Мечи против кубков (СИ)

— Знаете, давайте поступим как умные, взрослые и предусмотрительные, — предложила я, усаживаясь на землю рядом с порталом и стараясь усмирить бурлящую внутри жажду действовать. Все будет бесполезно, если мы действительно потом не сможем найти эту поляну. — Я сейчас свяжусь с Патриком и попрошу его найти нас, захватив с собой следильный артефакт.
По какой-то необъяснимой причине мне было страшно расставаться с Раулем. Причем неважно, сама ли я побежала бы в управление или отправила туда графа. Идея разделения мне интуитивно не нравилась.
Мне вообще было страшно уходить с поляны, словно она могла исчезнуть.
Но и просто сидеть спокойно было очень трудно.
Пусть рядом со мной был любимый мужчина, с которым я только что обручилась. Казалось бы, прекрасный повод побыть наедине. Но волнение разрывало меня на части. Оно оказалось совсем несовместимо с романтическим настроем.
Я могла на пару минут замереть в объятиях Рауля, но потом убегала к ручью, какое-то время любовалась стремительным течением, затем испуганно бежала обратно к тому месту, где находился портал. Убеждалась, что могу легко его найти.
Если граф успевал поймать и удержать меня, мы замирали на несколько минут, затем я убегала к деревьям, подзывала Рауля полюбоваться восхитившей меня птичкой, цветком, кустом… И снова мчалась к порталу…
Это было какое-то паническое безумие, я прекрасно понимала, что так себя вести неправильно, что настоящие леди должны быть спокойнее, увереннее. Тем более та, кто вот-вот станет замужней дамой!
Мы нашли маленький независимый проход, мы сможем вернуться домой не через год, а как только разберемся окончательно со всеми местными загадками. Как только поймем, как излечить дядю Фредерика и чего ожидать от леди Туринэль и Люсьены.
У нас есть свой маленький портал, которым мы можем воспользоваться в любой момент. И он действует, иначе бы у меня на пальце не сияло обручальное кольцо Фрехбернов.
— Королевский изумруд. — В очередной раз застыв в объятиях Рауля, я положила руку ему на плечо, чтобы было удобнее любоваться сверкающим голубым камнем. — Как символично! Камень ясновидцев, помогающий видеть будущее, читать людские мысли и обращать сны в явь.
— Да. Если верить преданиям, — усмехнулся Рауль, сжав в ладони мои пальцы. — Хелена вернула это кольцо моей матери, едва узнала об измене Георга. Отказалась его носить дальше. И… я рад, что оно теперь на вас. Этот камень всегда необъяснимо притягивал меня к себе. И знаете, что самое интересное? Он не разговаривает со мной. — Рауль загадочно улыбнулся, приподняв одну бровь и выразительно посмотрев на меня. — Я в детстве пытался выяснить его историю, но он все время молчал.
— Как удивительно. — Я улыбнулась и прижалась щекой к руке графа.
— Вы бы еще в кустах спрятались! — раздался у нас над головой ворчливый голос Аировэля. И тут же рядом с нами опустился, увеличиваясь в размерах, Патрик.
  
Глава 72. Изумрудные тайны
 
От неожиданности мы с графом отступили друг от друга. А оба только появившихся мужчины, и человек, и нелюдь, уставились на кольцо на моем пальце.
Вот только Патрик почти сразу отвел взгляд, выдавив лишь: «Поздравляю», зато Аировэль, подлетев прямо к камню, принялся отчаянно стучать по нему кулаками, словно пытался взломать давно запертую дверь. Сильные удары отдавались мне в руку, но у фея было такое рассерженное выражение лица, что я решила немного потерпеть. Мне было просто неприятно, а в глазах Аировэля светилась искренняя боль.
— Лорд, объясните, зачем вы пытаетесь разбить этот изумруд? — не выдержав, поинтересовался Рауль, сжав мои пальцы и закрыв кольцо своей ладонью.
Граф постепенно учился контролировать свой дар, регулируя громкость предметов, делящихся своими воспоминаниями. Он даже наловчился полностью отключать их. Поэтому последнее время носил перчатки с собой, а не на себе.
— Я пытаюсь разбудить древнее зло, — процедил фей, тяжело дыша и искрясь от гнева. — Это один из телохранителей старшей принцессы! Он пытался устроить бунт среди кристалов, и потом его вместе с младшим братом изгнали из нашего мира. Кирис, — Аировэль покрутился вокруг наших рук, пытаясь добраться до камня, — ввязался в эту заварушку с бунтом по молодости и глупости. И где он теперь? Где, я вас спрашиваю? — Фей с возмущением уставился на Рауля, словно тот был виноват во всем, начиная с приговора двум изумрудам.
 
— Эм… — Я осторожно высвободила руку от крепкого захвата графа и уставилась на кольцо. — А принцесса была очень к нему привязана?
— Еще бы… королева переживала, что ее дочь свяжет свою судьбу с кристалом. — Судя по презрению в ворчании Аировэля, это был бы очень позорный мезальянс. — Но к счастью, появился принц драконов. — Презрение сменилось ехидством. — Однако леди Туринэль предала всех своих мужчин. — А сейчас в голосе нелюдя вновь послышалось презрение с некоторой долей уважения. Как я понимаю, нечто типа того, что я испытываю к Алисе. Жертвовать всеми на пути к своей цели способен не каждый. — Не стала защищать одного, и позволила захватить другого.
— Значит, телохранитель мог оказаться тем самым «сокровищем», встречи с которым принцесса так ожидала? — продолжила рассуждать я, одновременно советуясь с Аировэлем. Даже процитировала по памяти то самое письмо Люсьены к Алисе: «И берегите бесценное сокровище. Ее величество очень рассчитывает на встречу с ним».
— Нет, вы не поняли! — Фей так активно замахал руками, что даже немного взлетел. — Принцесса была влюблена в его брата! — И, еще раз убедившись, что пнуть бунтовщика-телохранителя у него не выйдет, Аировэль уселся на один из кустов. — Мальчишка был наивный, красивый, преданный, как щенок, и честный, как…
— Как вы, — подколола я нелюдя. — Ладно, думаю, лорд Фрехберн согласится со мной, что, раз в родовом кольце запрятано магическое живое существо, следует передать его властям вашего мира.
— Нет уж. Пусть он так и остается камнем, — недовольно буркнул фей. — Или ладно, мы его у вас выкупим. Заменим на обычный. А этого гада выбросим в немагическом мире, после того как он расскажет, куда делся Кирис! Ее величество уже давно его простила, в отличие от… — И Аировэль очень выразительно покосился на изумруд.
— А брата своего телохранителя леди Туринэль могла бы назвать сокровищем? — присоединился к нашему обсуждению Рауль, одновременно незаметно приобнимая меня одной рукой. — Просто «и берегите бесценное сокровище» подразумевает, что сокровище уже найдено, а наше родовое кольцо хранилось у моей матери примерно с того самого времени, как леди Алиса появилась в нашем доме. И она не могла знать, где оно.
— Ну… — Аировэль поморщился, словно съел что-то кислое, но все же признал: — Могла бы. Вот его бы — могла.
— Значит, он у Алисы, у леди Алисы, — уверенно объявил помалкивавший до этого Патрик. — Скорее всего, вместе с ней во вневременье. Как гарантия того, что леди Туринэль ее оттуда вытащит.
Мы все притихли, даже фей, хотя он плохо знал милую копию своей не менее милой коллеги.
— Придется попросить Джорджа переговорить с Алисой, — поджав губы, вполне в духе Аировэля процедила я.
Мысль, что мы можем попасть в зависимость от этой леди, мне не нравилась. Но если у нее имеется сокровище, которое так дорого леди Туринэль, значит, мы сможем его обменять на дядю Фредерика. В смысле, как-то договориться, чтобы он перестал быть секретным оружием в войне, которая уже закончилась.
В первый раз я связалась с кузеном еще на поляне, обрисовала ему ситуацию и заодно убедилась, что картину Эрик уже принес.
 
— Изумруд-оборотень? Типа тех турмалинов, что были в раме? Слушай, я после этого ни одно украшение с камнем не надену! Или нет! А девушки такие есть? Можно мне кольцо с девушкой? Лучше блондинку, но я не капризный…
— Среди турмалинов есть семь женщин, — уведомил меня Аировэль, и скептически хмыкнув, добавил: — Однако контакты с кристалами очень сложны из-за их необычной физиологии.