1710-х годов.
Стены трапезной гладкие, во втором этаже разбиты пилястрами, что объясняется, видимо, тем, что в XVII веке кирпичная облицовка первого этажа была полностью заменена новой. В XVII веке были сделаны и наличники окон. Крыльцо, примыкающее к западному фасаду трапезной, ведет во второй этаж (илл. 59). Оно украшено тремя открытыми арками с излюбленной висячей гирькой; стены его, в духе архитектуры XVII века, сплошь убраны ширинками с зелеными поливными изразцами, нишками, кирпичными тягами из полуваликов и городков. Своды интерьера трапезной переделаны, поэтому круглый столб не несет больше тяжести и кажется ненужным и случайным.
Настоятельский корпус (илл. 57) примыкает к северному фасаду Благовещенской церкви. Выстроенный в XVI веке, он претерпел затем значительные изменения как снаружи, так и внутри. Но при всех переделках восточный и северный фасады первого этажа, по традиции разбитые лопатками, производят сильное впечатление. Особенно хороша, словно вышитый подзор, широкая полоса кирпичного орнамента из поребрика, нишек-бойничек и городков. Второй этаж не сохранил каких-либо особенностей деревянной архитектуры, окна его, как и в первом этаже, расширены. Внутри большая палата перекрыта коробовым сводом; своды в большей части других помещений обрушены.
