Рожденные в СССР. Часть Первая. Пришествие (СИ)

— Нет, просто хотят жить. Как ни странно, откровенных антикоммунистов не так много. Среди большей части попаданцев преобладает здоровый скепсис. Ну и что бы ты сам сделал, омолодившись лет на сорок?
— Ну, — Варенников задумался, затем тряхнул головой, — много чего!
— Что сделал — по девкам бы побежал! — Язов в который раз за день съязвил.
— Дмитрий! Я попросил бы…
— Ну, скажи себе честно — отказался бы от бабы молодой да горячей? Как в лейтенантскую пору?
Чай пролился на свежую скатерть, а кусты вздрогнули от громкого офицерского смеха.
— Я тебе, Дмитрий, дам в помощь толкового полковника из будущего, человек с настоящим боевым опытом. Не криви губы, в тех войнах тоже ребята лиха хватили. Он уже помогает нам с военной реформой и боевой подготовкой. Идея с новой военной формой и снаряжением как раз оттуда. Не все успели апробировать, пока мешает отставание промышленности. Вот танки у нас хорошие выходят, а штаны пошить не можем!
— С опытом это неплохо. Не доверяю я офицерам, не понюхавшим пороха. Да и обмундирование новое опробовал, — задумался Язов. — Ну что сказать — нам бы его в ту войну, сколько людей бы сохранили.
— То-то и оно! Задача сейчас поставлена не догнать и обогнать, а добиться приоритета меньшими силами и главное — затратами. Наши люди достойны жить лучше и богаче! Не надо заменять масло пушками, правильней направить освобожденные средства на образование.
Генералы молча переглянулись. Это уже была представлена высшая политическая установка.
— Мы, — Варенников был совершенно трезв и смотрел в сторону заката, — должны остерегаться чужих ушей?
— Безусловно! Я сейчас создаю команду для охраны вашей группы, там опытные ребята, многих прикомандировали из ГРУ. Ивашутин полностью с нами, также копытом бьет, хочет кое с кем поквитаться.
— В родной стране таимся…
Ахромеев скосил глаза на заслуженного генерала, но промолчал. Они ничего не знают о еще одной чрезвычайно секретной операции. Через полгода министр обороны будет иметь в своем распоряжении несколько специальных батальонов и бригад, заточенных на бои в городской застройке. Ни одна тварь уже никогда не посмеет безнаказанно предать страну! 
— Сергей, думаешь, придется нам повоевать еще?
— За интересы государства? Конечно.
— Маленькая победоносная война? — голос Язова стал холоден.
— В армию идут не в бирюльки играть, Дмитрий. Только воевать будут не молокососы из срочников, да и в авантюры типа Вьетнама и Афганистана ввязываться нам точно не стоит. Хотя это дело уже политиков, а наше — подготовить армию ко всему.
— Потому что есть такая профессия — Родину защищать!
  
Глава 18. 31 мая 1975 года. Новосибирск. Затулинка. Пятница началась
 
Константин с натугой распахнул массивную дверь и вошел в пивную. Дерева в этом времени не жалели. Так что вместо склеенного шпона запросто могли использовать цельный массив. Несмотря на относительно ранний час, забегаловка была забита под завязку. Пятница же! Молодой человек вздохнул, больно уж охота было в погожий почти летний денек глотнуть свежего пивка. Не так и много в Затулинке мест, где его разливали. Да и по слухам пиво здесь не самое плохое.
Дождавшись отстоя пены и долива напитка до положенного рубежа, Константин, не обращая внимания на похмуревшее лицо раздатчицы, подхватил две полулитровые кружки и осмотрелся в поисках свободного места. Неожиданно его взгляд уперся на вскинутые в приветствии руки. Ну, конечно же, где еще можно встретить собрата по несчастью в пятницу вечером, как не в пивной!
— Здорово Костян, примащивайся!
Крепко сбитый паренек со светло-русыми волосами кивнул на круглый столик, заставленный кружками и тарелками с закуской. Вновь прибывшему быстро освободили место. Так уж было принято в здешних пенатах не обращать внимания на личное пространство.
— Привет честной компании!
Маслов накоротке поздоровался с Иваном Гордеевым и протянул руку высокому мужчине, выглядевшему старше его, и уже смутно знакомому. Тот приветливо представился, обнаружив приятный с хрипотцой голос, каким в двадцать первом веке любили озвучивать анонсы новых фильмов или телепередач.
 
— Василий Петровский, можно без отчества.
— Костя Маслов.
— Ставь кружки. Тут все свои, так что не менжуйся!
Ободренный приятным началом вечера Константин отхлебнул из кружки и сделал небольшой перерыв, чтобы сполна ощутить знакомую хмельную горечь и насладиться пивным вкусом. Затем он продолжил пить маленькими глотками. Пиво сегодня, и в самом деле, было хорошим и свежим. Отчего-то Маслов в первые месяцы после выхода из Центра временного пребывания полагал, что пиво при развитом социализме должно быть обязательно кислым или разбавленным. Стереотипы, от многих из них в реальной жизни пришлось отказаться.
— Угощайся!
Василий кивнул в сторону разложенной на газете вяленой рыбы, Костя благодарно улыбнулся в ответ и, в свою очередь, достал из кармана пиджака бумажный пакет.
— Моя не хуже.
— Красненькая! Где добыл?
— Жить в Сибири и сидеть без рыбы! Ребята из общаги привезли. Сами они с севера, картошка там не растет, но краснуха завсегда имеется!
Иван оживился и хлопнул ладонями.
— Тогда схожу к буфетчице за черным хлебушком с маслом.
Петровский посмотрел на Маслова оценивающим взглядом и спросил:
— На заводе или где?
— Учусь на подготовительном в университете, ну и на стройке подрабатываю. Там летом всегда нужны люди, потому и договорился на полставки. Специальности подходящей пока нет, так что разнорабочим.
— Ого! Широко шагаешь! НГУ в СССР величина. Планы имеются?
— Да есть желание в новой жизни кое-что поменять. Хочу в науку податься, тогда не удалось, время не то было. Хоть и окончил математический, но из университета в девяносто третьем ушел. Диплом даже не получил, поехал в Китай за товаром.
Петровский понятливо кивнул, мол знаем мы те проклятые годы.
— По какой теме будешь науку двигать, если не секрет?
— Астрофизика. Только за все эти годы подзабыл многое, сейчас вот нагоняю.
— Ну тогда успехов, — Василий благосклонно усмехнулся. — Вон, Ванька тот человек попроще, со своей мехколонны не вылезает.
— Куда мне с моим ПТУшным образованием! — Гордеев аккуратно пристраивал кусок красной рыбы на бутерброд. — Опять же, на стройке сейчас квартиры быстро дают, в нашем тресте через полтора-два года. Полгода я, считай, уже отработал. Сколько мне в том времени пришлось бы на квартиру зарабатывать? Так что здесь не так плохо, как в тамошнем телевизоре врали. Свой угол и есть свой угол!
— Потом чего? — Константин с интересом смотрел на знакомца по ЦПВП.
— Наверное, на ЖБИ пойду, там работа сменами. Еще, говорят, постоянно путевки в санатории дают и свой детский сад имеется. Зарплата не хуже, чем у остальных. Мы как раз в том районе строим, на работу можно будет пёхом двигать.
— Тебе зачем детсад, детишек-то нарожать ведь не смогёшь? — ёрнически захрипел Василий.
— Возьму бабу с дитем, таких пруд пруди, тогда и метров больше дадут, — отмахнулся от него простоватый, но на поверку безмерно практичный Иван.
— Удивляюсь тебе, зачем хомут на шею вешать? Снова хрен стоит, как у жеребца, так пользуйся на здоровье. Али баб у вас на стройке нет?
— Попользовался уж, — защерился во все тридцать три Гордеев, — только-только трипак вылечил.
— Ну да, бабенки у вас там больше простецкие — и вашим, и нашим, — засмеялся Петровский. Смех у него был заразительный и совсем необидный, у окружающих вызывал только ответные улыбки. — Ну а ты, студент, небось, также за малолетками в универ попёр? Первокурсницы — самый лакомый кусочек десерта! Эх, я бы там не упустил своего!
 
Маслов только отмахнулся от нелепого на его взгляд предположения.
— Да и без них хлопот хватает. Стипендия маленькая, постоянно ищешь, где бы заработать. Но стройка слишком много сил отнимает, без хорошей специальности приходится в разнорабочих вкалывать. Кстати, други мои, в этом времени БАМ уже есть или нет?