Сводные. Любовь на грани (СИ)

— Хорошо, — совестно мне, правда, сегодня бью рекорды по психам.
— Умница, — склоняется и чмокает в нос. — Всё мелкая, убежал. Тренер мне яйца сейчас оторвёт за опоздание.
— Ой… — вдвойне неловко, тянусь и мажу своими губами по его.
— Будь готова вечером и надень один из комплектов, что я купил, давно хотел увидеть его на тебе, — подмигивает и покидает холл.
Смеюсь, как блаженная дурочка, в минуту забывая свои обиды, и обдумываю, какой из комплектов выбрать, предвкушая реакцию Матвея.
    
ГЛАВА 51
 
АРИНА
Матвей занимает все мои мысли и время: он уезжал на сборы, и я жутко соскучилась. Вечерами по телефону созванивались и переписывались, у меня много его и команды фоток с футбольного поля: парни, дурачась, фоткаются не меньше девочек. Каждая фотография, где есть Матвей, рассмотрена и изучена до дыр. Сегодня он возвращается, готовлюсь к нашей встрече. Купила вчера кожаную юбку, чулки и белую водолазку под горло, сексуальное кремово-чёрное бельё, не забыла про пояс для чулок. Хочется увидеть, как загораются глаза, у моего ненасытного пареня, с ним не получается быть хорошей девочкой. У нас даже по телефону был секс: он меня уговорил поласкать себя на камеру. Отнекивалась недолго, мне этот опыт понравился. Игры очень заводят, не получается быть равнодушной, хочется отдаваться без остатка и получать взамен. Между нами не осталось неловкостей в сексуальном плане, Матвей умело раз за разом раскрепощает меня. Складываю одежду на кровати, делаю скромный макияж и заплетаю косу: сегодня буду девочкой-зажигалкой с нескромными мыслями в откровенном белье…
Времени ещё много, заедет за мной только через два часа, спускаться не хочу, боюсь столкнуться с мамой. Последние дни накал скандалов между мной и родительницей вырос, после последней поездки к врачу избегаю садиться к ней в машину. Несколько дней подряд слышала, как родители ругались, отчим ел на кухне с бабой Нюрой, без мамы. Я же ела в спальне за разговорами по видеосвязи с Царёвым. Ситуация со скандалами между взрослыми меня огорчает. Мама перестала играть в любящую женщину. Насчёт её беременности пребываю в шоке, настолько всё запуталось, что, кажется, решения найти из сложившейся ситуации невозможно. Мне жалко ребёнка, он не нужен ей. Хотя не знаю, беременная она или сделала аборт. В другой ситуации я бы постаралась поддержать, в нашей — это никому не нужно. Надежды больше нет, что ей надоест играть в месть. Она никогда не изменится…
На мобильный сыпятся смс от подруги, читаю и улыбаюсь. Полинка — энерджайзер, сегодня пятница, отучившись и отработав смену, нашла десять квартир в объявлениях и скинула ссылки мне. Бегло просмотрев варианты жилья, звоню подруге.
— Алло.
— Привет, крошка, — настроение у меня: розовые пони катаются на пушистых облаках. — Как отработала?
— Пойдёт, настроение портит жаба депутата, которая у меня в группе, — с досадой отвечает.
— Опять придиралась? — спрашиваю с сочувствием.
— Слабо сказано… Представительница загробного мира! Ботоксная мумия, — психует подруга. — Я в жизни не поверю, что она своего “пупсика”... любит искренней и бескорыстной любовью. Ты представляешь, депутат “пупсик”, по справедливости внешность и правда пупса, причём советского, который мне от мамы достался. Бр-р… — хихикает подруга. — Хотя должность и изворотливость там точно не пупса! Маньячелло!
— Так и подкатывает яйца?
— О да… не зря же следит за мной… А она отрывается на мне из-за ревности!
— А жене чего надо? Держала бы своего мужика в узде! — хочется прям треснуть за подругу.
— Боится, что заменят, — зло смеётся подруга.
— Тимофей достает? — меняю тему, зная, как ей неприятен депутат и всё связанное с ним.
— Дай подумать… — замолкает, — ничего особенного, вчера выставил в сторис голую жопу очередной бабы на кровати.
— Прости, — виновато говорю.
— Да забей, — фырчит подруга. — Ты чем занимаешься? Какие планы сегодня? Квартиры смотрела? Какая-нибудь приглянулась?
— Матвей приезжает со сборов: освободила весь уикенд, как он и просил, — смущаясь, отвечаю на первый вопрос: мне неловко перед подругой за свои романтические отношения. Полине желаю встретить парня, с которым она будет счастлива.
— Рада за тебя. Вроде Матвей в отношениях с тобой хорошо себя ведёт: нас с Егором прикалывает, как он коршуном отгоняет от тебя всех вокруг, — смеется, присоединяюсь.
— Квартира понравилась, где хозяйка живёт на той же лестничной площадке, пиши ей. На мой взгляд, самый лучший вариант.
— Согласна, завтра позвоню хозяйке.
— Поль, у тебя какие планы?
— С Егором сходить в кино: фильм вышел новый про Германию и судебный процесс, пойдём заценим.
— Егору привет. И отлично провести время. Я пошла, времени осталось пятнадцать минут.
— И вам, хорошего вечера и море любви, — хихикая, желает подруга.
— Чмоки…
Смотрю мессенджер, не написал ли Царев, одеваюсь и спускаюсь. Надо сложить блюда, которые приготовила для любимого, сегодня не нужно врать старушке, что опять ночую у Полины. Баба Нюра на выходные уехала к подруге в Сергиев Посад. Спускаюсь и собираю пакет, оставляю отдельные контейнеры с едой для Сергея Владимировича, пишу записку с названиями блюд и вешаю на холодильник, закрепляя магнитом. Знаю, что мама не позаботится о муже, раньше она была дома за час до его возвращения с работы, сейчас уже не утруждает себя и приезжает позже. Кухню разрывает мелодия мобильного.
— Котёнок, я приехал.
— Я готова, выхожу.
Беру пакет и иду в прихожую. Только берусь за пальто, как в дом входит Сергей Владимирович.
— Добрый вечер, — приветствую хозяина дома и продолжаю одеваться.
— Привет, принцесса, куда собралась? — окидывает меня и пакет возле ног.
— К Полине, — мне стыдно, но Матвей настаивает пока никому ничего не говорить.
— Матвей подвезёт? Видел его работающую машину возле гаражей.
— Да… я попросила, — суечусь и опускаю глаза от неловкости, берусь за пакет и открываю дверь. — Я в холодильнике приготовленную еду оставила. Приятного аппетита и хорошего вечера, — оборачиваюсь и проговариваю с грустной улыбкой на губах.
— И вам приятного вечера, девочки, сыну привет. Скажи, что мог бы и зайти поздороваться, — внимательно смотрит на меня Царев старший.
— Передам, до свидания, — торопливо выхожу из дома.
Подхожу к машине, оглядываясь по сторонам: у меня ощущение, что за мной наблюдают, морозец по коже. Открываю пассажирскую дверь и пробегаю взглядом по окнам: в спальне взрослых шевелится штора. Неужели мать дома? Интересно, она догадалась о нашей связи со сводным братом или нет? От нее за эту неделю не было ни одного вопроса о том, где я иногда ночую. Передёргиваю плечами, сбрасывая озноб, и ставлю пакет в машину, следом сажусь сама.
— Наконец-то, — укоризненно бросает Матвей.
— Не начинай: я быстро, вообще-то.
— Вредная девчонка. Мужик уставший и голодный, а ты — как черепаха.
— Уточни степень голода, — включаюсь в игру, — возьмёшь в обёртке или снимешь хотя бы бант? — расстёгиваю пальто и поправляю полы так, что видно кружево чулок из-под задравшейся юбки.
— Рр-р-р, ты что творишь, мелкая?! Мы с тобой так далеко не уедем…
— Помнится, в прошлый раз машина не была помехой… — закусываю губу шкодно, сверкая глазками.
Смотрю на его губы и кадык, который ходит вверх и вниз, пока хозяин сглатывает слюну. По раздувающимся крыльям носа понимаю, что на мои намёки Матвей вспыхнул как спичка. Веду глазами вниз и вижу приличный бугор в спортивных штанах, хихикаю от удовольствия и отворачиваюсь к окну.
  
— Хотя ты прав, на улице зима, не до секса в машине, — вздохнув и наигранно печально говорю. — Не хочу болеть… Да и для утоления голода я приготовила курник и фаршированные перцы, так что голодным не останешься, — мило хлопаю глазками, меняя тему.
— Ты нарвалась! Мелкая зараза, как быстро ты учишься, — поднимает голову и смеётся. — Иди сюда, хочу твои губы.