Истинная (ЛП)

— Все еще караулит снаружи, — ответила я.
— Она так и не появилась?
Я покачала головой.
— Пока никаких признаков.
К’терра уперла руки в бока и вздохнула.
— С самого начала это была дохлая затея. Она не настолько глупа, чтобы прийти к целителю, от которого ее босс сбежал солнце назад. Пойду сама ему скажу.
— Я схожу, — вызвалась я, но снова указала пальцем на дочь: — Мне не нравятся твои вечные секреты в последнее время, Грейс.
  
Она закатила глаза, раздраженно фыркнула и запрокинула голову, словно вот-вот закатит истерику. Топнув ногой, она шумно выдохнула и зашагала в сторону общей кухни.
Я развернулась и направилась к задней двери. Глоток свежего воздуха был желанным подарком, пусть даже в нем отчетливо угадывался стойкий запах мочи. Стоило мне выйти, как Мелек бросил на меня тревожный взгляд.
— Где твой плащ?
Он стоял, прислонившись к каменной колонне и скрестив ноги, и высматривал что-то на пустой улице перед «Брот Аднак». Как только он приподнял край своего плаща, я скользнула под него, позволяя объятиям окутать меня тем самым ароматом йода, который всегда шлейфом тянулся за моей парой.
— Я буквально на секунду, да и улицы все равно пустые.
С каждым днем этот плащ давил на плечи все тяжелее, словно ткань за ночь становилась толще. Теперь мы даже в главный зал не могли выйти без него. Он добавлял к общему грузу лишние граммы, напоминая о нашей реальности: три человека в бегах, запертые между чужим мускусом, стонами и сыростью.
Я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая родной запах.
— Она только что вернулась.
Его глаза расширились:
— И?
— Ничего. Говорит, там все чисто, и никто не желает разговаривать.
— Дерьмо. — Он сжал меня чуть сильнее и несколько раз отрешенно кивнул. — Шанс еще есть. Вдруг она просто проспала? Если не сегодня, то, может, завтра.
Я промолчала, но его лицо исказилось — он и сам прекрасно понимал, что она не придет. Утром, едва я проснулась в его руках, Мелек рассказал мне о визите Каэля. Теперь, когда награда за его голову выросла, любые вылазки за пределы «Брот Аднак» превратились в блеклые воспоминания.
— Я снова подвожу тебя, — прошептал он, осыпая поцелуями мои волосы. — Я так хотел, чтобы мы вернулись на Землю. Нашли бы себе славное уютное гнездышко. Наделали бы кучу гибридиков. Ты бы кормила, а я качал по ночам.
Сердце болезненно сжалось, ведь я хотела того же. Хотела хоть раз пожить нормальной жизнью матери, когда рядом есть мужчина.
— Ты никого не подводишь, Мелек. Но, похоже, наше свидание на фестивале Сон’идар действительно придется отменить, да?
— Скорее всего, анам гайл.
Я обняла его за шею и заглянула в глаза, в которых читались решимость и железная дисциплина.
— Обожаю, когда ты меня так называешь.
— Но ты и есть моя душа, Кэти, — произнес он, ласково притираясь своим лбом к моему, отчего капюшон сполз мне на глаза. — А теперь сделай одолжение своей паре, ослабь хватку, а то ребра просто раскалываются.
— Ой, прости, пожалуйста.
Мои ладони соскользнули в карманы его штанов. Но как только кончики пальцев наткнулись на холодную гладкую поверхность, он перехватил мои запястья и вернул мои руки себе на грудь.
— Забыл сказать. — Он залез в карман и раскрыл ладонь, на которой покоилась серебряная сфера. — Каэль дал мне пять таких штук. Внутри душа-пыль, чтобы откупаться от торчков, если они на нас выйдут. Наркотики подействуют на них куда лучше, чем кредиты. — Не дождавшись моей реакции, он наклонил голову: — Ты ведь веришь мне? У меня и в мыслях нет это употреблять.
— Верю, — ответила я, прижимаясь к его жесткому телу и очерчивая пальцами рельефные мышцы. У меня не было причин не доверять Мелеку. — Надеюсь, мы найдем эту девицу. Ну или хакера.
— Без вариантов. Я не спросил, сколько он берет за фальшивую связь с земными женщинами, но Кидану это наверняка влетело в копеечку.
— Он сам так говорил. — Сердце неожиданно затопило жалостью к покойному, но лучше уж это, чем прежние ненависть и ярость. — Грустно, что он так отчаянно хотел найти пару, что пошел на такое преступление. Теперь я понимаю, почему он без конца просил прощения.
— Это его не оправдывает.
— Нет, конечно. Но это позволяет мне взглянуть на ситуацию под другим углом. В конце концов, мы все в каком-то смысле оказались жертвами. Как бы дико это ни звучало, теперь, когда я знаю, что им двигало отчаяние, а не чистокровное зло, я чувствую себя менее уязвимой.
— У тебя доброе сердце, Кэти, — прошептал он. Его лицо скрывал капюшон, но я все равно заметила, как блеснула улыбка. — А теперь иди внутрь, пока никто тебя не увидел.
— Ты не идешь?
Он покачал головой и подтолкнул меня к двери, пряча под тканью своего плаща.
— Скоро буду. Возможно, она и не придет, но мне нужно побыть в тишине и обдумать новый план.
Я вернулась в дом и побрела на кухню, где тяжелый влажный воздух намекал на скорый обед. Адора стояла у стойки и строгала в миску кокконианскую пальмовую кору.
— Я поражаюсь, как ты все успеваешь, — заметила я. — Каждое утро ты первая на кухне, готовишь на весь «Брот Аднак». А по вечерам стоишь за барной стойкой.
Она оглянулась и улыбнулась: две руки продолжали тереть кору, а остальные приветливо задвигались.
— А я не представляю, как ты умудрилась в одиночку вырастить Грейс, имея всего две руки.
— Винище в этом сильно помогло, — буркнула я, скорее себе под нос. — На Земле у нас говорят, что когда ничего не успеваешь, не помешала бы лишняя пара рук.
Адора мягко улыбнулась.
— Можешь рассчитывать на мои в любое время.
— Спасибо, я ценю это. Все здесь так добры к нам.
— Мелек особенный, — добавила она. — Как бы паршиво ему ни приходилось, он всегда находил в себе силы помогать окружающим. Всегда.
В горле встал ком. Адора знала того Мелека, с которым я никогда не сталкивалась, и хотя меня это радовало, любопытство взяло верх.
— Насколько все было плохо? Тогда, в прошлом?
Ее лицо посерьезнело, а взгляд стал отрешенным от нахлынувших воспоминаний:
— Ужасно, Кэти. Кожа да кости, а не мальчик. Многие ветусианцы — потерянные души. И не потому, что они сбились с пути, а потому, что у них этого пути никогда и не было, они просто бродили вслепую. Но теперь у Мелека есть ты и Грейс.
— Кстати, о ней. Мне показалось, я видела, как Грейс заходила на кухню чуть раньше?
Адора пожала плечами.
— Заходила. И ушла.
— Невероятно… — Внутри закипела злость. — Что-то здесь не так, я жопой чую.
Тяжелым шагом я вернулась в коридор и направилась прямиком к той комнате, из которой она так тихо выскользнула. С меня хватит этих шпионских игр: исчезает, стоит мне отвернуться, а потом врет прямо в глаза.
В висках запульсировало.
Без стука я рванула ручку вниз.
Шагнула внутрь и щелкнула выключателем.
Пусто.
Никакой Грейс, никаких тумбочек или столов. Если не считать дивана с наброшенным покрывалом и прислоненного к стене зеркала, комната была абсолютно голой.
Врунья.
— Что происходит? — спросил Мелек, вешая плащ на крючок у лестницы. — На тебе лица нет.
— Я не могу найти Грейс, и она мне только что нагло соврала. — Я указала пальцем на комнату. — Сказала, что здесь полно мебели, но тут ничего нет.
Мелек медленно приподнял бровь:
— И что?
— Что?! Она врет!
— Из-за мебели?
— Нет, Мелек, не из-за мебели.
Я принялась ходить от двери к двери, проверяя одну подсобку за другой. В каких-то стояли длинные столы для собраний со сложенными на них стульями. В других пылились настенные украшения, потрепанные платья и разбросанные по коробкам чипы с файлами.
  
— Наверное, она у себя наверху, — предположил он, следуя за мной по пятам.
— Ага, наверху, держи карман шире. Разве Адора не говорила недавно, что Грейс не осталась помочь ей со шкафом? Это уже не первый раз, когда никто не знает, где ее носит.