Измена. Ты останешься моей (СИ)

- Когда его можно будет увидеть?
- Завтра, а сейчас езжайте домой. Я передам, что вы были здесь.
- Спасибо, доктор. Вы сотворили чудо. - Чувство благодарности переполняет меня, и я кидаюсь к нему на шею.
- Это моя работа. - Врач в растерянности, но улыбается в ответ.
- Меня не хочешь обнять? - Мой муж стоит, прислонившись к стенке, и изображает недовольство. Делаю шаг к нему. Это благодаря ему удалось сделать операцию.
- И тебе спасибо. - Решаюсь произнести очевидное. - Сама я никогда не справилась. Но ты помог и у папы появился шанс выжить.
- Рад, что всё хорошо. Это мой способ дать тебе малую часть того, что тебе необходимо. - Глеб крепко обнимает меня. Не могу справиться с одолевающими меня эмоциями. В очередной бессмысленной попытке скрыть слёзы, я утыкаюсь лицом ему в грудь и тихо всхлипываю. Он гладит меня по спине и ощущая, как внутри зажигаются маленькие искорки удовольствия.
- Пойдём отсюда. Давай прогуляемся. Нам есть что обсудить.
- Хочешь пойти домой пешком? - Спрашиваю сквозь слёзы.
- Не все сорок километров. День выдался тяжёлым, но немного пройтись не помешает.
- Хорошо. Только хочу есть.
- Где перекусим?
- Здесь есть ларёк с хот-догами, давай там.
- Что? Нет. - Глеб морщится и делает вид, что моё предложение неинтересно.
- Зря отказываешься. Когда в последний раз ты ел фаст-фуд?
- Фаст-фуд вреден.
-Только свой хот-дог тебе не отдам.
Мы выходим на улицу. Пока сидели в больнице, прошёл дождь. Пахнет свежестью и прохладой. Жара пошла на убыль, чувствуется приближение осени.
Я веду его к киоску, где проедается еда. Заказываю двойной хот-дог и стакан газировки. У меня наконец-то появился аппетит. Продавец берёт булочку для хот-дога, кладёт сосиску сверху лук, а затем сбрызгивает сверху кетчупом. Выглядит аппетитно.
- Не передумал? Принюхайся, пахнет изумительно. - Глеб мучительно рассматривает меню.
- Ты думаешь там есть мясо?
- Какая разница. Я голодная и съем всё что угодно.
- Ладно. - Он сдаётся и заказывает себе двойную порцию.
Впиваясь зубами в булочку. Глеб вертит булочку в руках, не знаю с какого края подступиться. Я наслаждаюсь вкусом, и съедаю половину, когда он решается откусить. Только кетчуп слишком жидкий и капает на его белоснежную рубашку.
- Вот зараза. - Глеб снова недовольно морщится. - Эта была плохая идея.
- Ничего страшного. Пятно не тебе отстирывать.
- Просто прекрасно. - Глеб берёт салфетку и пытается оттереть пятно, но делает только хуже.
- Не злись. Мы никогда ничего подобного не делали.
- Не ели сосиски с булкой? - Глеб переспрашивает, продолжая оттирать пятно, но не получив результат, выбрасывает салфетку в мусорку.
- И это в том числе. Мы вообще ничего вместе не делали. Вся наша жизнь проходила на бегу.
- Ты права. Значит, исправимся.
- Очень вкусно. - Я быстро расправляюсь с едой и забираю у Глеба его булку.
- Рад, что у тебя появился аппетит.
- Просто сейчас можно выдохнуть.
- Надеюсь.
- Как ты узнал про Пашу? Это ведь он написал мне смс.
- Догадывался об этом, но доказательств кроме неизвестного номера у меня не было. Но сразу попросил своих ребят отыскать Пашу. Оказалось, он слинял с Индонезии и вернулся сюда. Не знаю к чему было устраивать всю клоунаду, потому что я всё равно вычислил его.
- Когда?
- На следующий день после аварии. Мне сообщили, что ты встречалась с Пашей. Я не сразу поверил, но решил немного подождать, чтобы понять, чего этот дебил добивается и зачем ему нужна ты.
- Ты всё знал?
- Да. И даже нашёл телефон.
- Боже! - Пластиковый стаканчик с газировкой чуть не выпадет из моих рук.
- Надя, шпионка из тебя не очень. Даже не догадалась спрятать его нормально.
- Ну…я… была зла на тебя, поэтому позволила Паше использовать себя.
- Знаю.
- Но почему ты молчал?
- Не хотел нарушать его планы. К тому же понял какой я дурак и как вляпался.
Хорошо, что Глеб признаёт свою вину и раскаивается. Только признав ошибку, можно её исправить.
- Моя вина тоже в этом есть. Ты прав, семью нужно строить вдвоём. Только ответь, почему ты изменил?
 
- Прости, поддался искушению. Не смог устоять. Мне не хватало твоей ласки и нежности. И просто пошёл туда, где смог их получить. Знаешь, тяжело, когда приходишь домой и вместо тепла встречаешь равнодушие.
- Я не была равнодушной! - Протестую.
- Но и не горела желанием. Я чествовал себя пустым местом и ненужным тебе. Естественно, это ущемляло моё мужское самолюбие.
- Но ты ничего мне и не говорил.
- У нас с эти проблема. Сперва надо научиться говорить друг с другом.
- Согласна. Мне тяжело было находиться с тобой в контакте. Не знала, как общаться и доверять, как говорить об эмоциях и переживаниях. И меня только что бросили. Я была словно спящая принцесса, которой нужно было проснуться. Только со временем поняла как ты мне дорог и не понимала как важны интимные отношения. Мне никто это не рассказывал. Я до сих пор не понимаю, как быть открытой, чувственной в постели. Как быть собой и просто наслаждаться близостью.
- Вчера у тебя получилось. - От воспоминаний о вчерашней ночи краснею, как будто мы в первый раз занимались сексом.
- Буду стараться. Ты как будто пробудил меня ото сна, и я поучаствовала себя другой, чувственной и сексуальной - встаю на цыпочки, и сама тянусь к нему, чтобы поцеловать.
- Кажется, я подсел на тебя и не смогу прожить без твоих поцелуев, - Глеб притягивая меня ближе и страстно отвечает на мой поцелуй.
Я издаю хриплый стон удовлетворения. Наше воссоединение отгоняет прочь все неприятности, и я ощущаю нескончаемое удовольствие.
Эпилог
- Глеб, где Маша?
- Не знаю. Только что была здесь.
- Она опять улизнула.
Я выхожу во двор и оглядываюсь. Куда делась моя проказница? Хорошо, что здесь не так много места и далеко она не могла уйти. Нам через пять мину выезжать на день рождения Тимоши, брата Глеба, а моей дочери нигде нет.
У нас с Глебом родилась прелестная девочка. Я не ожидала, что это случится так быстро. Но я забеременела в ту ночь, когда мы померились.
Сейчас ей почти пять, но она так быстро растёт и с каждым днём за ней следить всё тяжелее. Любимое занятие Маши бегать, прыгать и лазить по деревьям несмотря на то, что Глеб говорил ей, что это небезопасно. Маша пошла характером в Глеба. Такая же бойкая и озорная. Каждый день она что-нибудь чудила в садике. Сегодня утащила всю мою косметику и раздала другим девочкам. Даже не представляю, что нас ждёт дальше. С самого первого дня она была как торнадо, преодолевая все препятствия на своём пути.
- Маша, - кричу я. - Нам пора.
Только мне никто не отвечает. Приходится обследовать весь участок, чтобы её найти. Я опускаю руки на свой живот, бегать за ней на девятом месяце беременности, всё труднее и труднее. Если и сын будет таким же шустрым, я точно сойду с ума.
- Маша, - снова кричу.
- Я тут, - она выпрыгивает из кустов.
О нет. Что нам теперь делать! Смотрю на свою дочь и не узнаю её. За пару минут она успела извозюкаться и порвать нарядное платье. Теперь оно из ярко-розового превратилось в грязно-розовое.
- Где ты так испачкалась?
- Мамочка, я пыталась поймать ящерицу, но она всё время от меня убегала.
- Грязь откуда?
- Ящерица полезла на дерево, и я за ней, но упала с дерева в лужу.
Я смиряю её строгим взглядом, и недовольно качаю головой. Но Маша знает, что сказать, чтобы на неё не сердилась.
- Не злись, пожалуйста.
- Не злюсь, просто это небезопасно. А Где твоя обувь? - Не сразу заметила, что она стоит на траве в одних носочках.
Маша морщится и пожимает плечами.
- Так, ладно. Пусть папа с тобой разбирается.
Беру её за руку и веду в дом.