О бедном мажоре замолвите слово 2 (СИ)
Плюс, у графа Завьялова, это я еще на лесной полянке заметил, парочка телохранителей была: приближаться к такому господину с ПП в руках — гарантированно нарваться на упреждающий выстрел. А мне всё же хотелось поговорить. Хотя бы сначала.
— Уверен, что телохранители графа тебе по зубам? — перед входом в кафе уточнил я у Влада.
Тот неопределённо дёрнул плечом, но произнес твёрдо.
— Если дашь мне секунд десять на подготовку, то — да.
— Они у тебя будут, — заверил я его. И толкнул дверь.
Барона Алексеева, который поехал с нами, решили оставить в машине. Не нужна мне была на этих переговорах его юношеская запальчивость. Иван, правда, попытался спорить, мол, у него есть право посмотреть этим мерзавцам в глаза и вообще — за что его люди в лесу гибли. Пришлось напомнить ему, что это с самого начала была не дуэль дворян, а полицейская (хотя и невероятно авантюрная) операция. И нефиг ему, сугубо гражданскому лицу, делать на допросе двух подозреваемых.
Нехотя, но он всё же согласился. Лишь попросил, чтобы позже я дал ему возможность поговорить с задержанными. Я обещал — что мне, сложно, что ли? Зато не будет никаких: «Вы подлец, сударь!» и прочего хруста французской булки. Не уверен, что я бы это в своем взвинченном состоянии смог перенести спокойно.
Да и сказать по правде, вся моя стратегия строилась на дерзости, наглости и заверениях одного Воина, что он сможет справится с двумя телохранителями. Если что-то пойдёт не так, барона еще и грохнут могут. А оно мне надо?
Дверь в кафе открылась с лёгким звоном колокольчика. В лицо ударил тёплый воздух, наполненный запахом свежего кофе, корицы, выпечки и ещё чего-то вкусного, даже домашнего. Помещение было небольшим — основной зал перед барной стойкой, и еще два, поменьше, по правую и левую стороны. Наши персонажи заняли левый. Целиком — граф и барон сидели за одним столиком, парочка бойцов — за другим.
В центральном и правом посетителей не было — так-то рабочий день, время к полудню, а кафешка в глуши стоит. Ну мне же лучше — если все пойдёт не по плану, то никто посторонних не пострадает.
Разве что — бармен. Молодой паренёк, по виду типичный студент на подработке. На нас он бросил заинтересованный взгляд и профессионально улыбнулся. Клиентоориентированный, молодец. Мне такое нравится. Надо проследить, чтобы он не пострадал.
— Два кофе, погорячее, сделай. Спасибо, — кивнул я ему, и не задерживаясь двинулся к столику аристократов. Колодин пялился в планшет и хмурился, Завьялов — в панорамное окно с видом на лес. На меня они сперва даже не взглянули.
В отличие от телохранителей, которые сразу подобрались, готовясь действовать. Вот их мне сейчас и нужно удержать, обеспечивая напарнику нужное время.
— Добрый день, господа, — громко представился я. — Княжич Шувалов, Михаил Юрьевич. Вы, если я не ошибаюсь, граф Завьялов? Мы с вами виделись сегодня на полянке перед дуэлью.
Да и пофиг, что я весь в грязи — в машине я успел переодеться и кое-как отмыть лицо влажными салфетками, но добился лишь того, что размазал все очень художественным образом. Однако, сын одного из Семи может себе позволить несколько «неуставной» внешний вид. И вообще, вдруг я эксцентричный миллиардер? Раздеваюсь догола и бегаю по грязи под луной. Могут же у человека моего положения быть лёгкие безобидные завихрения?
Некоторый ступор я уже обеспечил. Телохранители стрельнули глазами в сторону босса, тот медленно кивнул, и поднялся, натягивая на лицо улыбку. Они, наоборот, уселись обратно. Магия родового имени! А вы все «воздух», «земля»!..
— Михаил Юрьевич? Вот уж кого я здесь не ожидал увидеть!
— Я здесь инкогнито, граф. Потому и не представлялся.
— Зовите меня Пётр Николаевич, прошу! Не нужно церемоний.
Колодин уже оторвался от планшета, и пытался понять, что тут вообще происходит. Какой-то мужик с лицом измазанным грязными подтеками вдруг вваливается и заявляет, что он, оказывается, княжеский сын. Как на это реагировать?
— Рад знакомству, Михаил Юрьевич, — проблеял он.
— Обращайтесь ко мне «ваше сиятельство», барон, — холодно осадил его я. Раз уж моя задача на данном этапе ломать шаблон, то следует делать это из всех орудий.
— Эм-м… конечно, ваше сиятельство.
Краем глаза заметив, как кивнул Влад, я улыбнулся и без разрешения уселся за стол к отдыхающим дворянам. Телохранитель свою заготовку сделал, значит, охранников графа мне опасаться не стоит. Самого Завьялова, как и Колодина, я не боялся. Нападать на Шувалова, да еще в присутствии кучи свидетелей (и не факт, что ещё получится) — это почти тоже самое, что достать пистолет и выстрелить себе в висок. Проще выйдет. И менее болезненно.
— Ну и как у вас тут вообще дела? — начал я светски, когда бармен притащил две чашки кофе. Поблагодарил его кивком, сделал глоток — боже, как же хорошо с холоду-то горяченького! — Дуэли, охоты, интрижки с актрисами? Чем, в целом, живёт провинциальное дворянство, а?
— В каком смысле? — затупил Колодин.
А вот Завьялов на мою реплику никак не отреагировал. Более опытный, он уже понял, что я тут появился не случайно. И запах приближающихся неприятностей тоже почуял. Они пахли гарью, порохом и кровью. Как я.
— Просто не представляю, как вы тут проводите досуг, вот и спрашиваю, — легкомысленно улыбнулся я. — Думал вот развлечься сегодня, посмотреть, как проходят дуэли по Эдикту Равных. Знаете, господа, у нас в столице, это невероятная редкость! Раз в пять лет — самое частое. А тут у вас чуть ли не раз в полгода. Даже завидую вам.
Туповатый Колодин тоже начал соображать куда дует ветер. Но пока еще не до конца.
— Я не совсем вас понимаю, ваше сиятельство, — промычал он.
— А что там понимать, барон? — хмыкнул я. — Вы мне обломали развлечение, ради которого я из Владимира специально прилетел. Согласитесь, свинство! Вижу, согласны. Это кем вообще надо быть, чтобы притащить на схватку в рамках Эдикта пять десятков беглых зэков с оружием? Только свиньей! Я, понимаете ли, рассчитывал увидеть современную трактовку овеянных столетиями древних традиций, а нашёл лишь банальнейшую попытку рейдерского захвата земли. Тоска!
Только тут до Колодина дошло, о чем я собственно говорю. Он побелел, вцепился пальцами в край стола и сипло, с потугой на возмущение, выдавил:
— На что вы намекает, ваше сиятельство⁈
— Колодин, ты вообще тупой, что ли? Я что тебе, актрисулька из местного театра, намекать? Я тебе прямо говорю — свинья ты, Колодин. Свинья, а не барон!
— Да как вы смеете!.. — начал было подниматься дворянин. Но замер, увидев перед глазами тонюсенькую сосульку, казалось бы растущую из пальца приблизившегося Влада.
— Не рекомендую, — спокойно и очень веско произнёс мой телохранитель.
Смотрел он при этом не на бледного барона, а на охранников Завьялова. Которые даже не сделали попытки присоединиться к нашему общему веселью. Что он с ними сделал, интересно? Будто к стульям примерзли!
— Продолжаем разговор! — улыбнулся я, будто ничего не произошло. — Петр Николаевич, ну ладно Колодин, он — патологический тупица. Но вы-то как в эту авантюру влезли, а? Взрослый мужчина, целый граф, небось еще в дворянском собрании в своей губернии состоите. Не стыдно?
— Не понимаю, о чём вы говорите, Михаил Юрьевич, — холодно отчеканил Завьялов. Поднялся. — Но беседа с вами меня утомила. Прошу простить, но я вас покину…
— Не, граф, никуда ты не уйдешь, — отбросив манерность княжича, зло прошипел я. — Потому что если ты сейчас встанешь, то уже к вечеру сегодняшнего дня от твоего рода останутся одни угольки. Конфискация, утрата титула, позор, изгнание, нищета. Даже фамилию из Бархатной книги вымарают — слово Шувалова! Но если останешься — есть варианты. Твой выбор?
Граф сел обратно буквально через три секунды. Сделал лицо, будто в покере «на всё» ставил и выжидательно уставился на меня. Ну вот! Приятно иметь дело с умным человеком!
— А давайте я расскажу вам историю, господа! — преувеличенно весёлым голосом воскликнул я. — Как в любой хорошей притче, в ней есть глупость, жадность и вероломство. По итогу они, конечно, наказываются, и добро снова торжествует. Иначе чтобы это была за притча? Ну как? Готовы слушать?