Эхо Ривеннора (СИ)
Во взгляде волка мелькнуло отчаяние, кровь окрасила серую шерсть уже в четырёх местах, а Горун ударил секирой прямо по каменному полу и вызвал сотрясение, от которого даже меня шатнуло, хотя я стоял в стороне — а рейнджер не устоял на ногах. Казалось, сейчас мы его добьём, но рога не теряла даром ни секунды и сделала идеальный шаг.
Хлоп! Всё пространство вокруг заполнилось густым едким дымом, Алёнка лопнула сразу две дымных бомбочки, чтобы ослепить всех, а сама промелькнула в густых клубах с прозрачной маской на всё лицо, включая глаза, — и резанула меня по ноге. Но не пробила защиту по всему телу от доспеха и отскочила, скрывшись в дыму. Продуманная девка.
Оказавшись в едкой клубящейся тьме, я активировал особое свойство доспеха — и по всему корпусу начали с чмоканьем открываться глаза. Красные, зелёные, чёрные: демонические пылали, звериные щурились, элементальные лучились разрядами энергий, око нежити брезжило жадной тоской; а на груди с лязгом растворились бронированные веки, явив миру круглую драконью зеницу с отблеском негасимого огня. Каждый из глаз видел в своём спектре, а все вместе они давали мне круговое зрение сквозь невидимость и скрывающие покровы.
Поэтому, зажмурив собственные глаза, которые разъедал ядовитый дым, я тут же увидел Алёнку, которая пригнулась под завесой тени перед прыжком — и Горуна, который с рёвом срубил секирой вскочившего следопыта… и отсёк ему голову.
Вот только голова повела себя странно: она прилипла к секире и обволокла её, как жидкая резина, нейтрализуя остроту обоих лезвий. Тело Волчары рухнуло вниз, деформируясь, как волна мягкой глины, и захлестнуло минотавра, стреножив его на месте. Конечно, это был не настоящий рейнджер, а его теневая копия из мглы, которого Алёнка подставила у Горуна на пути, зная, что в клубах дыма тот не заметит подмену. А поразив его, варвар попал в ловушку, и его оружие разом потеряло убийственную остроту. Быкоглавый взревел, но даже со своей силищей он не мог так быстро и просто вырваться из вязкой хватки — а взрезать путы мглы было нечем.
Офигеть, откуда у какой-то молоденькой обывательницы Алёнки Сидоренко такой уровень грамотных действий⁈ Она подскочила ко мне сзади, чтобы ударить врасплох, — но заметила десяток распахнутых глаз на спине, сообразила, что я её вижу, и вовремя отшатнулась. Я почти достал её горло ударом Вершителя назад, стерва была буквально в миллиметре от четверного крита — но ахнула и разом канула в мир теней, исчезнув с глаз моих и доспеха.
Варвар раскрутил секиру, крича гортанные ритуальные звуки, и она налилась пламенем и вихрем: алые искры заплясали в вязкой мгле. Как известно, сумрак боится огня, и резкий порыв пламенеющей секиры смёл серую массу с лезвий. На это ушло всего две секунды — вот только в сражениях опытных бойцов это очень много времени.
Волчара, которому действия Алёнки предоставили долгожданные секунды свободы, уже пару мгновений как выскочил за пределы дыма и теперь выцеливал Горуна особой бронебойной стрелой, которая по стреноженному быку била с дополнительным бонусом. Наконец никто не преследовал стрелка и не мешал ему сделать первый нормальный прицельный выстрел, вложив в него все свои усиления и спец.скиллы! Следопыт осветился по контуру двумя вспышками: зелёной и синей. Он понял, что это момент истины, второго шанса может не быть, — и использовал достижения из ценных запасов, чтобы сделать выстрел максимально крутым.
Ф-с-с-ст! Воздух прорезал яркий солнечный блик: у стрелы был энергетический наконечник ауриса, способный пробить любой физический доспех… или самую крепкую лобную кость.
Длинное древко с хрустом вошло минотавру в мозг, он как раз идеально разогнал дым и стал ещё более выгодной мишенью, а я не успел предупредительно крикнуть и остановить. Преодолев черепную кость, наконечник стрелы затвердел и передал бедняге Горуну весь кинетический импакт от выстрела.
«Идеальное попадание, смертельный крит ×6! −120 хитов! Системный шок: частичный» — мелькнуло сообщение, и мой союзник стал заваливаться назад. Я метнулся к нему, на ходу доставая драгоценное Зелье исцеления III — было адски жалко тратить единственную лечилку на чужака, но рейнджер явно использовал все свои козыри, да и Алёнка тоже, и если я сейчас оттащу Горуна от смертной черты, вместе мы их быстро добьём!.. Однако я недооценил Волчару.
Он вскинул лук и послал в воздух целый ворох искрящих молнией росчерков — способность «ливень молнестрел»; причём не в меня, град накрыл варвара и область между им и мной — чтобы добить Горуна и одновременно заставить меня остановиться и не лезть под стрелы.
Больше того, сделав первый град стрел, рейнджер тут же убрал лук в инвентарь и выхватил второй лук, который держал в инвентаре уже натянутым — и сделал повторный выстрел практически в ту же секунду! Обалденный тех.
И снова «Идеальное попадание, крит ×4, −80 хитов!» Стрелки сильны, когда против них нет защиты и ты неспособен укрыться магией, щитом или хотя бы вилять на бегу. Коварная кромсающая стрела с торчащими тонкими осколками вошла минотавру в горло, бык захлебнулся последним вздохом, и я увидел его гаснущий взгляд. Взгляд смертника. Он смотрел на меня в упор, будто пытался что-то сказать глазами, ибо клокочущим горлом уже не мог.
Я понял, что зелье исцеления применять поздно, Горун умирает. Он выронил секиру, и та с грохотом покатилась по камням — а варвар последним усилием метнул своё короткое копьё. В меня⁈
Ш-ш-шт! Оно пролетело над моим плечом и ударило в грудь Алёнке, которая в ту самую секунду выпрыгнула из сумрака, чтобы атаковать меня со спины. Горун предугадал, что она так поступит, и совершил последнее, что мог. «Крит, −45 хитов!» — варвар тоже был не лыком шит. Копьё вошло глубоко в тело ассасинши, та вскрикнула от боли, сила удара сбила её с ног и отбросила назад.
Острие Вершителя дотянулось до вытянутой руки Горуна и кольнуло её; система показывала, что у варвара осталось 6 хитов и мой удар его добил. Я исполнил последнюю немую волю союзника.
— Сука! — взревел Волчара, осознав, что у него украли добычу и бонусный уровень он не получит.
— А-а-ах, — простонала Алёнка, она схватила копьё минотавра и присвоила себе, потому что хозяин вещи был уже мёртв. Мягким движением убрала копьё себе в инвентарь и тут же выхватила зелье исцеления, чтобы залить открытую рану.
Я колебался долю мгновения, куда прыгать, вперёд или назад — как сложно сражаться без Фазового прыжка, я же не просто так его прокачивал, а потому что он имбовый! Уже три раза бы мог закончить бой одним смертельным ударом, будь у меня возможность мгновенно оказаться у врага за спиной. Увы, астральные искажения поставили меня между луком и кинжалами. Волчара уже спустил тетиву, и две стрелы со свистом вспарывали воздух; Алёнка на миг замешкалась, скинув пробку с флакона, и уже хотела плеснуть зелье себе в рану. Но я воспользовался заминкой, прыгнул к ней и успел перехватить руку — а второй попытался повторить ведьмачий подвиг и отбить две стрелы.
Увы, даже в Башне чудеса случаются реже обычного.
Ледяной наконечник врезался мне под лопатку, острая боль, но тут же омертвляющий холод. -18 хитов (337/360). Вы преодолели действие обмораживания.
Электрическая ужалила в плечо и дёрнула по всему телу. -12 хитов (325/360). Вы попали под действие эффекта временного «Шоковая дезориентация», до конца эффекта 10… 9…
Перед глазами всё поплыло, я резким движением выкрутил Алёнке руку и развернул её лицом к Волчаре, прикрывшись ассасиншей от новых стрел. Вершитель прижал её горло к моему плечу, попробуй дёрнись, сама вскроешь себе артерию. Её сила была немногим выше обычной женской, поэтому я легко выкрутил исцеление из пальцев мычащей от боли убийцы и залпом выпил, чтобы восстановить хиты — не пропадать же открытому зелью.
Волчара выцеливал нас бронебойной, и в его взгляде явно читалось: как удачно встали, можно воткнуть один выстрел сразу в двоих. Но оскал кривился, он не хотел убивать такую эффектную и полезную девку. Алёнка засмеялась и прижалась ко мне, соблазнительно вильнув бёдрами, кровь прилила к вискам… постойте, что за…