Слово дракона, или Поймать невесту (СИ)

Снова визг!
Но уже не радостный, а панический. Во-первых, мы испугались, а во-вторых были не одеты.
– Что происходит? – рявкнул приставленный Рэйтраном охранник.
Вжух! – именно с таким звуком ботинок устремился к нему.
Снаряд в дракона я послала случайно, чисто на инстинктах. Но попадания не случилось – Хорин мою обувь попросту испепелил.
И рявкнул громче прежнего:
– Девушки?!
Вздох, и меня опять затопила бесконечная, неуправляемо-сильная радость. Говорить я не могла, но счастье было написано на моём лице.
Хорин заметил. Нахмурился, ничего не понял, зато осознал главное:
– Опасность вам не грозит, правильно?
Ри с Ксанной часто закивали. Я могла только сиять.
– Кхм, – сказал дракон. За его спиной уже показались физиономии адептов, самых прытких и любопытных.
Охранник посмотрел на нас, на дверь, затем подхватил дверное полотно и поставил на место. Сам при этом очутился в коридоре. В общем, прикрыл наш позор как мог.
Отрезвило ли это подруг? Наверное.
Я же залилась громким, почти истеричным хохотом. Магия! Я могу применять магию! И для этого даже не нужно обращаться к силовым линиям, от одной только попытки увидеть которые, ужасно болит голова.
– Элия, это как вообще? – дождавшись паузы в моём смехе, выдохнула Ри. – Как у тебя получилось?
Вместо ответа я сосредоточилась и приподняла над полом саму подругу. Её кудряшки смешно подпрыгнули вверх.
– Ау-у! – взвыла Ри.
А Ксанна шокировано покачала головой:
– Это ведь пятый уровень, Элия. Уровень настоящего, полноценного мага.
Нет, Ксанна. Это уровень обыкновенного дракона.
Только вслух я об этом не сказала – не видела смысла.
Насколько вообще разумно объявлять о драконьей природе моей магии? Что если кто-нибудь вроде магистра Ицера захочет меня после такого препарировать? А Ицер может! Он такой!
– Феноменально, Элия, – выдохнула Ри. – Спустя столько лет твоя магия наконец пробудилась.
Я кивнула.
Сама же подумала о том, что снова ничего не понимаю. Ведь Рэй не объяснил! Ящер просто велел сосредоточиться и почувствовать сосуд, который расположен не в груди, как у людей, а в животе – как у драконов.
Только откуда у меня драконий сосуд силы?
А может он есть у всех?
– Девочки, знаете что? – прорезал внезапную тишину голос Ксанны. – А помните с чего всё началось?
Мы с Ри переглянулись, и наша умница-отличница застонала, закатывая глаза и заламывая руки.
– Хрустальный Перст ничего не исполняет! – взвыла она. – Мы ведь уже выяснили, даже доказали, что он совсем не про желания! Он предназначен для другого!
– Угу, – Ксанна разулыбалась очень хитро. – Но ведь желание Элии он исполнил. Не важно как, но дело сделано. Уж теперь Элия точно сдаст все практические экзамены и получит диплом!
Глава 22
Рэйтран
При выходе из шатра я наткнулся на Шорэма. Советник окинул внимательным взглядом и расплылся в красноречивой улыбке.
– Что? – я приподнял бровь.
– Ничего. – Блондин хмыкнул. – Просто ты выглядишь… как очень влюблённый дракон.
Я не выдержал. Улыбнулся в ответ и промолчал, не собираясь отрицать очевидное.
– Есть что-то, о чём мы не знаем? – продолжил Шорэм. – Ты сияешь, но с острова вроде не отлучался? Значит с Элией не виделся? Или виделся?
– Я выяснил, какой дар она получила от хрустального артефакта.
Всё. Любопытство советника взлетело до небес.
Его глаза полыхнули азартом, а я рассмеялся. Как всё-таки приятно быть в курсе того, что неизвестно остальным.
– Рэй! – позвал Шорэм.
Я мог опять промолчать, оставить сородича один на один с загадкой, но это было бы слишком жестоко. Тем более к нам присоединился Таон, который тоже уставился жадно.
– Она может входить в моё медитативное пространство, – в итоге смилостивился я.
Драконы закашлялись. Для тех, кто мог погружаться в медитацию настолько глубоко, что обретал личный незыблемый островок, сравнимый с пространством в материальном мире, это был нонсенс.
Пространство было исключительно личным! Полностью защищённым от чужих проникновений. Вероятно, Элия первая и единственная, кому это удалось.
 
– Что, прямо вошла? – голос Таона недоверчиво.
– Причём абсолютно легко. Даже смогла там немного похозяйничать.
Шорэм выдохнул.
– В принципе это довольно близко к форме слияния сознаний, – сказал он. – События одного порядка.
Я кивнул.
А вот говорить о том, что дэйлира, как и я, может выходить из этого пространства в реальный мир, не стал. Подобные бестелесные посещения реальности до сих пор оставались моей тайной.
Сородичам ни к чему знать. Это действительно личное. Дополнительная возможность для правителя, которым мне, впрочем, никогда не стать.
– Это всё? – внезапно засомневался Шорэм.
Я улыбнулся шире. Снова испытал искушение оставить сородичей один на один с их любопытством, но…
– Я понял, в чём проблема её магии. Элия человек, но её магические системы работают иначе.
– В смысле? – Таон нахмурился.
– Человеческий сосуд Элии неактивен, потому что у неё есть второй, и он доминирует.
Собеседники уставились непонимающе. Я тоже до сих пор находился в некотором недоумении. К счастью, приятном.
– У неё драконий сосуд. Её магия, по какой-то пока неясной причине, идентична нашей.
Лицо Шорэма вытянулось, а Таон выпучил глаза.
И тогда я повторил:
– У Элии два сосуда. Один человеческий, но он считай неактивен. А сосуд, идентичный нашим, пребывал в спящем состоянии – именно поэтому мы не увидели его, когда изучали энергетическое тело из привычного нам спектра.
– Как у новорожденных? – уточнил советник.
– Да.
Не все драконы маги, и не все маги способны перевоплотиться в дракона. Мы рождаемся чистыми, а магия проявляется позже и постепенно. Новорожденные и дети первых лет жизни выглядят в магическом спектре как обыкновенные, не одарённые магией существа. Сосуда как бы нет.
Сосуд активизируется и наполняется позже. Сам. Обычно под воздействием ярких эмоций. Но бывают ситуации, когда магии нужно помочь.
Если мы убеждены, что у ребёнка должен быть магический потенциал, мы пускаем в его тело искру силы. В каких-то случаях тело молчит, но порой оно откликается – искра активизирует сосуд.
С Элией случилось то же самое. На том ночном свидании, разбираясь со шрамами, я даже не пустил, а скорее уронил искру магической силы и сам изумился полученному отклику. Сосуд – не человеческий, а драконий! – ожил.
За минувшие часы он успел наполниться. Именно поэтому магия Элии «ожила».
Теперь Элия знает об ином роде своей магии, она будет обращаться к сосуду, тем самым наполняя его вновь и «раскачивая». Исходя из того, что я сегодня увидел, через пару десятилетий Элия сможет стать одной из сильнейших драконьих магесс.
Шорэму с Таоном потребовались несколько секунд на осознание, и Таон взорвался эмоциональной бранью.
А советник…
– Получается, с точки зрения магии Элия – дракон? – озвучил мой собственный вывод. – Так вот почему она смогла активировать хрустальный артефакт.
Я кивнул, молчаливо радуясь тому, что стало ещё одной загадкой меньше.
– Так, а что, если попробовать пустить искру и в других людей? – неожиданно предложил Таон. – Провести эксперимент?
Мы с Шорэмом поморщились. С одной стороны разумно: чтобы понять, чего ещё ждать от людей, хорошо бы изучить их магическую составляющую, а с другой… оно нам надо?
Надо ли нам ставить эксперименты на другой цивилизации, с вероятностью поднять эту цивилизацию на качественно иной уровень?
– Думаю, это вопрос к Совету и Императору, – ответил я.
– Ну хоть на ком-нибудь? – Таон загорелся интересом. – Предварительно?
Теперь мы с советником переглянулись. Предложение было не столько любопытным, сколько сомнительным.
– На подругах Элии можешь, – наконец решил я. – И на Вивироне.
– А на пышнозадой-то зачем? – удивился друг. – Ведь если получится, нам, вероятно, придётся забрать её с собой.