О бедном мажоре замолвите слово 2 (СИ)

— Не знаю, где тебя так учили договариваться, но у нас нет такого права, предлагать снисхождение, — пояснила Воронина.
— Ну и ладно! Он то об этом не знает! Схожу после нашего совещания, может правда подкинет чего.
Начальница только рукой махнула, мол, горбатого могила исправит. А я плечами пожал. Ну да, нечестно. На честных воду возят. Такие вот, как Киселёв!
Потом была небольшая вечерняя планерка. Аника в общих чертах сообщила по ситуации, сказала, что отдел зэками больше не занимается, а мы с ней уходим в спецгруппу под Главком. Не совсем правда, но начальница явно не собиралась раскрывать все карты. Для их же безопасности.
  
Девчонки тоже это понимали и лишних вопросов не задавали. Они молодцы, конечно, но вот этого огня оперского и шила в заднице у них нет. Спокойная предсказуемая работа, желательно без стычек с сильными мира сего. Правильно, что мы их оставляем.
Воронина вела инструктаж, отдельно напоминая Стелле по истекающим срокам некоторых дел, а я сидел без дела, изображая из себя залипшего в телефоне человека. На деле же я нигде не серфил, просто пытался коммуницировать с виртуальной ассистенткой в текстовом режиме. Жутко медленно и неудобно. Голосом намного проще.
Так как мне при передаче дел только и оставалось, что бездельничать, я отпросился и сгонял до камер, где держали задержанных. Завтра их уже должны перевести в городской ИВС, так что надо было узнать, чего там фокусник хотел сказать.
Оказалось — мозги попудрить. Минут пять мне их делал, прежде чем я понял, что ничего у него нет. Кроме какого-то человека, имени которого он не знал, и который должен был их из домика вывезти куда-то на новое место. Короче, максимально обтекаемо и никакой конкретики.
А, еще он заговорщическим тоном сообщил, что может сказать, кто их из тюрьмы выпустил. Я пожал плечами, бросил коротко: «Бансуров что ли?» Чем расстроил сидельца невероятно. Он сразу же кинулся вываливать все что знал, но увы — очень немногое. Даже про то, куда их везли и чем предстояло за свободу расплатиться, сказать не мог. Лишь то, что от всех беглых требовалась некая услуга. Опять же, без подробностей.
Только время потратил. Вернулся в кабинет, когда планерка закончилась. Девчонки начали собираться по домам, а Воронина подошла ко мне.
— Ну что? — спросила он.
Я обрисовал ей наш разговор с Кисилевым. Она покрутила пустой стаканчик в руке, выбросила его в мусорное ведро.
— Ничего другого я и не ожидала. Стал бы им начальник тюрьмы все свои планы докладывать. Ладно, давай обсудим наши дальнейшие шаги, Михаил.
Не, я так-то тоже фанат работы, но Анику мне явно не переплюнуть.
— Начальница! — взмолился я. — А может совместим приятное с полезным? С утра же не жрамши! Давай в ресторан заскочим тут неподалеку? Там и поговорим и поедим?
Услышав это, Стелла подмигнув Ворониной.
— Соглашайся! — без всякого стеснения и, что я отдельно отметил, малейшего признака ревности, произнесла она. — Меня в прошлый раз голубым тунцом кормили. Ты знаешь сколько он стоит? Да и развеешься, тебе полезно будет!
— Стелла! — строго отчеканила Аника. — Речь вообще-то о рабочем совещании, а не о том, что ты себе там придумала!
Стояла она близко, а потому я заметил, что кончики ушей у нее покраснели. Никак смутилась?
— А я про что? — рыжая сделала совершенно серьезное лицо, но в зеленых глазах хохотали бесенята. — У нас сын князя в отделе работает. Мы же теперь постоянно совещания проводим в дорогих ресторанах, а свидетелей в апартаментах селим.
И не дожидаясь отповеди от начальницы, подхватила со спинки стула свою сумочку, и быстро вышла прочь. Напоследок крикнув из коридора.
— Повеселитесь там!
Воронина похоже еще больше смутилась. Взглянула на меня и выдала.
— Вот ты кобель, конечно!
Нормально! А это тут причем? Придумают себе всякую фигню, а я — кобель! Я просто пожрать хотел!
К счастью, тему мы развивать не стали. Собрали вещи с таким прицелом, чтобы долго не возвращаться, и пошли к машине. И вскоре уже катили по вечернему городу. За окном плыли размытые световые полосы фонарей, а в салоне, несмотря на «умную» систему контроля запахов, отчетливо пахло гарью.
До этого мы как-то внимания на него не обращали — мысли были заняты другим. Но стоило только немного расслабиться, как он тут же дал по носу.
— Будто с шашлыков едем, — неожиданно усмехнулась Воронина, невольно угадав о чём я сейчас думал. — В таком виде я, конечно, в ресторан ещё не ездила.
— Плевать. В данный момент я хочу есть и пофиг на все остальное, — я бросил на спутницу быстрый взгляд. — А вообще, брось. Ты отлично выглядишь. Лучше чем я, а это нелегко.
Немудреная шутка слегка разрядила атмосферу в машине, Аника даже улыбнуться попыталась. Развивая успех, я решил уточнить и еще кое-что.
— Что тебе пообещал Платов? — поинтересовался я. — С Пушкарёвым понятно. Со мной — вроде тоже. А твой интерес в чем? Помимо морального удовлетворения от хорошо сделанной работы?
Признаться, ожидал привычного: «Не твое дело, Шувалов!», а потом долгого холодного молчания. Но начальница удивила.
— Кое-что личное, — после долгой паузы всё же ответила Воронина. — Тебе не нужно этого знать. Службы это не касается. Кстати, а ты все же соврал тогда.
Это она так тему меняет? Изящно!
— Когда это? — искренне удивился я. — О чем речь?
— Помнишь ту красивую историю про княжича, который решил поработать в «поле»? Выбрать свой путь и так далее? Однако, когда Платов намекнул на выгоды для твоего рода, ты сразу же согласился. А я ведь в самом начале сказала, что ты здесь затем, чтобы произвести впечатление на отца.
Не отрывая взгляда от дороги, я улыбнулся.
— Немного перепутала причины со следствиями, — поправил ее я. — Впечатлять его мне не надо. А вот выстраивать свой жизненный путь так, чтобы он не воспринимал меня своим продолжением, и считался с моим мнением — имеет смысл, не находишь? Это как бы естественно в вопросе отцов и детей. Мне выгодно раскрыть дело, так как это повысит мой статус и в системе, и в семье.
Я уже приготовился к новому едкому комментарию с ее стороны, но его почему-то не последовало. Решил уже разрядить легкую напряженность дурацкой шуткой — их много есть у меня, но тут она вдруг выдала.
— Из тебя бы получился хороший «опер».
— Эм-м… А почему «бы». Звучит просто зловеще, как будто ты меня похоронила уже.
— Просто, чтобы ты не говорил, для тебя это временно. Решишь свои вопросы и упорхнешь обратно в свой мир.
И показывая, что эту тему она продолжать не намерена, повернулась к окну.
Впервые в этом мире (в прошлом я тоже таким не баловался, кстати), место для ужина для меня выбирала нейросеть. Признаться, я был настолько сегодня ушатан, что думать об этом не стал. Просто вбил в телефон: «Найди что-нибудь приличное с русской кухней, и построй маршрут», после чего лишь следовал командам навигатора в очках.
Удобно, блин! И… немного страшно. Вот так привыкнешь во всем на машинный разум рассчитывать, и сам окажешься ни к чему не способным. Даже выбрать ресторан для свидания с девушкой. То есть, рабочего совещания, конечно же. Да.
Но местечко оказалось неплохим, встретивший нас на входе официант — не снобом — даже нос морщить от запаха не стал, а кухня — вполне себе русской и сытной.
До еды мы почти не разговаривали, а когда ее принесли, накинулись на пищу, как призывники в увольнительной. И минут десять даже головы не поднимали. Но когда с первичными потребностями организма было покончено, сразу же перешли к делу.
  
— Нужен штаб, — Воронина достала из сумочки небольшой блокнот, и начала в нем записывать. — Работать все равно где-то нужно, а в отделе… сам понимаешь. Надо запросить его у Платова. Он же обещал всестороннюю поддержку.
Откладывать это в долгий ящик я не стал. Быстренько написал генералу, через минут получив ответ: