Зоя. Том второй (СИ)
Дверь открыла пожилая женщина. Она представилась Ольгой.
Очень удивилась тому, что незнакомцы интересуются её мужем Игнатом.
Рассказала, что Игнат умер в 1917 году. Лоран и Макар спросили, знает ли женщина о первой жене Игната Алёне. Ольга долго подозрительно смотрела на них.
А потом сказала, что знает о ней, слышала. Не было дня, когда Игнат не поминал её недобрым словом. Сказала, что Игнат несколько лет рыскал по округе, искал сбежавшую жену Алёну.
Ольга оказалась второй женой Игната. Потом она разговорилась, заплакала. Поведала о том, что Игнат бил её всю жизнь, даже когда та была беременная. Из-за жестокости мужа из восьми рождённых Ольгой детей выжили только двое. И когда в 1917 году Игнат упал с конюшни, которую чинил, Ольга долго не решалась к нему подходить, он кричал, звал на помощь и умер.
Женщина сказала, что до сих пор она не может простить Игната за то, что он сотворил с её жизнью.
– Но за могилой ухаживаю, – промолвила сквозь слёзы Ольга.
Макар и Лоран попросили показать могилу.
Ольга показала и ушла.
Макар был вне себя от ярости. Он разрушил могилу. Хотел вытащить гроб. Лоран с большим трудом остановил его.
Когда вернулись в Ростов, сразу же пошли на кладбище к Таисии, долго сидели там и оба лили слёзы.
Макар ни разу не пожалел о содеянном, он обещал отомстить и отомстил.
Деревню, в которой Тайга родила ребёнка, установить не удалось.
Макар просчитывал время, которое могло уйти у Таисии на поход до ближайшей деревни, но ничего не вышло. Найти ребёнка оказалось невозможным.
Великая Отечественная война закрутила Макара, завертела его. Благодаря знанию немецкого языка он оказался ценным специалистом в разведке. Вернулся с войны в 1946 году в возрасте 57 лет. И продолжил жить своей обычной жизнью. О романах во время войны говорил вскользь. И было непонятно, шутит ли он или говорит правду.
После войны продолжал работать в порту. С войны не вернулся его сын Иван и невестка Мария.
Макар и Галина воспитывали троих детей Ивана и Марии.
Сам Макар Григорьевич умер от сердечного приступа в 1979 году в возрасте 90 лет.
Его жена Галина умерла двумя годами позже.
Вот таким был Макар Григорьевич Кирьянов: из ребёнка-дьявола превратился в похитителя женских сердец, разведчика, актёра и много ещё в кого…
***Дорогие читатели!
История семьи Зои и Янека Левандовски ворвалась в мою жизнь неожиданно. Я тогда публиковала на своём канале в Яндекс. Дзен мистическую повесть «Бобриха».
Просматривая папин армейский альбом осенью 2020 года, я увидела фотографию с именами и фамилиями его сослуживцев. Мой папа был пограничником, служил в Азербайджане на границе с Ираном. И мне захотелось найти его сослуживцев.
На сайте «Одноклассники» я вводила фамилии и имена с армейской фотографии, и мне попался один человек. Я очень обрадовалась этому. Написала сообщение.
Николай Алексеевич, так звали предполагаемого сослуживца, не отвечал очень долго. Только к концу ноября я получила долгожданный ответ. Оказалось, что он болел и долгое время не выходил в интернет.
На тот момент на своей странице в Одноклассниках я оставляла ссылки на «Бобриху».
Николай Алексеевич написал мне, что он не имеет никакого отношения к моему папе, но зато с удовольствием читает «Бобриху».
Мы с ним разговорились. Оказалось, что он, как и я, собирает по крупицам историю своей семьи. Но его крупицы оказались гораздо масштабнее моих. Он рассказал мне о том, что его интерес к истории семьи возник примерно лет в 15 (родился он в 1948 году).
Он воспитывался у бабушки с дедушкой. И однажды спросил у бабушки, почему он Левандовский, а бабушка Левандовски. Бабушка объяснила, что во время войны была путаница с документами, и его отцу Алексею (сыну Зои и Янека) в документах записали Левандовский.
Одна лишняя буква в фамилии до сих пор не даёт возможности Николаю Алексеевичу продвинуться в исследовании своей родословной.
И вот после этого вопроса бабушка Зоя стала рассказывать о своей жизни. Николай Алексеевич внимательно слушал, а вечерами всё записывал.
Его младшая сестра Люба смеялась над ним. Спрашивала, зачем ему, взрослому парню нужны эти сопливые бабушкины воспоминания.
Сестра Николая Алексеевича унаследовала характер Макара (родного брата её бабушки).
Она была очень красива, пользовалась успехом среди мужчин. Разрушила не одну семью. Потом жила в одиночестве. Когда стала старше, с большим удовольствием читала записки брата о бабушке Зое.
Зоя Григорьевна рассказывала внуку всё в мельчайших подробностях.
А когда бабушка вытащила старые фотографии, Николай Алексеевич был вне себя от счастья. Бабушка рассказывала так, что внук словно прожил вместе с ней эту жизнь.
Зоя Григорьевна с трепетом показывала фото Лорана, молодого Макара, родителей, Таисии. Фотография Таисии попала к Зое после смерти Лорана. И Зоя сохранила таким образом память о нём. Письма, которые писал Янек жене, письма от Карины и Оксаны, от Евдокии, Зоя Григорьевна разрешила прочитать только после её смерти.
Внук получил к ним доступ в 1990 году, когда продавали старый бабушкин дом. Николай Алексеевич случайно нашёл коробочку со всеми фотографиями и письмами. Он сказал, что рыдал и совершенно не стеснялся своих слёз.
Говорит, что даже сейчас, когда перечитывает их, плачет, но эти слёзы согревают его изнутри. Ему кажется, что бабушка в такие моменты очень близка к нему.
Когда бабушка Зоя рассказывала свою историю, дед Янек выходил из комнаты. Он был очень сентиментальным. Не любил вспоминать о прошлом. Зою свою обожал.
Николай Алексеевич помнит их взгляды друг на друга. Говорит, что он никогда не смотрел на свою жену так, как смотрел дед на бабушку. У Николая Алексеевича такое ощущение, что Зое и Янеку досталась тройная порция любви друг к другу, что где-то на небесах произошла ошибка, и этих двоих одарили невероятной любовью. Иначе как объяснить это всё?!
Когда бабушка и дедушка погибли, Николай Алексеевич был на службе.
Сейчас он на пенсии. Всю жизнь был моряком. Дослужился до звания капитана первого ранга.
Смерть бабушки и дедушки оказалась нелепой и неожиданной.
Родной сестре Николая Алексеевича Любе, которая когда-то смеялась над ним, какой-то любовник подарил мотоцикл.
Сестра Николая Алексеевича ездила достаточно хорошо. От подарка любовника была в восторге. Колесила по Ростову, ловя на себе восторженные взгляды мужчин.
В тот день она везла бабушку и дедушку на кладбище. Тем очень захотелось навестить могилы Лорана, Таисии, Густава и других близких им людей.
Внучка была за рулём, дед сидел за ней, бабушка в люльке. Когда выехали на трассу, у мотоцикла оторвалось колесо, и на встречной полосе они врезались в КАМАЗ. Сестра Николая осталась жива. На ней не было ни одной царапины, а Зоя и Янек погибли.
В процессе нашего общения Николай Алексеевич предложил написать о его бабушке. Попросил назвать роман «Зоя».
Я окунулась в эту историю с головой. Днями и ночами печатала и печатала о жизни этой семьи.
Эта история оказалась схожей некоторыми моментами с историей семьи моего мужа.
Бабушка моего мужа переехала в Ростов с отцом и мачехой из Саратовской губернии в начале XX века. Прадед мужа работал на Парамоновской мельнице.
Бабушка мужа была безумно влюблена в польского студента, который учился в эвакуированном из Польши в 1915 году Варшавском университете.
Но отец и мачеха выдали её замуж за военного, который во время Великой Отечественной войны влюбился в медсестру и к жене не вернулся. И бабушка мужа воспитывала детей одна. Она некоторое время даже не знала, что её муж жив.
