Мечи против кубков (СИ)
Правда, появление реки оказалось для меня неожиданностью, но нелюдь остановился заранее, поэтому я не влетела на бегу в воду, а притормозила на береговой полосе, даже не замочив подошвы туфель.
Артефакты, освещавшие нам путь в первое путешествие, в этот раз были погашены. Фонари на самом пароме — тоже. Но нас уже поджидал Иниэль, даже в полной темноте сумевший подготовить паром к отплытию.
— А где Патрик? — растерянно спросила я, не обнаружив своего жениха нигде поблизости.
— Он останется здесь, я за ним присмотрю, не волнуйтесь, леди, — заулыбался вечно радостный парень. — Его будут оберегать как королевскую тиару, ведь им нужны хранитель, чтобы открыть портал.
— А вы не знаете, с какой целью моего дядю вернули в наш мир?
— Вы или мы? — Смех у нелюдя был очень красивый, заразительный, но его постоянное веселье уже начало раздражать. — Он — оружие, из которого в нужный момент выстрелят. Но не переживайте, вы в этот миг будете здесь, в безопасности.
— Но там, в нашем мире, друзья, родственники, просто близкие люди!
— После смерти своих близких Иниэль иногда забывает, что у других они еще остались.
Никогда не думала, что можно объединить сарказм и сочувствие, но у второго фея, успевшего увеличиться до человеческих размеров, получилось. Очередное прекрасное хищное совершенство. Узкое вытянутое лицо, четко очерченные губы, точеный профиль, заостренные кончики ушей, длинные золотые локоны и уверенный взгляд серых глаз. Еще немного — и я начну подозревать Краухбернов в дальнем родстве с феями!.. Вот только красота маркиза была более естественной. Во внешности Иниэля можно было найти к чему придраться, а новый знакомый отпугивал своей идеальностью.
— Предлагаю продолжить светскую беседу в более безопасном месте. — Оба нелюдя странно переглянулись.
Я очень хорошо чувствовала их внутреннее напряжение и еще что-то неуловимо знакомое. Предчувствие опасности, буйствующий адреналин, заглушающий инстинкт выживания. В последние дни я несколько раз испытывала нечто подобное, так что узнала почти сразу.
Мы с Раулем быстро забрались на паром. А нелюди вдвоем столкнули тяжелый водный транспорт с отмели, задействовав магическую силу. Затем старший хлопнул по плечу младшего, уменьшился, подлетел к нам и уселся рядом с зубчатым колесом, через которое проходил вылезающий из-под воды канат. Он тянулся над нашими головами, а потом, через второе колесо на другом краю парома, уходил под воду.
Колеса крутились как будто бы сами по себе, и паром двигался вперед достаточно быстро.
— С ним ведь ничего не случится? — устав напряженно вглядываться вперед и прислушиваться к тому, что происходит позади, я решилась побеспокоить погруженного в управление нашим транспортом нелюдя.
— С вашим другом? Если нам удастся сбежать, то его будут беречь…
— …как королевскую тиару, — закончила я фразу. — Вообще-то, я переживала за Иниэля, мне показалось, что…
— Иний постоянно рискует, он сам выбрал такую судьбу. И обычно он успешно выкручивается, сваливая вину на кого-то менее везучего. — Сарказма в голосе нелюдя было так много, что волнение почти не ощущалось. Но я все равно умудрилась его заметить. Просто от напряженной обстановки обострились не только слух и зрение, но еще и внутреннее чутье. Я даже ощущала слабый ветерок, дующий нам в спину…
Внезапно нелюдь очень тихо выругался. Причем я сразу поняла, что это какое-то очень витиеватое и совсем неприличное выражение, общий смысл которого я едва уловила.
А потом заметила и причину недовольства — нас преследовали несколько крылатых светлячков. Вроде бы трое… Нет, четверо!.. Нет, четвертым был Иниэль, потому что он, догнав одного из троицы преследователей, что-то сделал… и светлячок упал в воду. Два других разделились, один продолжил преследовать нас, а второй вступил в бой со смешливым полуфеем.
Я видела лишь сверкающие всполохи, красивые яркие полоски на темном фоне, то разлетающиеся, то слетающиеся, сталкивающиеся друг с другом. Видела, как одна из полосок стала менее яркой и более… рваной, неровной. Ее источник был поврежден, ранен. И меня пугало то, что я не знала, кто это. Иниэль или его противник?
— Верьте в него, — неожиданно попросил меня второй нелюдь, уменьшаясь и взмывая навстречу нашему преследователю. — И в меня…
Я даже замерла, немного ошарашенная этой просьбой. Совсем недавно эти же слова произнес Патрик, когда мы прощались перед открытием портала. «Вы, главное, верьте в меня». Наверное, это не простое совпадение и вера что-то значит, придает силы, не знаю…
— Я буду верить в Иниэля, а вы, лорд, верьте в его друга.
Рауль послушно кивнул, следя за сражением, проходящим практически над нашими головами. Противники даже иногда балансировали по канату, как канатоходцы.
А я вновь сосредоточилась на светлых полосах у берега. Не знаю уж, как правильно полагалось верить в фей, но я просто представляла Иниэля и старалась влить в него что-то — веру, силу, магию, нечто внутри меня, что должно было помочь ему победить. Глупо, конечно, но больше я ничем не могла помочь тем, кто вроде бы нас спасает. По крайней мере, карты считают так, а я привыкла им доверять.
Глава 42. Отвлекающие факторы
Или мы с Раулем хорошо верили, или просто наши нелюди оказались более опытными бойцами, но в конце концов Иниэль, явно раненный, судя по тусклости свечения и скорости полета, добрался до берега, а второй нелюдь вернулся к нам на паром. У него тоже была кровоточащая рана от чего-то острого и тонкого. Интересно, чем они тут сражаются, кроме магии? Я никакого оружия не заметила…
— Обеззараживать? Перевязывать? Чем мы можем вам помочь? — сразу же накинулась я на несчастного, едва он приземлился и притих, облокотившись о первый подвернувшийся выступ. Причем продолжая оставаться мелким светящимся человечком в испачканной кровью рубашке. Это был очень странный и страшный контраст. Ослепляюще яркие сине-голубые крылья; идеально сидящий строгий наряд; прекрасное лицо и золотистые локоны, спадающие на плечи… и медленно расползающееся по белоснежной рубашке кровавое пятно.
— Ничем. Если бы я был хотя бы на четверть человеком или полукровкой, как Иний, было бы проще, — проворчал нелюдь, морщась или от боли, или от приступа ксенофобии. — Но у меня среди родни даже дриад с эльфами не было, не то что людей…
Фей еще даже не закончил до конца свою мысль, как Рауль, присев на корточки, чтобы было удобнее, прикоснулся указательным пальцем к ране. И тут даже я на секунду ощутила резкий магический… удар… или, вернее, укус магии. В графа хлынул магический поток, наполняя его силой, которую мы, люди, можем спокойно впитывать.
Понадобилось меньше минуты, чтобы цвет кожи нелюдя из мраморно-белого стал более-менее естественным.
— Благодарю, — процедил он не слишком довольным голосом. — Я бы и сам справился!..
— Но мне это ничего не стоило. — Рауль, встав, хмыкнул и пожал плечами, всем своим видом показывая, что его помощь — просто пустяк, мелочь.
— Зато мне это будет стоить… — опять разворчался нелюдь. — Мы очень щепетильны, когда речь идет о долге, тем более таком крупном. К тому же вы впитали не только ядовитую магию клинка, но и часть моей. Это как обмен кровью в вашем мире…
Выдав все это, фей, продолжая оставаться мелким светлячком, перелетел к колесу впереди и устроился там. Несмотря на рану, нелюдь еще сохранил достаточно магии, чтобы управлять паромом. Мы помчались по воде почти со скоростью кэба министерства правопорядка, преследующего преступника.
Я сначала полюбовалась на недовольного фея, потом обменялась насмешливо-понимающими взглядами с Раулем и, убедившись, что мой граф в полном порядке, подсела поближе к нелюдю.
Минуты через три-четыре меня одарили раздраженным взглядом человека, которого настойчиво отвлекают от важного дела.