На кортах: Величайшее наследие (СИ)

«Зачем ты это сделал⁈ Барьер не выдержит и десяти минут, если Источник зла будет нападать на него! Из-за твоей выходки у нас не осталось ни единого шанса на победу!!»
Игорь и сам это прекрасно понимал, но то, что его отчитывал не кто-нибудь, а Яма, спасенный из лап воистину гигантского монстра, вводило юношу в ступор.
«Спрашиваешь, зачем я это сделал?… Разве не очевидно? Чтобы не дать тебе сдохнуть, придурок! Не смей поддаваться отчаянию, только потому, что у нас не вышло с главным планом! Нет шансов? Тогда я сотворю их собственными руками, а ты… Нет, все вы… Даже не думайте сегодня умирать!»
  
Обращение к одному только Яме, который был готов отдать жизнь ради победы и выживания друзей, в конце концов, сменилось на трансляцию товарищам подростка.
«Перед прибытием сюда, Кристина мне кое-что сообщила… Она сказала, что у нас с ней будет ребенок… Я не самый хороший человек, и вряд ли стану лучшим родителем, но даже так, мне приходит на ум беседа, которая непременно состоится в будущем. Когда мой ребенок вырастет, он спросит, что было на той великой войне, о которой слагают легенды, ведь его отец принимал непосредственное участие в этом. Как думаете, что мне придется ответить?… Рассказать, как мой друг погиб тогда, когда я мог его защитить?… Хотите, чтобы я предстал перед своим сыном или дочерь в подобном свете?… Единственное положительное, чему я могу научить своего отпрыска — это всеми силами защищать то, что дорого. Своих близких, родных, друзей… Так что не смейте ставить меня в неудобное положение! Выживите любой ценой, не важно что для этого придется сделать. Выживете ради того, чтобы ни мне, ни кому из нас не пришлось рассказывать потомкам о позорных и ничтожных поступках, недостойных настоящих друзей…»
Слова Игоря эхом раздались в сознаниях товарищей и даже Эн’ум, погрязший в самозабвенной битве с матерью, неожиданно остановился, почувствовав в груди странное, совершенно неописуемое чувство…
«Продолжайте убивать врагов и не суйтесь к Моар’року. Ни мне, ни уж тем более вам с ним не совладать… Но не волнуйтесь, если до крушения барьера осталось десять минут, я найду решение за пять!»
Отдав распоряжение, Игорь ринулся в сторону Гард’элед, уже начавшего отращивать себе новые предплечья. К несчастью для гиганта, обладающего невообразимой физической силой и огромнейшей энергией чистого подавления, скорость подростка была до абсурда велика, и позволяла ему без труда избегать сминающих реальность, энергетических тисков, вырастающих прямо на пути Темного короля.
— Давай-ка покопаемся у тебя в голове. Там наверняка много чего интересного есть…
На огромной скорости юноша влетел в глазницу Плоти твердынь, прорывая себе путь «Пространственным расщеплением», грохочущими темно-фиолетовыми молниями, и хищными отростками. Когда же юноша преодолел толщу черепной коробки, которая составляла несколько десятков километров, его ветви и корни, наконец, впились в податливый мозг. Он представлял из себя энергетическую сферу с мириадами нейронных связей и окончаний. Но на сей раз, вместо обычного поглощения юноша использовал самопальный конструкт, созданный специально для выкачивания знаний древнего.
Честно говоря, провернуть подобную процедуру подросток пытался и с Воплощением мира Разума, вот только тот быстро сообразил, что к чему и уничтожил все свои воспоминания до того, как Темный король получил к ним доступ. Из-за этого, план Б оказался под угрозой, но помимо воплощений великих миров существовали еще по крайней мере двое существ, наделенных знаниями времен зарождения вселенной. И Гард’элед как раз относился к этой категории лиц…
«Поразительно…»
Только благодаря ментальной силе разума Мал’гур и вычислительной мощи мозга Па’ллан Игорь мог поспевать за поступающими килотоннами информации, которые приходилось не просто просматривать, но и усваивать. Несмотря на чудовищное напряжение, подросток испытывал настоящее счастье, ведь то, к чему он получил доступ, было намного ценнее голого развития в силе и навыках.
Юноша окунулся в знания древнейшего существа, которое жило еще до зарождения нынешней вселенной, и в себе оно несло воспоминания о прошлом полотне реальности, коему пришлось угаснуть ради зарождения нового. Того, что сейчас называлось бытие в понимании каждого…
Кипиш ожидал увидеть нечто подобное, вот только степень просвещенности Плоти твердынь по поводу процесса угасания одной и зарождения другой вселенной, повергло его в глубочайший шок. Как оказалось, монарх был не просто гигантом, с чудовищной силой. Он являлся великим ученым! Да даже заслуги Эс’макта меркли в сравнении с деяниями колоссального булыжника!!
«Так вот значит, как все было…»
Из воспоминаний древнейшего Игорь узнал, что Гард’элед принадлежал к когда-то единственной расе во вселенной. Сами себя они называли Ревитары, и занимались в основном, исследованиями пустоты. Они создавали тандемы собственных сородичей и искусственно выведенных существ для создания новых видов. Буквально выращивали измерения из энергии пустоты, постепенно занимая все большую и большую часть бесконечности небытия. Но как оказалось, пустота была не просто понятием и бесхозной энергией, она являлась чем-то навроде великого разума, размеры которого нельзя было измерить. Ревитарам повезло, что собственными силами пустота не могла повелевать, так как была абсолютно статична и ограничивалась лишь заложенным в единице энергии сопротивлением. А оно в свою очередь без труда преодолевалось наращивающими свою мощь первородными существами, появившимся из единственной искры, что была нужна бесконечному разуму в качестве средства удержания осознания самой себя.
Такой порядок вещей оставался бы неизменным и дальше, однако созданный Ревитарами Хаос, который служил дестабилизатором изначальной пустоты, решили смешать с всепоглощающим разумом и создать новое существо, способное жить как в разрастающихся измерениях, так и в объятиях небытия. Результатом данного эксперимента стала раса без имени… Раса, первым представителем которой и являлся Моар’рок.
  
Глава 492
 
Кладбище зарождения
 
Творение Ревитаров получилось до жути опасным. По своим характеристикам они ничуть не уступали создателям, а жажда разрушения, навеянная составляющей хаоса и постоянно развивающийся интеллект, образовавшийся вследствие влияния сознания пустоты, в конец концов породили первых во вселенной революционеров. Тех, кто затеял войну ради освобождения из под гнета лишенных любых эмоций экспериментаторов, и в той войне не оказалось победителей. Сражение двух рас уничтожило вселенную на радость пустоте, но на этом кладбище все же остались два существа, которые смогли выжить… Первый из безымянных, ныне носящий титул Источника зла, и самый удачливый Ревитар сменивший имя на Плоть твердынь.
К тому времени, когда война окончилась, Моар’рок уже обладал не просто разумом, а высочайшего уровня интеллектом, который, тем не менее, не мог противиться желаниям, заложенным в него основополагающими силами. Желаниям сеять хаос и разрушение… Вот только в нынешней вселенной, от которой осталось одно жалкое измерение, уже некого было уничтожать. Последним же выжившим был один из старейших творцов, судьбой которого стало подчинение первому истинному чудовищу и служение ему. Как уже можно было догадаться, Моар’рок пожелал создать новую вселенную с могущественными существами, которых можно было бы использовать для утоления жажды разрушения.
Ревитару была по плечу эта задача, ведь знания всех членов первородной расы не принадлежали индивидуально каждому, и находись в общем пользовании. Благодаря этому на создание новой вселенной Гард’элед затратил всего несколько сотен лет, использовав в качестве основы не иссякшую искру пустоты, а мириады трупов собственных сородичей и безымянных.
Мертвецы таили в себе пугающую силу, которой было более чем достаточно, чтобы создать вселенную и стать ее основой. А дальше все шло как по накатанной. Первые миры, названные великими твердынями, первые расы, и первые жертвы для Моар’рока…