На кортах: Величайшее наследие (СИ)

Страх отчетливо читался в речи Главы научно исследовательского отдела, впрочем, это чувство разделял каждый, независимо от своей личности. Даже новоизбранный сатана дрожал в ужасе перед могуществом глав истины Разрушения, но другого выхода у них попросту не было…
Ради сохранения вселенной, ради их жизней…
— Нам придется сделать все, чтобы эти чудовища никогда не проснулись…
    
Глава 497
 
Величайшее наследие…
 
— Вот же ублюдки! Да как они посмели принять такое решение⁈
Взъяренный Яма смял в руке небольшой транслирующий артефакт, который передавал ему всю информацию, воспринимаемую одним из авторитетов Дворца Разрушения. Помимо него в закрытой комнате находилось семеро разумных: его лучший друг — Мишаня, Кристина, Бенесса, жена Мили, а по совместительству хранительница знаний небесного народа — Листерия, и трое младенцев, находящихся на руках у своих матерей.
— До Игоря и Антона мы добраться не сможем. Я уже проверил, кровавую сферу оградили таким количеством охраны, что даже со всеми силами Дворца Разрушения к ней не пробиться. К тому же, практически все последователи нашей первоистины, на стороне врага. Боюсь, единственный выход — бежать как можно скорее…
Стоило Мишане сказать это, как вдруг, часть покоев Королевы разрушений буквально превратилась в пыль от мощного удара одного из хранителей истины Созидания.
— Отдайте нам этих детей, и мы не станем вас убивать…
Грозный голос Полосы, стоявшего впереди многотысячной группы вторженцев, заставил Мишаню с Вовчиком, презрительно скривиться.
— Переметнулся на сторону детоубийц?.. Не ожидал от тебя такой подлости. Не от человека, верного своему слову и принципам…
Язвительным голосом Яма поприветствовал первого среди всех авторитетов, служивших Игорю еще до создания Дворца Разрушения.
— Не пытайся устыдить меня. Я знаю, насколько отвратительно поступаю, но пойми и ты, если выбирать между жизнями моих детей, и этими двумя…
Полоса не договорил, но его мотивация была понятна. Впрочем, как и мотивация всех, кто собирался убить ни в чем неповинных детей, одним своим существованием грозящих гибелью вселенной.
— Прими верное решение… Если дети с такими способностями выживут, все мы умрем. Обещаю, я сделаю это безболезненно…
Глава научно исследовательского отдела решил внести свою лепту, вот только ему пришлось срочно отступать назад из-за тысяч каменных пик, вырвавшихся из-под земли.
Вовчик даже не пытался выслушивать этих выродков, атаковав все вокруг, и он ничуть не сдерживался, круша величественные здания синдиката своей чудовищной силой!
— Даже если так, думаешь, я отдам тебе сыновей своих друзей? Единственная причина, почему все мы — обитатели вселенной зла, живы, заключается в защите Темного короля! Если бы не он, у тебя даже не было бы возможности вести этот «разумный», диалог, так что заткни свой поганый рот!
Вместе с гортанным криком, Вовчик выпустил десятки тысяч стихийных духов, которые не только атаковали противников, но и ограждали его близких от нападок представителей истин Создания, Созидания, и предателей Разрушения. Вот только среди противостоящей стороны было слишком много сильных существ, которые без труда подавили атаку, а уже через мгновение, в тела защитников детей вонзились энергетические тросы, выпущенные главой представителей истины Создания. Данные творения полностью подавляли любые энергетические и физические воздействия, однако не стоило недооценивать истину Разрушения. Даже без влияния Темного короля с Владыкой ужаса, первоистина обладала чудовищной силой в руках двоих ее главных представителей, так что Мишаня и Вовчик сумели высвободиться от тросов менее чем за секунду. Тем не менее, за этот короткий промежуток времени троих женщин с детьми на руках буквально вырвали из каменного ограждения Ямы.
— Убери от них руки, мразь!!
В ладонях Мишани появилась колоссальных размеров дубина, которая растянулась на сотни километров ввысь. Это ужасающее орудие с грохотом обрушилось на врагов, которые, несмотря на всю мощь данной атаки, сумели сдержать дубину.
Это отвлекло Главного представителя истины Создания, благодаря чему три женщины сумели частично вернуть свои силы, и первым делом, хранительница знаний телепортировала троих младенцев прямо в руки лучших друзей.
— Вам не спасти нас, но эти дети должны выжить, во что бы то ни стало. О Нериде можете не волноваться, Жива спрячет ее и не позволит никому причинить вред дочери Темного короля…
Листерия, верная долгу и своей принцессе, готова была пожертвовать жизнью ради ее детей, но это решение ужасным грузом легло на душу Мишани, который любил свою жену всем сердцем. Он действительно хотел спасти ее, однако хранительница знаний небес была права, шансов вытащить кого-то из троих схваченных женщин было столь же мало, как кислорода на марсе.
Яме так же претила идея оставлять избранниц своих друзей, но он понимал, что если не спасти этих детей, все это будет напрасно…
— Уходим…
Именно Миля сказал это, полнясь решимостью на своем каменном лице, которое казалось, не выражало никаких мрачных эмоций, но Вовчика не так то просто было обмануть. Он, как и Кипиш с Мутным, вырос вместе с Мишаней, а потому прекрасно видел все его страдания и терзания непростого выбора…
Решившись, двое товарищей воспользовались артефактом переноса, который телепортировал их на разные планеты. Друзья понимали, что лучшим способом ограничить влияние истины Разрушения, и соответственно, уменьшить риск обнаружения, было разделиться, дабы жить, подавляя свои способности. До тех самых пор, пока дети их друзей не обретут достаточную мощь, для пробуждения отцов…
*Пятнадцать лет спустя…*
— Лови подачу, белобрысый!
*Вжух!!*
С боевым кличем молодой парень, ростом метр семьдесят запустил в своего противника смольно-черное копье, которое вонзилось в янтарную стену, появившуюся буквально за мгновение до того, как тело беловласого подростка было пронзено жутким оружием.
— Хватит ссориться, вы — два балбеса! Даже еду без драки поделить не можете!
Михаил, неожиданно возникший между сражавшимися детишками, отвесил каждому из них мощную оплеуху, от которой братья близнецы разлетелись по сторонам, вписавшись в каменные стены просторной пещеры.
— Дядь Миш, разве ты сам не говорил, что сильнейшему достается лучшее? Эскалон все равно не сможет осилить ногу птицеящера, так почему я должен с ним делиться? Пусть сам жрет шею и грудку, а я их ненавижу!
Возмущенный тон черноволосого парня, чьи глаза светились кровавым светом, рассмешил Милю, важно поглаживающего свою густую бороду.
— Какая хорошая логика Анимал, но тогда получается, вся эта еда должна достаться мне одному? Разве не я здесь самый сильный?…
И выбравшийся из каменной рытвины, которую проделало его тело, Эскалон, и незадачливый властитель черного пламени, вдруг понурились, услышав это заявление. Но вскоре, на суровом лице Михаила расцвела добродушная улыбка, и он достал из большого казана ножку, а точнее ножище, птицеящера, разломав ее на две равные части.
— Вы не похожи друг на друга, так как унаследовали силы, один от отца, другой от матери, но все же, не забывайте, кем являетесь. Братья всегда должны держаться вместе. У меня есть друг, и зовут его…
— Да-да, И зовут его Вова, и вы были не разлей вода, словно кровные братья. Росли вместе, бла-бла-бла… Сколько можно нудить нам с одной и той же историей? Давайте уже есть! О!… Этот кусок, кажется больше, его забираю я!
Недослушав опекуна, Анимал забрал из его рук казавшийся визуально больше кусок с варенным мясом, победоносно уставившись на высокомерного, но в то же время слабого братца.
— Как же меня угораздило разделить одну кровь с таким невежей?… Даже руки перед едой не помыл, вот же смерд…
Фыркнув в сторону злобного близнеца, Эскалон отряхнулся от каменной пыли, после чего под тяжелыми вздохами Михаила, направился принимать водные процедуры, в каждом своем шаге демонстрируя высокородную стать и величие.