Мечи против кубков (СИ)

— Знаю, — это относилось к последней фразе графа. Но и с тем, что Патрик не стал бы зря терять время, я была согласна.
— Держитесь, тормозим, — выкрикнул нелюдь.
Мне бы не хватило сил, чтобы сохранить равновесие, настолько резко мы остановились. Но граф успел прислонить меня спиной к столбу, обхватив его обеими руками. Так что я просто уткнулась в грудь Рауля, а он удержал нас двоих. Правда, когда я ощутила, как напряглись его мышцы, мне вновь стало жарко так, что щеки запылали!..
Никогда раньше не приходилось испытывать ничего подобного. И вот сразу два мужчины заставляют меня разрываться на части. Пусть Патрик смущает не настолько сильно, как Рауль, но и рядом с ним я теряю способность полностью контролировать собственное тело и мысли. А уж с графом…
— Вы в порядке, леди?
Кажется, простой вопрос, но у меня такое чувство, что я вот-вот растаю и от обжигающего взгляда, и от разгорающегося внутри пламени. Кто бы мне объяснил, что это? Любовь? Страсть? Просто реакция на симпатичного мужчину рядом? Но на Эрика же я так не реагирую?!..
— Выпрыгивайте, быстрее!
Фей первым оказался на суше, просто перелетев, а вот нам пришлось спрыгивать на отмель. Вернее — Раулю, чтобы потом перенести меня на руках с парома на берег.
— Быстрее, быстрее! — торопил нас нелюдь, мечась светящимся пятнышком в кромешной темноте.
До лестницы мы добежали, а вот наверх по ступенькам в полутьме даже при наличии перил следовало двигаться осторожно. Максимально осторожно, учитывая, что перилами служили канаты, привязанные к неравномерно прибитым основам. Рухнешь с такой высоты, и все… Фей — это не дракон, не удержит, даже если поймает.
— Быстрее же! — подгонял нас нелюдь, порхая вокруг. — Да что ж вы медленные такие!
Еще бы чуть-чуть — и я начала бы огрызаться, но у фея терпение закончилось раньше, чем у меня. Внезапно мы с Раулем взмыли вверх и почти сразу же оказались у огромной земляной стены, которую в прошлый раз открывали несколько магов.
Пока мы пытались отдышаться, нелюдь сложил ладони, вытянул вперед руки и потом раздвинул их, медленно, с заметным усилием, гипнотизируя при этом стену. Висящий на его шее медальон засветился красновато-коричневым светом, как и полагается артефакту, наполненному магией земли. В появившийся узкий проход пролезли сначала я, затем Рауль. Мелкий нелюдь прошмыгнул последним, и земля снова сошлась, словно и не расходилась никогда. Уф-ф!
— Было страшно, — честно призналась я, жмурясь от яркого света и инстинктивно поежившись. Мне действительно казалось, что щель в земле срастется до того, как я из нее выпрыгну. Я едва удержалась, чтобы не выдернуть графа за руку, позволив ему выползти самостоятельно.
— Погнали…
Хорошо, нелюдь сначала предупредил, затем приподнял нас над землей и полетел впереди, поблескивая сине-голубыми крыльями. Крупная, сверкающая в солнечных лучах бабочка.
Если полуфеи предпочитали человеческие размеры, то фею нравилось быть маленьким, однако магии в нем было значительно больше, потому что в этот раз летели мы гораздо быстрее. И самое интересное — наклонившись вперед, то есть не совсем стоя и не совсем лежа.
Вскоре выяснилось, что я не готова мчаться на безумной скорости, глядя, как мелькает под ногами трава, земля, цветы, кусты. Меня начало мутить, все сильнее и сильнее. Вот только мелкий нелюдь летел вперед, даже не оглядываясь. Поэтому, как бы мне ни было страшно закрывать глаза, я все же зажмурилась. Голова, правда, по-прежнему кружилась, но стало значительно легче.
— Вы там что, спать собрались? — Через час полета фей соизволил обратить на нас внимание. — Что ж, правильное решение. Спите, — разрешил он, и я… уснула.
  
Глава 44. Иномирные новости
 
Проснулась я уже не летящей, а лежащей на краю кровати. Под головой у меня оказалась очень мягкая подушка, соблазняющая вздремнуть еще немного. Но я героически заставила себя повернуться, так как буквально на уровне инстинкта почувствовала, что лежу здесь не одна. И действительно, на другом краю кровати сладко спал Рауль.
 
Мы находились в светлой, слишком светлой комнате. Большую часть стен занимали огромные окна, и внутри все было белое-белое: потолок, пол, обои, кресла, покрывало подо мной, скатерть на столе… Зато мир за окном переливался всеми существующими оттенками красок. Цветы, птицы, бабочки, феечки — вся эта яркая пестрота сверкала и искрила в солнечных лучах. Даже когда я отводила взгляд и принималась изучать комнату, перед глазами еще полминуты мелькали разноцветные блики. Но после темноты подземелья мне было приятно любоваться этой ослепляющей красотой.
Рауль не проснулся ни когда я ерзала, ни когда встала и начала переходить от окна к окну. Только когда уселась рядом и пощекотала ему уголок рта, а потом осторожно провела пальцем над верхней губой, мой граф приоткрыл глаза, огляделся, поймал меня за руку и притянул к себе. Это было настолько неожиданно, что я успела лишь ойкнуть, прежде чем оказалась лежащей на кровати. А надо мной нависал мужчина…
Странно, но я не испугалась. И стену возводить мне не хотелось. Я не чувствовала себя оскорбленной, наоборот… все было совсем наоборот, и вот от этого мне стало страшно. Если бы этим мужчиной был Патрик, я бы только обрадовалась. Но меня по-прежнему тянуло к графу, как… как бабочку к огню!
Наши лица оказались непозволительно близко, и если во время поцелуев я знала, что в любой момент смогу отстраниться, то сейчас подо мной была кровать и…
— Игра зашла слишком далеко, лорд. — Я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно прохладнее и не дрожал. Главное, чтобы не дрожал! Стены надо возводить уверенным тоном.
От этой проклятой жары у меня раскраснелись щеки. И сердце застучало слишком быстро. Но самым неприятным оказалось сладкое ноющее чувство где-то внизу живота. Конечно, я примерно представляла, что это может быть, вот только не знала, что с этим делать. Нормально ли, что я испытываю подобное рядом с Раулем? И если испытаю нечто схожее с Патриком, значит, я совсем распущенная женщина? А если не испытаю, то… что тогда? Подождать? Или это будет означать, что к маркизу у меня нет настолько сильного притяжения?
Уф-ф! О чем я вообще думаю?!
Сейчас важно лишь одно: Патрик остался у Агаты! И еще там, в подземелье, Люсьена… бесценный источник информации о дяде Фредерике.
Я вновь засомневалась, правильно ли мы сделали, что сбежали. Там мы были окружены полуфеями и людьми, а теперь находимся у магических существ, не воспринимающих нас как равных.
Возможно, нас здесь так же запрут, подселив очередного котика-доносчика. И что тогда? Снова сбегать? Выкрасть Люсьену, чтобы выпытать у нее все о дяде, и потом обменять ее на Патрика?
После моих слов Рауль отстранился, так что я спокойно уселась и проверила, на месте ли мои карты. Граф специально отвернулся, чтобы не смущать меня.
Да, бабушкина колода была в целости и сохранности. Я помянула тоскливым вздохом свою сумку с двумя другими колодами и накопителями, оставшуюся в домике вместе с Оржэлем. А потом, соскочив с кровати, кинулась к двери, дернула ее на себя и очень удивилась, обнаружив, что мы не заперты.
Правда, комната, в которой мы находились, оказалась частью больших покоев. Внимательно изучив их и не обнаружив никаких котиков и бабочек, я вытащила рыцаря мечей и, убедившись, что Джордж готов меня выслушать, отчиталась:
— Сбежали из подземелья к чистокровным феям. Пока все в порядке, не считая того, что лорд Патрик остался в плену у сторонников другой принцессы. Как у вас дела?
 
— Мы никуда не бегаем, — с плохо скрываемой завистью хмыкнул кузен. — Дядя вроде бы в норме, но выпускать его отец все еще опасается. По вечерам собираемся всей семьей, слушаем истории о другом мире, так что могу вас утешить — вы поступили правильно. Дядя уверен, что сторонники старшей принцессы гораздо опаснее, чем сторонники младшей. Их мало, они злее, живут в подземелье и думают только о мести. Только отец, наверное, прав, переживая о дядином здоровье. Потому что сначала дядя выдает вполне логичные рассуждения о том, что младшая принцесса лучше как правительница страны, а потом начинает твердить, что на престоле должна оказаться старшая, так как она наследница и избранница предыдущей королевы. А младшая — узурпатор, и ее сторонники — мятежники, от которых следует избавиться. И еще настаивает, что все маги должны поддерживать друг друга и наш долг прийти на помощь старшей принцессе. Так что я рад, что вы у младшей.