Слой Первый. Книга 1 (СИ)

Вы убили анипода (х3).
Получено в награду:
Три (3) осколка душ.
Три (3) боливара.
Твари, что были чуть дальше, не успели до нас добраться, как мы захлопнули крепкие железные двери в подвале дома. Теперь можно было и отдышаться. Но шаман так не думал.
— Тут будет второй подвальный уровень, прядильщик там. — поправив хвост и натянув капюшон, Шам достал небольшую флягу и сделал три небольших глотка, предложил нам. Но судя по взгляду Мара, пить «это» точно не стоило. — Ладно, идем.
  
Я сглотнул. Всё-таки в темноте тоже обитают монстры. Наивно надеялся, что мимики тогда просто случайно оказались под завалом и не смогли уйти. А теперь, осознавая, что они могут быть в любом подвале, где я ночевал, пережидал или просто жил, становилось не по себе. Шам, словно почувствовав моё напряжение, хлопнул меня по плечу и крепко сжал пальцами, как бы успокаивая.
— Ага, в темноте тут нечисть похуже водится. Так что это хорошо, что ты не знал, если бы знал, не вышел бы из Колыбели.
— Вы о чем? — недоуменно вставил Мар.
— Потом. Сейчас Тарух идет последним и врубает свет на полную, там будет несколько больших комнат. По-хорошему, лучше не шуметь, прядильщик еще один и не успел создать нормальное гнездо. Мар впереди.
— Я к этой страхолюдине ближе, чем на пять метров не подойду, ну ее нахер! И в центре больше не пойду! Мне прошлого раза хватило!
— Не подходи, меньше получишь. Грис, ты идёшь первым и работаешь своей железякой. Удар у тебя поставлен, — говорил Шам убедительно, хотя мне всё это не нравилось. — Думаю, это не пригодится. Просто на всякий случай. Мимиков ты видел, и штаны у тебя остались чистыми. Так что просто будь впереди и бей, если что. Это на крайний случай, повторяю. Мы не будем драться в рукопашной с ещё одной тварью. Мы ее по лучшим заветам Горыча убьем, верь. Мар, глушилку. Проверить оружие — и пошли.
— Я надеюсь ты точно знаешь, что делаешь. — пробормотал я, но меня уже никто не услышал.
Так мы напряженно двигались вперёд, медленно, шаг за шагом. Я шёл первым, сосредоточенный до предела и всё больше склоняясь к мысли бросить нафиг лом и достать револьвер. С флангов меня прикрывали Мар с двумя револьверами и Шам, который почему-то неряшливо выставил вперёд свою слонобойку. Тарух же, замыкающий, водил по сторонам стволами, также держа оружие в обеих руках. Блин, надо было взять карабин или что-нибудь еще, мелькнула запоздалая мысль.
Мы неторопливо проходили одну комнату за другой. Полностью пустые, с узкими, словно бойницами, окошками у самого потолка, откуда даже свет не лился, они были покрыты слизью и какой-то мерзостью, от чего становилось ещё тоскливее. С потолка свисали верёвки, напоминающие толстую паутину, выглядящую как пульсирующие кишки. Местами ее было столько, что напоминало ковер. Да и не веревки это походу. Хм, так вот почему прядильщик…
Кое-где попадались обглоданные туши Тварей. Монстр явно пытался их есть, но, поняв, что они словно резиновые, просто выплёвывал, и злясь, раздирал на части. Видимо, еда в этом Городе была отвратительна не только для людей. На пятой комнате нервы сдались. Даже страшно уже не было — осталась лишь монотонная проверка помещения за помещением.
Поэтому испугаться я даже не успел — тварь двигалась слишком быстро, её рывок был молниеносным. И в тот момент я испытал искреннюю благодарность к Мару за включённую глушилку. Потому что-то, что сделал шаман, выглядело максимально безобразно.
Он держал своё массивное ружьё в правой руке, перехватив приклад подмышку, казалось, совершенно расслабленно. Но в тот миг, когда монстр только показался, я уже почувствовал тяжесть оружия на своём плече. Вспышка выстрела ослепила меня раньше, чем я успел осознать происходящее, и пуля ушла точно в огромную, распахнутую пасть чудовища.
Сука!
В плечо ударило с такой силой, что меня развернуло на девяносто градусов. Лом в моей руке едва не устроил первую потерю в группе, пролетев буквально в паре миллиметров от головы Шама. Его самого отдачей от выстрела отбросило прямо на Таруха. В итоге вся наша, казалось бы, высокопрофессиональная группа оказалась на полу — от одного выстрела и броска твари. Да еще и смешавшись в куча малу, где непонятно чьи тут ноги или руки. В довершение всего мы остались без света, а Мар только сейчас умудрился отключить глушилку.
— Ёптвоюмать! Шам! Ты чуть парня не угробил к чертям! — голос Таруха, хоть и спокойный, звучал остро, разрезая полную тишину и темноту. Прошло уже несколько секунд после выстрела, а мы все ещё лежали на полу, даже не пытаясь подняться, словно переваривая произошедшее.
— Ну я ж не думал, что этот дебил попрется прямо на Гриса. А ему я обещал, что бить ломом падальщика он не будет. Я обещания держу. — Шам был так же невозмутим. — Грис. Я тебе там плечо не сломал? Тарух, посвети немного, не видно же нихрена.
Я осторожно ощупал ноющее плечо. Болело, но не слишком сильно — напряжение сковывало всё тело, и отдача распределилась равномерно, смягчив удар. Можно сказать, что мне повезло отделаться лишь испугом. Тарух светил не ярко, так, чтобы в паре метров было можно разглядеть товарищей.
— Болит, но вроде целое.
— Ты извини, но варианта не было. — Шам развёл руками, выглядя абсолютно невозмутимым, на сколько это было возможно в его положении. — Обычно прядильщик нападает с боку, и всегда с противоположной стороны от шамана, чует он таких как я и боится. Я вообще не планировал стрелять.
— Сволочь ты, а не шаман, — обречённо выдохнул Мар, покачав головой. — И тут меня подставил.
— Так ты сам сказал, что не пойдёшь по центру. Так что не звезди. — Шам усмехнулся и попытался пожать плечами. — А вообще такое надо знать.
— Я на прядильщика только один раз ходил. Новичком, — Мар скривился, словно вспомнил что-то неприятное. Потом вдруг замер, явно что-то осознавая. — Ааа… Это типа обкатка, да? Инициация? Вот оно что… Ага, и всё равно ты зараза редкостная, грибожор хренов, — добавил он, выразительно ткнув пальцем в Шама, словно собираясь проковырять в нем дырку.
— От Марковки слышу, — тут же парировал Шам с ухмылкой.
— Почему Марковки? — удивился я, лежа на полу и даже не думая вставать. В такой позе казалось безопаснее. Да и никто из нас не пытался шевелиться — короткая стычка выжгла нервы к чертям.
— А у него полное имя — Марк. Я думал, это от марковки. Разве нет? — Шам посмотрел на Мара с наигранной невинностью.
Мар только вздохнул, устало прикрыв глаза.
— Шутник, блин, марковка через «о» пишется. А Марк — через «а». И вообще, я Мар, уже пять лет как.
— Ладно, хватит лежать, — Шаман проигнорировал замечание Мара-Марка и заговорил уже в полный голос, без тени опасения. — Пойдём собирать яйца. Три эльки с него выпало! Живём, мужики.
В свете прядильщик оказался ещё ужаснее, чем в тот момент, когда я его впервые увидел. Плоская тварь, словно её расплющило чем-то невероятно тяжёлым, с короткой шеей и одной сплошной пастью без глаз. От самой пасти уже почти ничего не осталось, но даже в таком виде зрелище было омерзительным.
— А вот и кладка. Вы пока посмотрите, может прядильщик чего напер сюда интересного. Они любят блестяшки тырить, как вороны. А я пока соберу яйца в коробку.
Шаман, не торопясь, разгреб небольшую кучку слизи в углу. Из её глубины он начал вытаскивать один за другим маленькие серые шарики и аккуратно складывать их в стеклянный короб с металлической крышкой. Это был первый раз, когда я видел, чтобы трофеи оставались физическими, а не исчезали сразу в интерфейсе.
  
— Шам, а зачем нужны эти яйца? — спросил я, не удержавшись от любопытства. Как говорится, не только кошку оно сгубило.
— Да у Куськи порошок от похмелья кончился, — ответил Шам, продолжая методично вытаскивать шарики. — Раньше прядильщики да их сородичи в разломах часто появлялись, особенно когда война шла. А сейчас что-то не видно. А я, знаешь ли, не люблю болеть с похмелья.