Мечи против кубков (СИ)
— Да? Из ваших слов…
— Мой дядя Фредерик стал марионеткой в чужой игре за власть, и сейчас мой другой дядя пытается его спасти. — Я даже ногой топнула от злости. Потому что нельзя сравнивать моих родных и местный клубок змей, запутавшихся в хвостах и жалящих самих себя и друг друга. — А у вас одна из принцесс собственного жениха использовала, а потом умирать бросила.
— Валялся в деревянных развалинах возле замка. — Натриэль мягко приземлился рядом еще в облике тигра, спрыгнув с середины лестницы с толстенным ржавым гвоздодером в зубах. И заговорил еще в прыжке… Пришлось быстро зажмуриться, потому что на полу вместо полосатого зверя оказался голый мужчина.
— Какому психопату могло понадобиться это страшное оружие? — голос Аировэля заметно дрожал.
— Там этого оружия целая свалка. Может, люди раньше жили? Или сарай был, с инструментами. Там еще пыль железная повсюду…
Я приоткрыла один глаз, чтобы полюбоваться на фея. На его лице отчетливо читались ужас и отвращение. Зато маг, заметив, что я подглядываю, ухмыльнулся:
— Мои ослепляющие прелести уже скрыты иллюзией одежды.
Теперь и мое лицо немного перекосилось:
— Иллюзией? То есть на самом деле ты до сих пор…
Уф-ф! Как это все… отвратительно! Лучше не думать об этом, и все.
— Что ломаем-то — дверь или замок? — бодро уточнил метаморф, продолжая вызывающе ухмыляться.
— Замок. — Я показала, что примерно надо делать, и отошла в сторону.
Иногда нам с Эриком надо было проникнуть на заброшенный или не совсем заброшенный склад, например. Не будь у меня подобного опыта, мы бы долго здесь крутились, ломая магические копья. А так не прошло и пяти минут, как замок упал на пол, Натриэль распахнул дверь, а Аировэль прилевитировал к нам в коридор все еще крепко спящего принца. Красивого мужчину с ослепляюще рыжими волосами и кожей странного, едва заметно бирюзового оттенка.
Я надеялась, что фей его уменьшит, но он уменьшил лишь меня. Маг мчался впереди нас, тигром, а принц летел за нами, не просыпаясь.
Поэтому облегченно выдохнула я лишь тогда, когда мы выбрались из замка, миновав все ловушки.
Правда, пришлось все же пережить небольшой стресс. В одном из коридоров с потолка посыпались мечи, как раз в тот момент, когда над полом проплывало спящее тело… лицом вверх… уф!
Хорошо, Аировэль быстро сориентировался, прямо в воздухе резко поставил и быстро перенес принца в спокойную зону, отбивая мечи над его головой каким-то странным светящимся оружием, похожим на длинную шпагу. Она была длиннее самого фея и за секунду материализовалась у него в руках.
Мне показалось, что нелюдь после всех этих приключений даже не запыхался. Вот только стоило нам вылететь из ворот замка, как маленький ворчун уселся на одной из веток и пробурчал:
— Принц ваш. Буди́те, топи́те, все что хотите делайте, а я отдыхаю.
Не совсем спокойное путешествие из камеры до ворот заняло минут пятнадцать, однако дракон так и не проснулся. Поэтому, отбросив в сторону условности, мы с магом потащили спящее тело к озеру. Вернее, тащил Натриэль, а я порхала рядом и пыталась вспомнить травы, которые мама Эрика добавляла в наши бодрящие настойки.
Положив рыжего дракона на берегу, маг сменил облик на кошачий, чтобы лучше нюхалось, и умчался искать что-нибудь резко пахнущее. Мы решили не экспериментировать и пойти простым путем, осязательным.
Конечно, была опасность, что Натриэль не успеет зашвырнуть принца в воду и тот чихнет на него магией так, что мало не покажется. Но метаморф мог сам нырнуть под воду и отсидеться там. Меня же, как слабое человеческое существо, отправили под защиту Аировэля подальше в лес. И хорошо!
Потому что дракон все же чихнул. Громко, от души, с наслаждением, прежде чем со звонким шлепком слевитировать в воду. Фей все же сжалился и, не подлетая к озеру, издали, пришел на помощь магу, пока тот мчался в нашу сторону.
Сначала Натриэль бежал тигром, потом в какой-то момент прямо в прыжке сменил облик на кошачий и с громким «мяу» прокатился последнюю пару метров на лапах, подгоняемый мощным магическим всплеском. Аировэль вернулся ко мне раньше, и мы успели забиться в дупло. А вот кот залезть к нам не успел. Он распластался по земле и, дожидаясь, пока магические всплески стихнут, отчаянно мяукал. Наверное, чтобы нам в дупле было стыдно…
— Попробуй я его поднять к нам — и вместо орущего животного у нас была бы сплющенная о ствол шкурка. — Ворчать и одновременно оправдываться может далеко не каждый. Но у моего нового напарника по приключениям был особый редкий дар.
— Да я вас и не обвиняю, — насмешливо усмехнувшись, поддразнила я фея.
Естественно, коту, то есть Натриэлю, демонстрировать, что он успешно разбудил не только принца, но и чувство вины по крайней мере у одного из нас, никто не стал. Метаморф еще изображал страдальца, когда я высунулась из дупла и убедилась — магия спокойно витает в воздухе, удушающе плотная, физически ощутимая, оседающая в легких, наполняющая тело изнутри. Никогда не чувствовала себя настолько всемогущей!
— Все? — Аировэль тоже высунулся, хмыкнул, пальнул в орущего кота сорванным с ветки орехом и полетел к озеру. Я понеслась за ним. Натриэль, прекратив жаловаться миру, превратился в тигра и побежал сначала за нами, затем, обогнав, впереди нас…
А из озера совсем не величественно выползал огромный красно-рыжий дракон!
Правда, слегка взбодрившись и окончательно проснувшись, дракон вновь превратился в человека. Так мужчинам было удобнее общаться. Вернее — ругаться, выясняя, кто виноват и что делать. Я с трудом сдерживалась, чтобы не влезть с подсказками. Пусть сами сначала попробуют разобраться…
Зато я узнала, что королеву Натриэль убил по просьбе самой же королевы. Именно поэтому в нужное время в комнате никого не было: старая фея ловко избавилась от своих придворных дам.
— Я не приносил ей клятву, единственный из приближенных, именно поэтому и мог сделать то… то, что сделал.
Аировэля такое объяснение устроило. Он, конечно, поморщился, но обвинять мага в убийстве перестал. Наверное, для этого мира подобные ситуации нормальны. В любом случае это не мое расследование, пусть местные полицейские разбираются.
То, что случилось с принцем, тоже относилось к проблемам этого мира. Печальным проблемам.
— Во всем этом замешаны песочные люди! Они задурили Туринэль голову! — У дракона в человеческом облике был громкий бас, особенно когда он злился. То есть большую часть разговора принц возмущенно грохотал. — Все время внушали ей, что они ближе всех к людям. Обычные маги сна, влияющие на разум. Вот и повлияли… Внушили всем, кто был готов поверить, что королева завещала трон Туринэль.
Главное, в первую очередь в это хотела верить сама Туринэль. Сумей она противостоять магии песочных людей — и ничего бы не случилось. Как я поняла, эти магические существа не могут внушать то, что желают сами. Они делают почти реальным то, чего хотят другие. Оживляют сон, превращая его или в мечту, или в кошмар.
Ужасный мир, страшный!.. Мало того что сами феи могут влиять на разум тех, кто их слабее, так еще песочные люди, так и пытающиеся влезть в чужую голову, чтобы сделать сны явью. Как тут оставаться в здравом уме, непонятно!
Но зато понятно, почему часть полуфей и обычных людей верит в то, что прежняя королева завещала престол старшей принцессе, а часть, например тот же Иниэль, не верит. Хороший тест на преданность.
— Не знаю, сама ли Туринэль заманила меня сюда, или кто-то добросердечный решил помочь, — басовито громыхал дракон. — Но вляпался я, как мальчишка…
— А меня позвали сюда от твоего имени, — пояснил свое присутствие здесь Натриэль. — Я подозревал, что это ловушка, но попался… как мальчишка, — закончил он теми же словами, что и принц.
— Мальчишки и есть, оба, — ехидно хмыкнул Аировэль, снисходительно оглядев своих собеседников. — Ладно, полетели спасать еще двоих…
И вот тут-то выяснилась еще одна очень интересная подробность. Мы не могли улететь далеко от замка! То есть мы — могли, а вот принц и маг — нет.