Ты не верь, что слюбится (СИ)

— У кицунэ два хвоста! — пропела ему ведьма в нервно дергающееся ухо. — Давай тебе второй хвост наколдуем⁈
— Матвеюшка! — заорал Баюн, растеряв остатки грозного облика.
Яра уставилась на поднесенный к ее носу стакан, на четверть наполненный розоватой жидкостью. От нее пахло вишней и немного лимоном. Отрезвин. От него человек засыпает на несколько часов, а встает свеженький и довольный. Изобретение одного из дальних родственников.
  
Под тяжелым взглядом двух пар глаз ведьмочка не решилась спорить. Выпила все, вздохнула и поняла, что ее мягко уносит в страну снов. Успела только пробормотать, понимая, что ее уносят в спальню.
— Я правда постараюсь разлюбить придурка Черномора. Я пойду к Морозу, попрошусь стать его секретарем на год. Я выморожу свои чу-у-у-увства.
Баюн с Матвеем оттащили Яру в комнату, осторожно прикрыли пледом. После чего дружно переглянулись.
— Ты ничего не слышал. — велел кот.
— Но ведь…
— Ты. Ничего. Не. Слышал.
— Понял. Я ничего не слышал. И не видел куда делись две бутылки вина. А ты куда?
— А я пойду. — Баюн дернул хвостом. — Дела у меня. Встретиться кое с кем надо.
  
Глава пятнадцатая
 
Баюн любил прогуливаться по улицам города, оставаясь невидимым для обычных жителей. Иногда он позволял обнаружить себя — в облике большого мейн-куна с благородной шерстью и ледяным взглядом. Но чаще шнырял по переулкам невидимой тенью. Прошли те времена, когда он сычевал в чаще и ел тех, кто забредал к нему по глупости. Теперь он уважал викторианскую эпоху, цитировал Шекспира и выучил как минимум семь языков.
Ему нравилось жить в эту сумасшедшую эпоху, где всё происходило стремительно. Он нежно полюбил Интернет, ночами засиживался на форумах, в чатах, на сайтах с древними манускриптами и милыми котятами. И считал, что сейчас — живёт гораздо интереснее, чем когда-либо.
На город уже спустились сумерки. Тут и там зажглись фонари. Баюн мог бы моментально перенестись туда, куда ему было нужно. Но — ему хотелось прогуляться.
Тот, кто ему был нужен, жил в обычном районе, среди старых, почти забытых пятиэтажек. Здесь дворы зарастали тополями и сиренью, пахло детством и асфальтом, а воздух был густой от пыли и воспоминаний.
Баюн проскользнул между облезлыми гаражами, полюбовался трехцветной кошкой на подоконнике первого этажа и наконец заметил нужный объект.
Худощавый парень в темном худи сидел на балконе третьего этажа и курил. Капюшон закрывал лицо.
Баюн задумался. Потом решил: не стоит ломать атмосферу. Лучше подняться сразу — по стене, по воздуху.
Для остальных он останется незаметной тенью.
Но не для того, к кому он пришёл.
— Привет, Лелей. — мурлыкнул Баюн, усаживаясь на перилах.
В воздухе царило столько запахов, что кружилась голова. Лично коту совсем не нравился аромат, который исходил от вейпа Змея. Приторный и вишневый, фу!
— Привет, Баюн. Давно мы не виделись. — собеседник коротко хмыкнул. — Ты соскучился или по делу?
— И то, и то. — коротко ответил кот, подумывая не чихнуть ли. — Что за дрянь ты куришь?
— Новый модный запах. — Лелей поморщился. — Согласен — дрянь.
Он откинул капюшон, являя миру лицо, за которое модельные агентства всего мира убили бы. Это лицо могло являться во снах всем женщинам мира. И являлось, когда его обладатель того хотел.
Змей Лелей. Не человек и не зверь, не бог и не демон — но что-то, что дышало древностью. Его считали младшим сыном Лели — божества любви. Но Баюн знал, что это не так. Змей был сам по себе. Он приходил во сне, забирал чувства и оставлял пустоту. Если только человек или существо не любило всем сердцем.
— Так что случилось, Баюн? Я тебе должен, я помню.
— Есть у меня человеческий котенок. — кот облизнул лапу. — И есть Черномор. Мой котенок хочет отправиться к Морозу.
Лелей тихо присвистнул. В этом звуке слышались соловьиные трели и летняя истома.
— Ты хочешь, чтобы я пришел к ней?
— И к нему. — сварливо ответил Баюн. — К нему вот особенно. Явился тут! Мою ведьмочку смущает! Бесит! Она помолвлена шесть лет!
— Ладно. — Лелей пожал плечами. — Пришли мне их образы, сегодня приду. У тебя есть противоядие от меня?
— А то ж!
* * *
Сон был сладким с самого начала.
Воздух — как мед, солнце — как шепот на коже, движения — как прикосновения любимого, которого никогда не было. Яра стояла среди золотистого света, одетая в прозрачную ткань. Ткань струилась, как вода, подчиняясь дыханию её тела.
И он был там. Уже рядом. Без звука, без шага. Он не пришел — он родился из ее желания.
Змей Лелей.
Высокий, совершенный. Его присутствие было обволакивающим, как шелк, как прикосновение, о котором мечтаешь перед сном, когда никто не видит.
Яра огляделась, но кроме них вокруг никого не было. Ведьма перевела взгляд на Лелея. Она ни разу его не встречала, но поняла кто это. Знание пришло само собой.
— Яра, — произнес он. Только ее имя. Но в этом слове было все — ласка, нежность, обещание.
Ведьма поплотнее закуталась в возмутительный наряд, который не оставлял простора для воображения. Вздернула нос, хотя если честно внутри все подрагивало от смеси страха и восторга.
Таких парней в реальном мире не существует. Они приходят лишь в мечтах, в них и остаются.
Яра подумала и решила. что надо быть вежливой.
— Здрасьте.
Едва не попятилась, когда Змей подошел неприлично близко.
— Я могу стать всем, о чем ты мечтала, — прошептал он, почти касаясь губами ее виска. — Быть рядом всегда. Не исчезать. Не обижать. Любить так, как никто и никогда. Только ты и я.
Яра никак не могла понять какого цвета у него глаза. Да, невероятно красивые, но цвет…
Она похлопала Змея по плечу, как приятеля, с которым сошлись во мнениях.
— Спасибо! Так приятно! Просто сироп для души. Извини, парень, но я уже влюблена.
Она потерла лоб, подбирая слова. С чего он вообще к ней явился? Про Змея знали все Видящие. Приходит к девушкам, сводит с ума, так, что после его появления ни есть, ни пить, ни любить не могут. Ладно еще ведьмы придумали противоядие от его чар.
— Ну так это… — Яра на всякий случай отступила на шаг. — У меня еще жених есть. И вообще личная жизнь очень сложная. Серьезно, вот прямо вообще не до тебя.
Змей не рассердился, а напротив — улыбнулся. Яра аж невольно заулыбалась в ответ, потому что не могла не отреагировать. Все же он выглядел просто как идеальный принц из сказки.
Только она вот балбеска, ей не принца подавай, а Черномора дурака.
Змей подмигнул ей и исчез. Все вокруг стало зыбким, подернулось туманом. Яра провалилась в глухой сон, без сновидений. Чтобы с утра проснуться с ясной головой и желанием больше никогда не напиваться. Потому что тогда пробуждается болтливость.
* * *
Илья не заметил как уснул, глядя какой-то боевик. Сон пришел неожиданно. Не как отключка, а как плавное погружение в тепло, в тишину, в состояние, где боль наконец-то уходит. Вокруг, насколько хватало глаз, простерлись цветущие поля. Пахло дикими цветами и свободой.
Ветер нежно коснулся кожи.
Она стояла в нескольких шагах. Девушка. Незнакомая, но при этом точно воплотившая все мужские мечты. На нее хотелось смотреть, не отрывая взгляда, ее хотелось защитить от целого мира и при этом показать всем, что она — твоя.
— Заблудилась? — поинтересовался Илья, наблюдая за ее приближением.
Она подошла так близко, что еще немного и упрется в него. Тонкая и напоминающая сказку, след от мечты, падающую звезду. Медленно коснулась кончиками пальцем его груди.
  
Илья отступил на шаг, хотя далось ему это движение с трудом.
— Тебя куда-то подкинуть? Я тут на мотоцикле.
Вдалеке и правда возник его мотоцикл, только почему-то ярко-золотого цвета. Илья решил, что это нормально.
— Я могу поехать с тобой. — кивнула девушка, у которой голос точно перекликался с его желаниями. — Могу остаться с тобой навсегда. Хочешь?