Петля, Кадетский корпус. Книга тринадцатая (СИ)

— Добрый день! — главы родов появились вместе, видимо о чем-то договаривались перед встречей.
— Прошу к столу, — широким жестом приглашаю гостей к трапезе, — Я взял на себя смелость сделать заказ, но думаю тут каждый найдет блюдо по вкусу.
— О, я уже вижу свои любимые колбаски, — живо отозвался Хэджэ.
— А мне больше нравится рыба, — улыбнулся Ульчи, это видимо профессиональное, — Тем более знаю, что сегодня в этом ресторане подают наисвежайший товар.
— Вот же привереды, рыба, мясо, а мне и того и другого, и всего и побольше, — пошутил Гурун, юэйчжэни с ходу задали беседе непринужденный, дружественный тон, хорошо.
Некоторое время мы отдавали должное еде, мужчины ели с аппетитом здоровых людей, обменивались фразами, шутками, нахваливали кушанья, в общем контакт налаживался. Ничто так не сближает людей, как совместная трапеза в теплой обстановке.
— Буду предельно откровенен, думаю вы уже слышали, что Цинь Ши Хуханди даровал мне право на возрождение древнего рода Айсиньгьеро, — после того как с основными блюдами было покончено, перешел к делу.
— Он не может распоряжаться тем, что ему не принадлежит, — отреагировал Хэджэ, угу местные китайцев не слишком жалуют, так сказать историческая память.
— И никогда не принадлежало, — уточнил Ульчи.
— Это так, однако сегодня Манчжурия не в той кондиции, чтобы противостоять Поднебесной или России, так что согласие одной из держав на реставрацию Золотого Рода дорогого стоит, — мягко напоминаю о современных реалиях, рядом с такими гигантами надо напрочь забыть о местечковых амбициях, сомнут, переварят и следа не останется от юэйчжэний, какими великим бы они не были раньше.
— Согласен, — подал голос Гурун, он явно отличается от коллег трезвыми взглядами на текущее положение дел.
— Скажу больше, у меня есть добро и от Дома Романовых, так что восстановлению Айсиньгьеро мешает только Коре, возможно при поддержки Британской Империи, — посвящаю вождей в тонкости мировой политики, надо расширять кругозор, ведь не все крутиться вокруг Манчжурии.
— Вы хотите, чтобы мы пошли за вами? — без обиняков спрашивает Хэджэ.
— Да, — коротко киваю в ответ и поясняю, — Но дело в том, что ваш лидер как раз-таки полагается на Сеул, что может в итоге вылиться в разорительную, кровопролитную войну, уже сейчас он опирается на тысячу наемников из Коре, да и пираты, поддерживающие Мохэ, завязаны на Сеул.
— Не скрою, между нами и Цзайфэном в последнее время усиливается конфронтация, однако нас в любом случае не устраивает протекторат любой из держав, — ответил Хэджэ.
— Мы видим нашу родину независимой, сильной, как во времена Нурхаци-Завоевателя, — поддержал Ульчи.
— Ну осетра-то урежьте, — вмешался трезвомыслящий Гурун и пояснил свою позицию, — Было бы хорошо объединить народы, населяющие Манчжурию, и лавировать между Россией, Поднебесной и Коре.
— Вы поддержите меня, если обеспечу Айсиньгьро нейтральный статус? — задаю вопрос ребром.
— Идея мне нравится, но народ не пойдет за чужаком со стороны, — отрицательно покачал головой Хэджэ.
— Одни будут думать, что вы ведете нас под русских, так как сами оттуда, другие посчитают исполнителем воли Цинь Ши Хуанди, — объяснил Ульчи.
— Да и мы лишь беднейшая часть племени юэйчжэней, а в Манчжурии есть еще три клана, сравнимых с нами по силе, и добрых два десятка более мелких, — Гурун опять сделал довольно правильное уточнение.
— А что, если я тот, кто собрал реликвии полководцев «Восьмизнаменной армии» и сумел возродить древнюю мощь? — перехожу к главному аргументу, про поддержку Орочонов они знают, про Хабарова могут догадываться, так что пока молчу про лояльность как минимум двух кланов из четырех Великих.
— Это все меняет, — тут же отреагировал Хэджэ, — Мы все пойдем за тем, кто докажет свое право на наследие Нурхаци-Завоевателя.
— Вот те самые Реликвии, — вынимаю из кармана перстень и надеваю на палец, снимаю куртку под которой вожди могут увидеть наручи, ожерелье и недокольчугу.
— Это те самые артефакты!
— Я чувствую их силу!
 
— Без сомнений! — мгновенно отреагировали все трое.
— Они полны силы, — для пущей убедительности прошу Духов выделить толику энергии, вещи на мне разгораются колдовским пламенем.
— Мы верим тебе, Избранный, — склоняется Гурун.
— Но, чтобы восстановить древние клятвы родов, которые были, есть и будут вассалами Нурхаци-Завоевателя, требуется пройти обряд посвящения в святой Обители Незримых, — внес уточнение Ульчи.
Черт, что-то слышал об этом, но отнес в разряд мифов и легенд, ибо подтверждения эти сказки не нашли. Однако вожди явно знают гораздо больше, похоже их упертая вера в Реликвии продиктована не навязчивым желанием восстановить былое величие, а вполне себе четким протоколом наследия, который по всей видимости оставил Нурхаци-Завоеватель или один из его ближайших соратников. Так что деды не маразматики-ретрограды, как о них думает Цзайфэн, а вполне себе прагматичные ребята.
Поучается довольно логичная картина, племена ищут Реликвии, однако к ним нужен толковый шаман, который сможет поймать и загнать в артефакты Духов, тем самым подтверждая наличие способностей. Однако во времена Нурхаци таких умельцев было хоть пруд пруди, а значит нужен еще один тест, на принадлежность, так сказать, к правильной школе. Даже не представляю, что там может быть за задание, однако информации «помощник» набрал немало, петля есть, будем пытаться оправдать надежды…
— Вы согласны попробовать? — спросил Гурун, — Мы должны предупредить, что хотя давно никто не обращался к Обители Незримых, но мероприятие потенциально опасное, Духи могут вас не приять.
— Для начала я бы хотел увидеть само место и понять в чем состоит процесс обряда посвящения, — сразу в бутылку не лезу, на всякий случай оставляю пути отступления.
— Конечно, — легко соглашается Хэджэ, мы окажем любое посильное содействие, перед вождями замаячила долгожданная надежда, сейчас они готовы на все ради осуществления мечты целых поколений предков.
— Это далеко от Золотого Города? — уточняю подробности, сейчас нельзя надолго исчезать, слишком многое на меня завязано, да и вождям стоит быть на месте.
— Всего в дне пути на северо-восток вглубь территорий Юэйчжэней, — ответил Ульчи.
— У меня непростые отношения с вашим боссом, как мы обеспечим безопасность на этих землях? — идти с орочонами не получится, лучше сразу объявлять войну, а вожди вряд ли смогут противостоять гвардии Цзайфэна.
— Думаю, лучшей защитой будет секретность миссии, мы должны взять минимум людей, в идеале пойдем вчетвером, — внес смелое предложение Гурун и я склонен с ним согласиться.
— Переоденемся в простых путников, минимум запасов, несколько заводных лошадей, — добавил Хэджэ.
— За мной скорее всего установлена слежка, да и за вами тоже, прежде всего надо сбросить хвост, — предостерегаю троицу, а то их конспирация может привести к обратным результатам, выследят и повяжут, тем более сами идем в руки к Цзайфэну.
— Мы знаем, — кинул Ульчи, — Предлагаю тайно пробраться на рыбачью шхуну, так мы сбросим сухопутных шпонов, а пока противники найдут подходящее судно, нас уже высадят в нужном месте, где будут ждать лошади и провизия.
— Хороший план, — в принципе меня все устраивает, — Только есть один вопрос, а Цзайфэн знает о вашем тайном месте, может ли он предугадать куда вы меня поведете?
— Род Мохэ не посвящен в древние знания, секрет известен лишь главам четырех родов, — ответил Гурун.
— Хайси может предать нас, — озаботился Хэджэ.
— Если будем действовать осторожно и быстро, то врага не успеет отреагировать, а там пусть рассказывает, — Ульчи предложил играть на опережение.
— Хорошо, — глава рыбаков вроде развеял мои сомнения, риск есть, но понятный и просчитываемый.
— Тогда мы все подготовим и заранее дадим вам знать о начале похода, — подводит итог Хэджэ.
В общем встреча прошла продуктивно, осталось решить вопрос с Обителью Незримых. В принципе предполагаю, что там очередное место силы и какой-то Дух, но, учитывая армию эфирных хищников в моих артефактах, имею все шансы на победу…