Эхо Ривеннора (СИ)
— Верр Хиано, скоро ли будут готовы документы? — осведомился один из четырёх советников за овальным столом, немо́лодец в чёрном камзоле и парике из лоснящихся завитушек, в его голосе было нервное ожидание, а в руках самописное перо. — Княжна может нагрянуть с минуты на минуту.
— Скоро, ваше мерцательство, осталось немного, — ответил Хиано спокойно и вежливо, но сразу стало ясно, кто здесь расфуфыренный попрошайка, а кто хозяин положения.
Советники расположились в центре зала за овальным столом и сидели в позах нервного нетерпения. Их было четверо: пожилой граф Бейли в чёрном камзоле, который и задал вопрос. Граф Кейрос, длинноволосый щёголь со шпагой фиолетового ранга и с таким же по силе веером, который не выпускал из левой руки. Тучный краснощёкий барон Барнаби явно чувствовал себя не в своей тарелке. А герцог Лэнгвар, крючконосый старик с окривевшим ртом, хищно горбился и смотрел на всех исподлобья.
Проницательность демона-инспектора была прокачана аж до 30-ти, и я видел каждого из интриганов насквозь — сразу со всей подноготной, словно доклад из секретного досье. Как хорошо быть инспектором 229-го уровня!
Кейрос оказался советником по внешнеполитическим связям, но досье сообщало, что он читерит в дуэлях с теми, кого сам спровоцировал на вызов. На его счету было 38 побед при всего двух поражениях, и семь побеждённых Кейрос убил, а остальных заставил унижаться и вымаливать прощение. После каждого такого успеха он любил устраивать сомнительные напомаженные вечеринки.
Граф Бейли же, выдав экспертизу по экономике и налогам, принимал воскурения алхимического порошка из чужих страданий. Я нахмурился, это не стёб? Оказалось, нет. Кто-то собирал чужие мучения с помощью магии, кто-то другой возгонял их в алхимических аппаратах и выпаривал, чтобы получить порошок, и последний некто поставлял графу и другим богатым клиентам в дорогой упаковке. При взгляде на список концентрированных мучений, которые перенесли множество человек, у меня кулак зачесался врезать Бейли в лицо и вытрясти из чёрного камзола всю дурь.
Советник по торговле барон Барнаби на их фоне был сущим обжорным душкой, ну трус и приспособленец, ну вор и махинатор, с кем не бывает.
А старый герцог Лэнгвар оказался ритуалистом-демонологом и принёс в жертву почти десяток пейзан, чтобы призвать демонов себе на службу. Тайные слуги герцога похищали простолюдинов не из его наделов, а из чужих, а убивал их лично сам Лэнгвар. Безжалостная тварь, бессердечный в буквальном смысле слова (он отдал сердце демонам), а сидит в совете. Я видел сразу все его преступления полным списком, он длился и длился, а у имени герцога красовалась метка алого трезубца: значит, он связан с Вечным воинством демонов алой крови особой клятвой, которую принёс ещё в юности. Посмотрим, что с этим можно сделать.
Ну и компашка подобралась у Княжны. Может, конечно, все представители властной аристократии таковы, я в них не разбираюсь, но здесь трое из четверых были как из паноптикума, да и по толстяку плакала тюрьма. Я видел все их грешки — но вряд ли свидетельства демона примут за доказательство в суде. Оставалось сделать так, чтобы до суда дело не дошло.
На столе между заговорщиков лежал тёмный и строгий футляр: квадратный, достаточно крупный, интересно, что там внутри.
— Господа, у вас всё готово? — нервно спросил Бейли.
— Мои гвардейцы тройным составом дежурят у палаты большого совета, — кивнул Кейрос. — Готовы блокировать Представителей, если начнутся волнения.
— Мои наёмники по сигналу захватят порт, — энергично затряс щеками Барнаби.
— А вы, светлейший герцог?
— За мою часть сделки можете не беспокоиться, — тихо и надтреснуто проговорил Лэнгвар. — Он не даст телохранителям Княжны проникнуть сюда и помешать нашему делу.
Отлично, ребята изложили краткое содержание своих повстанческих планов, мы это учтём. Но про кого говорит старик?
«Тень в тени. Алый мрак», — вдруг шевельнулось внутри меня с лёгкой тревогой. Тихий бессловесный внутренний голос, он не произносил фраз, а давал ощущение, которое уже мой разум облекал в слова.
Это было демоническое чутьё Ворракса: степень прокачки способностей познания и восприятия у инспектора была такова, что его подсознание стало как бы отдельным разумом с подобием собственной воли, оно анализировало ситуацию отдельно от хозяина и давало ценные подсказки. Вот почему Ворракс так быстро сменил тон и поведение в харчевне, когда увидел Силена: чуйка не просто подсказала ему не перечить богу, а крикнула во весь внутренний голос. А сейчас нашептала совет мне.
Я внимательно всмотрелся в герцога и благодаря Проницательности 30 и Видению скрытого 24 разглядел сущность, которая пряталась у старика в тени. Это была узкая фигура, перекрученная вокруг себя, словно тонкая шкура, выжатая до предела, будто кожа какой-то склизкой твари с длинными когтистыми руками до пола. От создания веяло жутью.
«Алая кожа, она же адский выворотень: демонический убийца, 66 уровень», сообщила метка. Я ничего не знал про такого демона и его способности, но скиллы подсказали: «Проникает в тело жертвы через её тень, влезает под кожу, обтягивая всё тело и начинает перекручивать, стремясь убить жертву. От каждой сломанной кости становится сильнее». Страшная штука. И при этом сложная: неуязвимостей и резистов у твари было в достатке.
— А вот и они! — воскликнул Кейрос, вскочив и поправив шпагу. — Готовьтесь, милорды, идут!
Заговорщики повскакали с мест, писцы лихорадочно строчили последние экземпляры будущих княжеских приказов.
— Её венценосная светлость Княжна Ориана Каро, Пресветлая Защитница Антара и союзных баронств! — провозгласил юношеский голос, идущий с высоты. Говорил один из овальных портретов: юный паж, который висел на стене и теперь ожил. — В сопровождении Его светлости Дейла Кармайкла, принца Барельстонского и наследника Железногорья!
Магическая печать на дверях яростно вспыхнула и рассыпалась в пыль, створки распахнулись, в проёме возникла княжна… и она выглядела совершенно не так, как описывала Ори и как я представлял правительницу Антара с её слов.
Вкусы у всех разные, но на мой взгляд, это была женщина потрясающей красоты. Совсем недавно я полагал, что Алара хороша собой, но всё познаётся в сравнении, и в сравнении с княжной та девчонка казалась невзрачной простушкой с несоразмерными запросами. В то время как Ориана Каро полностью соответствовала высоте своего титула, а может, и превосходила.
Красное платье облегало её решительную стройную фигуру, длинные волосы рассыпались неидеально уложенным, но таким живым каштановым каскадом, стекая по полуобнажённой спине. Принцессу украшал гарнитур из искрящихся бриллиантов и сапфиров океанской синевы, которому позавидовал бы Алмазный Фонд. В облике этой женщины не было ничего лишнего, никаких дополнительных символов власти, статуса или красоты — потому что минимума более чем хватало.
Системная метка молодой княжны показывала скромный 11-й уровень, а класс «Правитель и стратег», прямо как у моего друга Императора Алорина. Её женственный силуэт в открытом платье казался ещё беззащитнее, ведь за спиной княжны возвышался крупный и угрожающий мужчина воитель 112-го!
Лет сорока, в тёмно-коричневом бархате с золотой вышивкой, с суровым властолюбивым лицом и филигранно выстриженными усами и бородой, обрамлявшей подбородок. Он чем-то напоминал испанского конкистадора, но высокого ранга. Для небольшого мирка, в котором мы находились, человек с таким высочайшим уровнем был экстраординарным и явно одним из сильнейших. Не повезло нам с врагом. Дейл Кармайкл привёл Ориану сюда, притворяясь верным женихом, а на самом деле он возглавлял заговорщиков — я узнал это, ещё когда подслушал первую часть разговора советников. Рука принца лежала на оголовье меча.