О бедном мажоре замолвите слово 2 (СИ)

Потом, когда начнется откат, и ломка скрутит этих смельчаков в мокрую половую тряпку, готовую на все ради дозы, из них можно будет вязать узлы любой сложности. Беда лишь в том, что у нашей команды ждать этого не было времени.
Счет шел на часы. В Красноярске стоял поздний вечер, во Владимире — ранний. В Европе, где находился сейчас граф Зубов, вообще еще часов шестнадцать, самый разгар дня. Платов, который застроил местное УВД, уверял, что режим секретности продлиться самое большое сутки после случившегося. Но я бы сказанное им разделил надвое — что-то да просочиться раньше. Невозможно вовлечь в происходящее огромное количество людей, и ждать, что те не будут болтать.
  
Но двенадцать часов имелось. По моим расчетам, успевали мы чика в чику. Четыре часа лёту до столицы и к вечеру мы на месте. Короткий отдых, ранний подъем, подготовка, а там уже и Зубов из Европ вернется — завтра в четырнадцать у него запланировано посещение нотариальное оформление более ранней покупки. Спасибо Ксюше с Касуми, не дали помереть дураком. Отлично поработали, девочки.
Там мы этого умника и возьмем. Доказательств, позволяющих получить санкцию суда на арест дворянина у нас было достаточно, а вот вывернется он потом или нет — это, конечно, ещё посмотреть надо. Но, строго говоря, не наше это дело. Мы свою работу сделали.
— Михаил, еще раз хотел выразить вам свою бесконечную благодарность, — склонился в древнем, как бы не из девятнадцатого века, поклоне, барон Алексеев. — Если бы не вы, я бы не только наследства предков лишился, но и выставил бы себя полным дураком в свете.
— Полно, Иван. Мы все сыграли свои роли, только и всего, — заставив его выпрямиться, произнес я. — Но сыграли отменно!
Щегол он еще, конечно. Мнение света его, видите ли, до сих пор волновало. Вот уж на что можно спокойно поплевывать, так это на него. Ну пообсуждали бы, поохали, а потом бы, сразу после того, как случится новое громкое событие, забыли бы к чертовой матери. А вот то, что землю не профукал, и нам помог взять мерзавцев — это важно.
— Не скажите! — вскинулся было молодой дворянин, но я взмахом руки остановил его дальнейшие излияния.
— Время, Иван.
— Да-да, конечно! — тут же смутился он. — Хорошего полета, Михаил. Аника Владимировна, Мария…
Девочки только ладошками ему помахали и взлетели по откинутому трапу в салон частного бизнес-джета. Вот чего не отнять у Алексеева, благодарным он быть умел. Подслушал в разговоре, как мы с Аникой обсуждали тайминг — успеваем или нет. И втихаря подсуетился, зафрахтовав самый быстрый борт, который только можно было найти в Красноярске. Тем самым обеспечив нас не только комфортом на время полёта, но и сократив время в пути с четырёх до трех часов. Так что в столицу мы должны были прибыть где-то к девяти вечера, а к десяти, как изначально планировали.
Сколько это ему стоило я был без понятия. Но, думаю, не дороже куска земли, который остался в баронском роду благодаря нашей авантюре.
— Спасибо, — я вошел в салон последним, и дверь за мной сразу же поднялась. А еще через несколько минут пилоты вырулили на взлётку и подняли машину в воздух.
— А ничего так, можно привыкнуть! — Маша заняла небольшой диванчик. — Михаил Юрьевич, а мы теперь всегда так будем работать? С полетами по всей стране на частных самолетах?
«И использованием военных „мобиков“?»
Последняя фраза не прозвучала, но как бы имелась ввиду. Каждую свободную минутку девушка поднимала вопрос о том, как жизненно необходим в злобинском отделении мобильный доспех класса «Камчадал». Причем с оговоркой — хотя бы. Типа, это такой необходимый минимум для работы, но лучше, конечно, что-нибудь покруче прикупить.
Мы с Аникой ее беззлобно троллили. Воронина очень живо рисовала ситуации, где Маша в тяжелой броне врывалась в наркопритон, где курили траву подростки, я же подливал масла в огонь, добавляя, что патрулирование в городской черте вообще надо отдать «мобикам», а постовых уволить нафиг. Вот тогда уровень порядка на улицах точно вырастет.
Мединская надувала губы, фыркала, что мы спелись против неё и ничего в маготехнических новинках не понимаем, однако по прошествию некоторого времени снова, как бы невзначай, поднимала тему. Иногда в лоб, но чаще — исподволь. Типа: «А помните, госпожа капитан, когда мы банду торговцев артефактами брали? Вот бы тогда „камчадала“ нам, да?»
После чего в воздух выстреливали ТТХ машины: встроенные щиты, броня, спарки пулеметов, гранатомет, система подавления радиолокаторов противника — ума не приложу зачем все это против обычных уголовников. Не говоря уже о магической составляющей, позволяющей пуляться спелами ранга до четвертого ранга.
О том, где на нашу операцию удалось достать это чудо инженерной и магической мысли, Аника все же рассказала. Очень скупо, явно не желая выдавать подробности. Мол, знакомый у нее под Красноярском служит. В Особом Драгунском. Через него она машинку и выбила. Дескать, я же знала, что Платов нас прикроет, и сделает так, что ни Мединской, ни доспеха, в протоколах задержания не будет, потому и смогла продавить старого знакомого.
На дурачка история, честное слово. С кучей дыр. Для начала, чтобы «знакомый» мог провести боевую машину «мимо кассы» он должен был быть минимум замкомандира Особого Драгунского. Что, допустим, правда. Но откуда тогда, скажите на милость, его могла знать владимирская оперша двадцати пяти лет? И это только на поверхности лежало.
Но ловить ее на несоответствиях я не стал. Во-первых потому, что был занят немного другой деятельностью. И считал, что раз уж начальница способна найти военного «мобика» в чужом городе за несколько часов, то это ей только в плюс. Да и имела она право на тайны, если уж на то пошло.
Ну а во-вторых… Я уже стал как-то привыкать к тому, что Аника та еще шкатулка с сюрпризами. Которые мне чисто профессионально хочется изучить, но опыт зрелого мужчины и всей прошлой жизни буквально кричат, что делать этого не стоит. Хотя бы потому, что отношения с ней, которые после красноярской авантюры у нас явно подошли к отметке «взаимная симпатия», могут очень быстро сползти на «неприязнь» и даже «вражду».
— Не привыкай, — Воронина сама сползла по креслу, как медуза по камню. — Вот станет Михаил нашим начальником, замучаешься объяснительные писать. Это он сейчас добренький, мажорит на все деньги, а потом наверняка начнет расходы считать.
— Начальником? — домиком подняла брови Маша. — Миша станет начальником Злобинского отделения? Правда?
— Выше бери! Управы!
— Слушай её больше, Маш, — фыркнул я. — Госпожа капитан изволит шутить.
— Но я, кстати, слышала что-то такое дома, — не вполне поверила мне Мединская.
— Я буду все отрицать, так и знайте!
Разговор, продлившись еще несколько минут после взлета, сам собой затих. Мы были слишком уставшими, чтобы не вырубиться в мягких креслах и на удобных диванах. Что и сделали. Первой в царство Морфея отлетела наша скромняга, превращающаяся в «мобильном доспехе» в настоящего мистера Хайда, за ней заклевала носом Воронина. Я продержался дольше всех, но в какой-то момент моргнул… и открыл глаза только на звуках голоса командира экипажа о том, что самолет заходит на посадку в аэропорту города Владимир.
Девушки тоже уже проснулись, и сейчас тихонько, чтобы не будить меня, обсуждали перспективы развития нашего дела в части доказательств против высокопоставленных офицеров ИСИНа. По Зубову-то понятно всё было, а вот к «звездоносцам» из тюремной системы еще только предстояло подобраться. Но уже после графа. И после того, как придут в себя зэки, оставленные в сибирском городе, с помощью которых мы сможем выстроить всю цепочку.
  
Кивнув обоим, но не собираясь вступать в разговор, я нацепил на нос очки и запросил у Ксюши новости. Интернет на борту был, пусть и не самый быстрый, так что помощница должна была справиться. Однако она, прежде чем подгружать новостную ленту, выдала оповещение.