Петля, Кадетский корпус. Книга тринадцатая (СИ)
— Как же их много!
— Но почему они двигаются так согласованно, как будто годами притирались друг к другу?
— Посмотрите на стяги!
— Восемь знамен!
— Да точно! — пораженные торговцы с удивлением заметили, что армия разделена на четко отличающиеся друг от друга восемь неравных частей.
Ей богу получилось спонтанно, три племени юэйчжэней несли свои флаги, гордый Чипса Квисиль выставил родовые цвета. Ойраты и тунгусы вообще любили все такое, у них даже на копьях имелись разноцветные тряпочки. Искренне не понимаю какого лешего вырядились пираты Джона Гоу, а вот восьмым оказался мой личный стяг с атакующим соколом… Ну раз так вышло по наитию выдвигаюсь вперед, благо мне нашли подходящую по статусу лошадку. Собираюсь с силушкой, выкачиваю Левиафане досуха и…
— НА КОЛЕНИ!!! — отдаю резкую команду
Ментальный удар огромной мощи транслируется сонмом подчиненных Духов, параллельно Проныра внушает народу величественные картины мифов о Нурхаци-Завоевателе, армия за моей спиной кажется больше, сильнее, страшнее… Эфир звенит от напряжения, толпа на секунду замерла, неужели не удалось? Блин тогда весь пафос насмарку. Однако вскоре солдаты врага один за другим начали падать ниц. Вот я болван, пауза оказалось не борьбой или актом неповиновения, просто слишком сильно врезал по мозгам, народ вообще парализовало, стояли истуканами, даже одревесневшие ноги не могли согнуть.
— Господин!
— Прости нас неразумных!
— Мы в твоей власти! — зароптали люди, черт и мои сторонники бухнулись на землю, однако перестарался слегка, с другой стороны, кашу маслом не испортишь…
* * *Цзайфэн сидел в своей резиденции в Золотом Городе, превращенной в самую настоящую крепость. Главу клана оберегали пять сотен отборной элиты племени мохэ, в квартале постоянно находились шесть-семь караванов с несколькими отрядами проверенных наемников, которые в любой момент могли встать на защиту интересов юэйчжэней. Тем не менее вождь не чувствовал себя в полной безопасности, так как слишком много сил было отправлено на подавление мятежных Ульчи и Хэджэ.
Однако риск стоил того, если удастся взять в свои руки бразды правления племенем, то во не будет силы способной сокрушить юэйчжэней, можно мобилизовать хоть десять тысяч бойцов и поднять стяги «Восьмизнаменной армии» над всей Манчжурией. Звезды сошлись, под рукой оказалось крепкое войско, а хангуки и британцы заставили Вождя принять решение, которого он так долго опасался. Теперь Цзайфэн нервничая ожидал результата, изначально хотел сам идти на Хэджэ, но ситуация в столице не позволяла оставить резиденцию.
Орочоны слишком сильно укрепились и продолжали наращивать преимущество, Хабаров, кажется, тайно заключил союз с Бургуми Урангкаем, Чжэн Хэ и вовсе точит зуб на юэйчжэний, обвиняет в потере партии опиума, нападениях на публичные дома и даже китайских старателей. К слову, не совсем беспочвенно, Цзайфэн провел независимое расследование и установил, что кто-то действовал при помощи предателей из числа воинов мохэ, или солдатам замутили головы «лисицы», опоили и отправили громить конкуренток.
Как бы то ни было, перед шуньфонгами теперь не оправдаться, поэтому пришлось держать ухо в остро и сидеть в осадном положении. Причем, как только батальоны хангуков, отряды наемников, пиратов и кочевников ушли на штурм Хэджэ и Ульчи, то почти сразу начались нападки китайцев на рынки рыбаков, овощеводов и мастерские ремесленников. Последних грабили особенно беспощадно, ведь с первых много не взять, а у Хайси можно было разжиться броней, оружием и дорогостоящими запчастями к технике.
Ущерб получался двойной, в начале вассалы Чжэн Хэ отбирали товар, а потом приходили оплатившие его заказчики от русских или орочонов… Приходилось вмешиваться, лично решать вопросы, пока они не зашли слишком далеко, да и в целом держать руку на пульсе. Однако победа в одной из битв с непокорными соплеменниками могла бы резко изменить положение, высвободятся войска, можно будет рекрутировать новобранцев, только вот Цзайфэна вместо осуществление мечты ждало горькое разочарование…
— Вождь, мы потеряли оба батальона корейских наемников и всех пиратов, — в зал советов вошел дежурный офицер.
— Что? Когда и как это произошло? — словно ужаленный шершнем, взвился с кресла Цзайфэн.
— Три дня назад, наших подловили на реке во время переправы, пушками и ракетами уничтожили катера и шхуны корсаров, потом по степи всех выживших вылавливали патрули рыбаков и кочевников, — ответил адъютант.
— Мы потеряли всех? — не поверил своим ушам лидер юэйчжэней.
— От полутора тысяч остались лишь жалкие крохи, — утвердительно кивнул офицер.
— Вождь, нас постигла страшная беда! — в зал ворвался начальник штаба.
— Уже знаю, — бледный как мел Цзайфэн едва сдерживал стон, ему было физически больно от произошедшего.
— Понятно, а мне только что рассказали о вероломном предательстве хайси, — без задней мысли прокомментировал начальник штаба.
— Что??? Какие хайси их не было на острове Ульчи!!! — по инерции возразил Вождь, понимая, что масштабы трагедии оказались гораздо больше, чем он полагал.
Глава 25
Клан Шуньфонг
Блистательная госпожа Чу Цяо срочно вылетела в приграничный район Поднебесной, учитывая принадлежность к Службе у хули-цзын был полный доступ к деятельности ряда ведомств на границе. По линии своего ведомства шпионка получила информацию о том, что интересующий ее груз наркотиков уже прибыл в сортировочный пункт. Дальше можно было «обнаружить» и изъять опий, однако этот вариант не грозил Шуньфонгам глобальными убытками, такие меры эффективны лишь вкупе с ликвидацией банды, занимающейся оптовыми поставками героина из Золотого Треугольника.
Ведь потеря груза, произошедшая на территории Поднебесной — это проблема китайских преступных синдикатов. Однако по каким-то причинам кураторы в Пекине отказали в одобрении ареста главарей банды, скорее всего наркодилеры замешаны в каких-то других правительственных операциях, к тому же по ряду свидетельств лидер производителей опиума в Мьянме легендарный Кхун Шифу совместно с триадой гарантировал провоз товара до Манчжурии, так что Чжэн Хэ в любом случае получит свой героин, с задержкой, но все же…
При этом в следующий раз товар могут доставить так, что мы ничего не о нем не узнаем, например напрямую из Мьянмы в Айсиньгьеро. Поэтому требовалось найти другое решение вопроса. Идеальным было бы повторение прошлого сценария, опий пересекает границу Манчжурии, попадает в зону ответственности Чжэн Хэ, а там наемники Германа фон Эйхгорна отбивают или уничтожают товар. Однако в этот раз по сведениям разведки шуньфонги предприняли беспрецедентные меры безопасности, привлекли едва ли не целый полк клановой пехоты, синхронизировали пару десятков торговых караванов со значительной охраной и, сверх того, приняли решение разделить товар на партии!
При таких условиях уничтожить весь опиум весьма маловероятно. У немцев всего пять сотен бойцов, плюс помогут союзные роды, однако против целого полка элиты и охраны торговцев они определенно не тянут, и даже если Джэн Хэ разделит товар на части, то максимум получится зацепить один-два каравана, а значит шуньфонги все же получат зелье и протянут еще немного, что меня ни в коем случае не устраивает. Значит надо найти другое решение и разом уничтожить все и вся. Такое по силам только армии Духов и Петле, благо быстро закончили эпопею с Ульчи и Хэджэ. Но чтобы создать условия для операции, требуется немного подсобить, так что госпожа Чу Цяо получила небольшое задание.
— Остановишь караван до вечера, — хули-цзын надавила на толстого таможенника, помимо аргументов и служебного удостоверения применяя чары. Пять минут назад она в сопровождении оперативников Службы и волкодавов спецназа ворвалась в дом взяточника, на рабочее место не пришли, чтобы не придавать дело огласке, при этом постарались как следует напугать коррупционера.