О бедном мажоре замолвите слово 2 (СИ)

Классика, можно сказать, но с поправкой на магию. Сколько я таких бомжей под Питером из дачных домиков выковырял — даже не посчитаю!
Дачный поселок имел довольно четкую планировку: прямые улицы, расчерченные будто под линейку, практически одинаковые участки земли и отсутствие асфальта. Вмещал в себя около шестидесяти домов. Из них, в это время года, около двадцати пяти были жилыми на постоянной основе.
  
Остальные использовались по выходным, когда хозяева, проживающие в городе, сюда выбирались. Из этой массы выбивалось около пятнадцати участков, на которые их владельцы либо не приезжали очень давно, либо наведывались, но очень редко, с целью инспекции на сохранность.
Именно их я решил проверить в первую очередь.
Удача улыбнулась мне через полчаса.
На подходе к одному из таких дворов, кожу на руках и лице внезапно обдало ледяным дуновением. Можно было бы и не заметить, списав на случайность, но именно чего-то подобного я и ожидал. Сомнений быть не могло — это именно тот дом, который мне был нужен.
В очередной раз за сегодняшний день сформировал «ветерок», вложил в него малость «маны», и направил его в сторону крепкого деревянного забора, давно нуждающегося в ремонте.
— И почему я не удивлён? — удовлетворённо хмыкнул я, снова рассмотрев знакомое мерцание, только на этот раз гораздо более интенсивное.
Ну, здесь-то были не остатки применения магии, как у бабы Нюры в огороде, а полноценное, все еще работающее заклинание. «Полог», если я не ошибаюсь. Иллюзия, скрывающая всё, что происходит за невидимым барьером.
Одна и та же школа на заброшенном деревенском доме и на бабкином участке. Совпадение? Не думаю!
«Полог» заклинание не боевое и не защитное. Просто отвод глаз или, по умному — преломление световых волн особым образом. Этот образец, к тому же, еще и был слабеньким, маг посильнее меня мог бы сквозь него смотреть, как через мутное стекло.
Но мне и в этом нужды не было. Накинув на всякий случай защиту — кто-то же в домике живет, и вряд ли будет рад вторженцу — просто перешагнул невидимый рубежи и оказался внутри.
Бинго!
Целых три человека сразу же попались на глаза, стоило оказаться во дворе. Мужчины разного возраста. Мирно сидящие за столиком возле крыльца, и беззаботно режущиеся в карты. Пасторальная такая картина.
Один из них, сидевший лицом к калитке, при моем появлении сделал удивленное лица. Тронув одного из партнёров по игре за плечо, он первым поднялся на ноги. Спустя секунду, вся троица была уже на ногах.
Как удачно, что с зачислением в штат, я получил и табельное оружие. Кому-то может показаться, что входить в чужой двор с готовым к стрельбе пистолетом — это перебор, но, боюсь этот кто-то не учитывал «покрова». Хозяева и даже безопасные сквотеры, так не действуют.
Зайди я к ним с одним своим «ветерком», эффект был бы совсем другим. А так напряглись сразу, зыркают зло. По внешнему виду мужчин, и их не испорченных интеллектом лицам, становилось ясно, что даже ствол их не особо пугает. Короче, эти черти будут брыкаться — к бабке не ходи.
— Замерли! — скомандовал я. — Вечер в хату, сидельцы. Не дёргаемся, я сказал.
Последнюю фразу я добавил для особо непонятливого, который мягко двигался в мою сторону. Словно бы незаметно перетекая из одной позы в другую. Опасный тип.
Про сидельцев, зэков в смысле, я добавил не случайно. Хотя мужики были в гражданке, но совсем недавно бритые наголо головы, повадки, и уникальные, свойственное только матерым уголовникам, выражения на лицах, сразу давали понять к какой социальной группе они относились.
Уже пожалел, что не бомжи.
— А в чем дело, парень? — нагло улыбнулся крайний, не прекращая движения в мою сторону. — Влетел со стволом, людям в лицо тычешь. Не по понятиям…
— Полиция, — процедил я, даже удостоверением левой рукой махнул. — Кто такие? Что здесь делаете?
— Командир, ты опусти пушку, давай, как люди спокойно поговорим, — подал голос тот, кто меня первым засёк, бросив, как ему казалось, незаметный взгляд в сторону дома. — Уверен, это какое-то недоразумение.
«Вас ещё и больше, чем трое. Хреново, Галя!»
Подтверждая мое подозрение шевельнулась занавеска на окне. Я не стал дергаться, наводить ствол на окно. Но переступил так, чтобы быстро отпрыгнуть в сторону — на случай, если подельник этой троицы шмальнет из ружья. Мало ли. Щит-щитом, а вот удержит ли он пулю?
— По беспределу зашел, начальник! — подпел «вежливому» третий. Выглядел он просто хрестоматийным зэка — щуплый такой мужичок неопределенного возраста с трёхдневной щетиной, и парой сверкающих фикс. — Сидим у себя дома, в «терц» режемся, а ты мордой в пол укладываешь! Ордер у тебя есть вообще?
— А у вас документы? И право собственности на дом?
Сразу после этой фразы разговор, что называется, зашел в тупик. Не будь я готов к чему-то подобному, в своем стремительном рывке щуплый бы меня достал. Причём без всякой магии, на одной только скорости. Не зря я его самым опасным пометил.
А так лишь в сторону отступил, давай невесть откуда взявшемуся ножу в руке уголовника, бессильно чиркнуть по щиту. И сразу же провел контратаку. В момент когда он только раскрывал глаза в удивлении, я уже шагнул ему навстречу и с силой впечатал рукоять пистолета в нос. Без всякой жалости, аж хрустнуло что-то.
И следом, не давая оставшейся парочки прийти пострадавшему товарищу на помощь, пустил гулять по двору ветер. Плотный поток сбил зэков с ног протащив по земле пару метров.
Слабенькое заклинание, но этим двум с головой хватило.
— Не вставать, мать вашу! — рявкнул я, следя одновременно за поверженными противниками, и не выпуская из виду входную дверь в дом.
— Ты мне нос ш-ломал, — откуда-то снизу прогундосил щуплый. — Сучара. Да я ж тебя…
С таким контингентом я имел дел в прошлой жизни больше, чем хотелось бы. И знал, что позволять им даже каплю вольностей, вроде безобидных ругательств и угроз, нельзя. Поэтому, не дослушав, что там он меня, прописав ему с ноги в голень. «Расслабляющий» ментовский удар, как по учебнику. В берцах бы лучше вышло, но и с дорогими туфлями тоже получилось неплохо…
— А-а-а, — разнесся над двором полный боли крик. — Сука!
— Еще раз рот свой поганый откроешь, прострелю ногу, — ласково пообещал я. — Ферштейн, арестант?
— Понял я, понял! — сквозь сжатые зубы прошипел пострадавший.
— Славненько. Дальше, вы двое, — обратился я к поднимающейся на ноги парочке. — Грабки за голову, и ко мне быстро! Мордой в землю уткнулись. Молодцы. Кто в доме еще остался?
— Да мы одни тут, начальник… А-а-а! Да что ж ты делаешь, сука!
— Врать нехорошо. Врать представителю полиции — чревато. Эй, в хате! Выходим по одному с поднятыми руками! Минута вам на это, время пошло!
— А то че? — раздался изнутри чей-то нахальный голос. — Зайди и вытащи, если не зассышь!
— Нахрена? — удивился я. — Сейчас «пульсар» в окно кину, сами выскочите.
То, что я одаренный, они уже видели. Правда, оперировал я воздухом, а не огнем, но это же детали, верно? Тут главное давить не переставая. На наглости и уверенности в своих силах. Так-то, если разобраться, для мага, да еще и пистолетом, даже серьезный численный перевес простецов не проблема.
Правда, один из них точно одаренный. Кто-то же ставил «полог». Этого забывать нельзя.
В доме после моих слов притихли, а по окончанию минуты, стали выходить наружу. Первый, второй, третий…
«Десять, — ужаснулся я про себя, стараясь не подавать вида. — Десять зэков практически в центре Владимира спокойно живут в дачном поселке, воруют с грядок картошку с помощь магии и режутся в „терц“. А я на них один пошел. Офигеть не встать! Вот уж точно — дуракам везет!»
  
— Слыш, — когда все задержанные чинно улеглись лицом к земле, один из тех, что скрывался в доме, подал голос. — За что задержал то? Предъявляй, а то не по понятиям. Мы свои права знаем!
Я перевел взгляд на говорившего. Здоровый мужик, лет сорока на вид. Похож на главного в этой банде.