Ближний бой. ЦРУ против СССР

Вторым участком, предложенным ЦРУ, был залив Кочинос. Это был малонаселенный участок побережья с отдельными летними коттеджами и деревушками. Берег здесь был удобен для высадки и поблизости имелась взлетная дорожка, однако дальше простиралось болото и было мало дорог.
Предполагалось, что высадка в заливе Кочинос будет осуществлена внезапно и плацдарм на берегу будет захвачен до того, как вооруженные силы Кастро предпримут ответные меры. Планировалось провести отвлекающую высадку в провинции Ориенте, и, как все надеялись, в Гаване не смогут быстро решить, какая из операций является основной. Правда, участку в заливе Кочинос был присущ один важный недостаток. В случае неудачи высадки уходить отсюда было некуда. Уйти через болото было, по существу, невозможно.
Но никто из участников операции не думал о возможном провале. Кубинцы были уверены, что, как только они захватят плацдарм на побережье, соотечественники тут же придут к ним на помощь. Их уверенность в своих силах укрепляло еще одно важное обстоятельство: они были убеждены, что в случае поражения им на помощь придут войска Соединенных Штатов Америки. Какие обещания им давали их американские наставники — навсегда останется невыясненным. Во всяком случае, как утверждали лидеры кубинской бригады, им дали понять, что вооруженные силы США поддержат их; американцы же, ответственные за данную операцию, категорически отрицали это.
После тщательного изучения этого вопроса я пришел к выводу, что истина лежит где-то посередине. Скорее всего, американцы не позволили себе зайти настолько далеко, чтобы обещать высадку на Кубе войск Соединенных Штатов. Вместе с тем вполне обоснованным будет предположение, что в тех условиях эмоционального подъема перед высадкой американцы должны были как-то морально поддержать кубинцев.
Руководившие операцией американцы — как сотрудники ЦРУ, так и военные — явно не ожидали провала. Они были уверены, что перебежчиков из милиции Кастро, а быть может, даже из кубинской армии будет предостаточно. С пренебрежением относясь к боеспособности войск Кастро, они, несомненно, находились под влиянием тех скромных успехов, которых армия Батисты добивалась в свое время в борьбе против повстанцев Сьерра-Маэстры. Далее, они занижали численность войск, которые Кастро мог выставить для борьбы с высадившимся отрядом. Никаких американских вооруженных сил для поддержки кубинцев не предусматривалось, и плана военной интервенции со стороны США не было выработано. Об этом со всей ясностью заявил президент Кеннеди на пресс-конференции 12 апреля 1961 года. Вооруженные силы Соединенных Штатов Америки не будут участвовать в интервенции на Кубе, сказал он.
Однако у взбешенного Фиделя Кастро не было подобной уверенности. Он знал об учебном лагере в Гватемале и был убежден, что готовится какой-то удар по его режиму. Считая, что, несмотря на заявление президента Кеннеди, готовится не что иное, как вторжение войск Соединенных Штатов на Кубу, он полагал, что над ним нависла серьезная угроза. Кастро отдал распоряжение своим войскам безопасности арестовать всех известных или подозреваемых участников оппозиции. Почти 100 тысяч человек было арестовано и заключено в лагеря, созданные по всей стране. Это был первый удар, имевший катастрофические последствия для операции в заливе Кочинос: ядро сил, могущих прийти на помощь высадившемуся на побережье отряду, было арестовано.
Первый налет кубинских бомбардировщиков B-26 на аэродромы Кастро был признан успешным, поскольку, по данным аэрофотосъемки, проведенной после налета, выяснилось, что примерно половина самолетов Кастро была уничтожена или повреждена. В соответствии с ранее разработанным планом один бомбардировщик B-26, возвращаясь после налета на Кубу, приземлился в Майами, а его пилот заявил, что он дезертировал из военно-воздушных сил Кастро. Такой маневр призван был несколько сгладить впечатление, вызванное бомбардировкой у мировой общественности, и свести до минимума «шумиху» в прессе. Замысел этот оказался безуспешным, так как «шумиха» не была предотвращена: Соединенные Штаты в Организации Объединенных Наций подверглись нападкам, их обвиняли в причастности к этой акции.
  
В это время бригада уже покинула свой лагерь в Гватемале, отправившись на кораблях в залив Кочинос. В воскресенье вечером 16 апреля полковник морской пехоты, прикомандированный к ЦРУ и непосредственно командовавший операцией, впервые за много дней отправился домой пообедать, приказав своим коллегам не позволять «им» ничего менять. «Им» — в данном случае руководящим правительственным деятелям. Приказ полковника отражал озабоченность руководителей операции тем, что свобода их действий может быть еще более ограничена.
И полковник был прав. Вскоре после его ухода позвонил Макджордж Банди и сообщил, что президент принял решение отменить второй налет военно-воздушных сил свободных кубинцев. Генерал Чарлз Кэйбел, исполнявший в тот вечер обязанности директора ЦРУ (Аллен Даллес находился в Пуэрто-Рико), отправился вместе с Ричардом Бисселом в госдепартамент на совещание с государственным секретарем Раском. Государственный секретарь подтвердил, что президент принял решение отменить второй налет в связи с усиливающимися протестами в Организации Объединенных Наций, но посоветовал генералу Кэйбелу обратиться непосредственно к президенту, который находился в своем загородном доме близ Миддлберга, штат Виргиния. Генерал Кэйбел, решив, что подобное обращение будет бесполезным, вернулся в штаб. Здесь его встретила группа разгневанных сотрудников, считавших произведенные изменения плана не чем иным, как «преступным пренебрежением». Генерал Кэйбел попросил коллегу из Объединенного комитета начальников штабов принять участие в совещании и спросил его, что могут предпринять регулярные войска для оказания содействия операции. Было решено держать поблизости от залива Кочинос авианосец «Боксер», полагая, что, даже если его самолеты нельзя будет использовать, он окажет большое психологическое воздействие. Интересно отметить, что, когда этот генерал из Пентагона выходил в тот ранний предрассветный час из здания ЦРУ, он сказал сопровождавшему его сотруднику: «Кэйбел, безусловно, знает, что операция провалится, не правда ли?»
В этот момент высадку еще можно было отменить. Имелся план, на случай если высадка в последнюю минуту будет отменена, а кубинские парашютисты еще не покинут аэродрома в Центральной Америке, — план, предусматривавший изменение направления десантных кораблей на Пуэрто-Рико. Однако организаторы операции были глубоко убеждены, что, если операция по каким-то причинам не состоится, кубинская бригада либо станет действовать самостоятельно, либо взбунтуется, что создаст такой переполох, который причинит гораздо больше неприятностей, чем даже провал операции. Поэтому, хотя многие уже не верили в возможность успеха этого мероприятия, было решено действовать.
Ход высадки кубинской бригады уже неоднократно описывался. Можно лишь сказать, что в военном отношении этот этап операции прошел успешно. Парашютисты приземлились в заданной местности. Четыре батальона из пяти высадились в намеченных пунктах побережья, а пятый батальон, хотя и не смог высадиться там, где намечалось, в конце концов пробился к побережью и вступил в бой. Однако с наступлением рассвета начала действовать авиация Кастро, и с этого момента шансы на успех уменьшались с каждым часом. Кастро имел всего 5 реактивных самолетов — 3 американские учебные машины Т-33 и 2 английских самолета «Си-фьюриз», тем не менее они решили исход сражения, потопив один из десантных кораблей и уничтожив значительную часть боеприпасов и средств связи. Самолеты повредили еще один корабль, а остальные отогнали в море.
Формирования «свободных кубинцев» сражались отважно и нанесли тяжелые потери войскам Кастро. Но реактивные самолеты Кастро господствовали в воздухе, боеприпасы и подкрепления подвозить было невозможно. Хотя введенные в действие на второй день бомбардировщики B-26 нанесли серьезные удары по противнику, они уже не могли изменить исход сражения. На третий день все было кончено. Командир бригады в ответ на поступившее с американского корабля предложение спасти оставшихся в живых кубинцев послал американцев ко всем чертям. Основной состав бригады был захвачен в плен. Их судили, заключили в тюрьму и затем освободили за выкуп.