Зоя. Том второй (СИ)
Стояли долго, а потом обнялись. Лоран даже прослезился.
– Не хочу я уезжать, – прошептал вдруг Николай. – Как я без вас? Неспокойно мне.
– Ну так оставайся, бабу слушать, себя не уважать. У них на уме не пойми что. Моя то любит, то ненавидит, то гонит, то просит остаться. Попробуй разберись, что с ней делать, – выпалил Макар. – Ты же мужик, солдат. Чего ты её слушаешь?
– Так люблю же, вот и слушаю. Не соглашусь, так ей больно будет. А на боль я и на войне насмотрелся.
– Так война не закончилась, – пробормотал Макар. – И если раньше я был безумцем, то сейчас буду беречь себя, у меня же сын есть.
Макар похлопал Лорана по плечу и продолжил:
– Спасибо тебе Лоран, ты настоящий друг.
– Друг? – задумчиво произнёс следователь. – Не друзья мы с тобой, Макар, и не были ими никогда. Мы с тобой отцы одного ребёнка. Я долго жалел, что не смог поймать всю вашу шайку.
А когда жизнь так повернулась, то понял, что и не жалею больше. Где бы я сейчас был? Чинил суды над людьми? А чинить эти суды по какому праву я мог? Вот тебя, Макар, как судить? А тебя Николай? А себя? Хорошо, что всё так случилось. Спасибо, Тая…
Лоран с тоской посмотрел на могилку. И побрёл к выходу, Макар и Николай последовали за ним.
Николай зашёл проститься с Зоей и Янеком. Зоя прослезилась. Соломин долго держал её в своих объятиях. Так долго, что Янек уже волновался, всё смотрел украдкой на Зою, всё изучал её эмоции. Потом Николай захотел попрощаться с Зоиными детьми, Зоя пошла с ним. Янек остался один в комнате.
И неожиданно в дом вошёл Лоран. Их взгляды встретились. Янек был вне себя от ярости.
Лоран подошёл к нему близко.
– Я же тебе говорил, – Янек сжал кулаки, – или ты не боишься, что Макар узнает о сыне?
Лоран улыбнулся и произнёс:
– А чего мне бояться? Я сына от отца не прячу. Мне скрывать нечего.
Янек даже опешил.
– Ты на меня не бросайся, – продолжил Лоран. – Я ходил сюда и буду ходить. Мой сын свою родную тётку любит и сестру свою. Это у тебя никого нет, у меня. А у детей пусть будет. Так что привыкай… И только сама Зоя может меня выгнать, а не ты. Вот когда скажет мне, что видеть больше не хочет, тогда исчезну.
Пока Лоран всё это говорил, Зоя стояла поодаль и всё слышала. Она покраснела после слов Янека, когда тот пригрозил Лорану сыном. Ей стало очень стыдно. Корила себя за то, что не сдержалась, и оправдываясь перед Янеком, не сберегла чужую тайну. А потом ещё больше удивилась тому, что Макар уже всё знает.
– Здравствуй, Зоя! – поприветствовал Лоран так, словно они и не виделись сегодня. – Мы теперь соседи.
Зоя улыбнулась. Но не словам Лорана, а тому, как выглядели сейчас её муж и Лоран. Янек стоял насупившись. Лоран, наоборот, в приподнятом настроении. И ей казалось, что если сейчас кто-то из них сделает неверное движение, то они схлестнутся в бою, как разъярённые петухи.
Она, конечно, не хотела, чтобы они дрались. Но сам момент развеселил её. Какое-то приятное чувство разлилось по её телу. Невольно подумала о том, что рада бешенству Янека.
Она хотела сейчас увидеть больше боли в его глазах. Той боли, которая жила теперь у неё в сердце. И ей казалось, что только так она сможет освободиться от всего тянущего и ноющего внутри.
Зоя вдруг подошла к Лорану близко и сказала ему:
– Спасибо, что зашёл, приводи детей, Злата будет счастлива.
На Янеке не было лица. Он стоял неподвижно. Когда Лоран ушёл, сказав, что скоро приведёт детей, Янек подскочил к Зое. Крепко прижал её к себе, начал насильно целовать, она пыталась вырваться, а потом поддалась, отвечала на поцелуи, гладила его по волосам и щекам.
Зое хотелось сказать Янеку, что она его очень любит и хочет простить его, но пока не может. Но молчала. И Янек молчал. Целовал и целовал, словно хотел насытиться её поцелуями, пока позволяет к себе прикасаться.
Когда услышали лёгкое покашливание Николая, отпрыгнули друг от друга, словно их застали на месте преступления.
***Неприязнь к детям Лорана у Евгении появилась давно. Когда Лоран болел, она выставляла их на улицу до прихода Зои с работы. И не винила себя за это. Вот и сейчас, отвлекая Прохора, напоила Ивана и Степана тем, что приготовила Матильда. Мальчики пили жадно. Евгения нервничала. Еле успела, вернулся Лоран.
А Евгения не на шутку разошлась. Муж всё не приходил. Ей хотелось побыстрее уехать из этого дома. Но вернувшийся Николай пошёл на попятную.
Прямо с порога он заявил, что ехать никуда не собирается, и они остаются дома. Лоран вывел детей из-под шквала скандала и отправился с ними домой. Всё произошло так быстро, что он даже не понял, как они оказались дома. Старший сын помогал раскладывать вещи обратно.
– А как же тётя Зоя? – спросил Иван. – Мы же хотели навестить её.
– Навестим, обязательно навестим, – пообещал Лоран.
Он всё думал о Зое. Прекрасно понимал, что стал сегодня причиной ревнивого взгляда Янека. Сейчас это его раздражало. Почувствовал себя вовлечённым в чужую игру.
Прекрасно видел по глазам Зои, что она продолжает любить Янека. Просто его, Лорана, использует в своих целях.
Никогда ещё Зоя не говорила так вкрадчиво: «Спасибо, что зашёл, приводи детей, Злата будет счастлива».
Она произносила это каким-то незнакомым голосом. Хотя Лоран благодаря тому, что жил с Зоей под одной крышей, изучил её, казалось, всю.
Сегодня слова Зои были наполнены страстью, но бросали вызов не ему. И выходя из её дома, он представлял, что Янек просто не выдержит такого издевательства и примет вызов.
Лоран только предполагал это, но так и случилось. Когда Николай покашливая сообщил, что передумал уезжать, Янек вздохнул с облегчением. Соседство с Лораном отменялось. Значит, теперь можно быть спокойным, что тот не будет торчать целыми днями со своими детьми рядом с Зоей. Он, конечно, понимал, что Лоран будет приходить, но не так часто, как если бы жил рядом.
И Янека стала переполнять радость от слов Николая и мимолётной страсти Зои.
Никто не вспомнил о Макаре. Он сразу после кладбища отправился к Галине. Та заметно нервничала. Собирала вещи, торопилась.
Когда увидела Макара, даже заплакала и прошептала ему:
– Я боялась, что ты больше не придёшь. Мне нужно переехать, я попала под подозрение. Мне срочно нужно скрыться. Пожалуйста, поехали со мной. Я помогу тебе достать другие документы, я сделаю так, что Михаил Быков погибнет, а Макар Кирьянов возродится. Выбирай любое имя, только будь со мной всегда.
Неожиданное предложение заинтересовало Макара.
«А как же документы? – думал он. – Куда я их дену?»
Макар задумался.
«Сжечь, – было первой мыслью, – сжечь и вновь стать самим собой. Отправить Матильде похоронку и освободить её от себя».
Немного поразмыслив, он согласился. Подхватил Галю на руки, умудрился закружиться с ней в маленькой комнатушке.
– Правда? Ты, правда, согласен? – засияла Галя.
– Правда, – кивнул Макар. – Подхватил сумку с Галиными вещами и пошёл с ней на выход.
Сели в экипаж.
– Нас спрячут, – пообещала Галя. – Но тебе придётся рассказать кто ты, и возможно дать показания. Я всё устрою. Если нас ненадолго разлучат, знай, что всё будет хорошо. Я помогу тебе стать тем, кем ты был. Но взамен тебе придётся долго меня терпеть. Готов?
Макар был взволнован. Но это новое и неизвестное влекло его сейчас с невероятной силой.
Через некоторое время экипаж остановился, в неё заглянул какой-то паренёк. Он быстрыми движениями завязал Макару глаза и надел на него наручники.
Макар запаниковал.
– Так нужно, – прошептала Галя. – Это для нашей же безопасности.
Галя вложила свою руку между ладонями Макара. Почувствовала, как повлажнели его ладони.
Чмокнула его в лоб.
– Всё будет хорошо, – прошептала она. – Я люблю тебя, Макар.
– Иди, – кто-то грубовато сказал Гале, когда прибыли на место.