Приказываю жить. Смерть (СИ)
А на кровати, сердито гукали дети…
Подорвалась в соседнюю комнату, где как раз успела в момент пробуждения.
— Леди..! Как мы испугались! Как дети?! Мы ничего не могли противопоставить той твари, что влезла в окно! — упала передо мной на колени Ренда.
— Простите… приму любую казнь… — вторила ей Конти.
— Девочки, слушай мою команду! Бегом…! Обихаживать и кормить детей!
Просиявшие девчонки, рванули в спальню, едва не сбив меня с ног…
12. Двенадцатая часть
Посмеиваясь, иду следом.
"Ага… смешно тебе…" — гундит мой внутренний голос, — " А ты представь — каково им, с их менталитетом, пришлось!? Такая… ммм… суровая девочка кааак возникнет… кааак усыпит..!"
Но, девушки, вопреки ожиданиям, оказались стойкими. И сейчас занимались очисткой комнаты от пыли, а подгузников — от продуктов жизнедеятельности.
Потом мы кормили чистеньких малышей, а после, когда умиротворенная детвора милостиво решила вздремнуть, настало время вопросов-ответов.
— Леди, а кто это был?! — решилась кормилица. — Вызванное вами существо…
— Пока вам надо знать только то, что это самочка и ее зовут Гу-Сс. Она не тронет никого, кто мне дорог. И она — очень сильна.
— Леди..! — Ренда с грохотом бухнулась на колени, обхватывая мои ноги, — Молю вас..! Смилуйтесь..! Попросите вашу Гу-Сс спасти моего мужа! Возьмите мою жизнь, только спасите мужа и сына!
— Тихо-тихо… успокойся и встань… Вот и умница… — Я подняла отчаявшуюся женщину и усадила ее в кресло. — Как только Гу-Сс поохотится, я отправлю ее за твоим мужем. Хорошо? Вот только… как он отнесется к… ребенку?
— Я не знаю, леди… — прошептала несчастная мать.
— Хороший ответ… To есть он может быть настроен к ребенку резко негативно?!
— Да! Но… Леди, он никогда не навредит невинному дитю..! Да, он будет сдержан и холоден! Но навредить, обидеть — НИКОГДА! Он сильный и благородный!
"Вот именно такое сочетание в мужчинах — самое уязвимое!" — простонала я про себя, — "И разные гады и гадины этим бессовестно пользуются!"
— Вот и договорились! Сначала спасаем его, а потом… посмотрим что можно будет сделать. Ну, все… дети — сытые и спят… Собаки — еще пока спят… Надо нам пообедать…
— Я распоряжусь, леди! — подорвалась няня.
— Вот и умница, — улыбнулась я, удивляясь странной активности девушки.
Напряжение немного отпустило. Дети и собаки — вне опасности. Вечером свидание со Старшим супругом… О Славе и Алехе — старалась ПОКА не думать… завтра будет день, и только после того как я их увижу, буду решать — как поступить.
Когда Конти, через не продолжительное время, пригласила нас к столу, Ренда уже взяла себя в руки. И потому, вкушать гастрономические изыски, мы шли в нормальном настроении.
— Леди, простите, — нянюшка виновато сложила тонкие ладошки, — Я взяла на кухне то, во что сложно добавить яд или зелье. А это запеченые овощи, кисломолочные продукты, печеное мясо, фрукты, хлеб.
— Вот и умница. Вы и о безопасности побеспокоились! Ну, что? За стол?! Приятного аппетита!
Мы, по-семейному, расположились и принялись за еду.
"Ух, как, оказывается, я проголодалась!"
Мы уже принялись за десерт, как в столовую, виновато и обеспокоенно повизгивая, ворвались собаки. Вокруг меня закружился лохмато-мокрый водоворот.
Девочки с умилением смотрели за нашим общением.
— Как они преданы и очень вас любят! — тихонько вздохнула Конти.
— Замуж тебе надо, — не удержалась я, и испугалась за девочку — та побледнела до синевы и затрясла головой.
— Нет, леди. Я… мне совсем не надо замуж…
— Конти, привыкай уже хорошим господам говорить правду, — совсем смутила няню прямая, как стрела Ренда.
— Я… не смогу… не посмею… — совсем смутилась девушка.
— Леди, дело в том, что наша девушка — влюблена! По уши! ОН — ловелас, каких еще поискать. А ее — даже в качестве одноразовой любовницы не рассматривает! — кормилица явно сердилась.
— Нет-нет! Он хороший… Он самый лучший… — залепетала бедняжка,
— Вон он как о леди тревожится!
— Ччччто?! — в моей голове сложилась часть пазла, — А как его зовут?!
— Да Квент это! — снова не выдержала Ренда, — Баб у него — по нескольку в день бывает! А над Конти глумится просто! А она тает и сохнет… и себя во всем винит!
— Квент, значит?! — прищурилась я, многозначительно покосившись на Ренду.
— Ага! — все сразу поняв, блондинка сверкнула ослепительной улыбкой, впервые, с момента нашего знакомства.
— Ну-ну… Засиделась я тут с вами, девушки. Пора мне с собаками погулять… они голодные… Заодно и побеседую кое с кем… Меня — не ждите!
Рванувшуюся ко мне Конти, удержала Ренда:
— Тихо… леди знает, что надо делать с такими петухами!
— Он не… — пыталась возразить девушка, но я уже закрыла дверь и повернувшись, встретилась глазами с ищущим взглядом бородатого ловеласа.
Очевидно, что Конти не только о нас озаботилась — гвардейцы ударно расправлялись с едой. И не только… сразу с двух сторон Квента обвивали ручки очаровательных дам… именно дам, а не служанок!
"Ну-ну..!" — гаденько хихикнула я про себя, — "Обо мне, значит, тревожишься..?! Ага-ага..! Ну и шельмец, прости меня Господи! И по этому бородатому Казанове очаровательное дитя сохнет?! А он глумится, говорите..?! Ну-ну..!"
— Могу я чем-то помочь леди?! — этот…. раздолбай, словно не замечал висевших на нем прелестниц.
— Помочь, з-на-чит хотите?! Ну-ну… Помогите! Но, для начала, избавьте меня и моих девочек от созерцания вашего распутства! Мы тут, все, дамы благородные… к столь вызывающему и гадкому зрелищу, да еще и поданному столь бесстыдно — не приучены. Это оскорбляет нас и наносит непоправимую морально-психологическую травму. Я, пожалуй, пожалуюсь на весь ваш Содом с Гоморрой, Ее Величеству и Его Высочеству!
— Готов понести любое наказание за то, что посмел, хоть и не зная об этом, оскорбить леди! — пылко возразил паскудник и, отодрав от себя ошалевших от такой наглости, дам… плюхнулся передо мной на колени.
"Ах, ты ж… твареныш..!" — совсем взбеленилась я, но вслух сказала совсем другое:
— Падать на колени, вы обязаны перед Ее Величеством. Мне на вас — все равно… простите за мой французский! Я лишь требую вести себя пристойно! У меня за стеной — четверо младенцев! Что касается вашего первого вопроса, то поясняю… у меня есть питомцы и им надо исполнять свои естественные надобности… желательно — перед кормлением. А посему — я иду на улицу!
И, гордо задрав нос, вышла за дверь, сопровождаемая довольными собаками, ошеломленными взглядами гвардейцев и несчастненьким
— Квента…
"А вот это ему за Конти!" — злорадствовала я.
Но… рано радовалась!
Дверь за моей спиной, снова открылась.
— Леди, несмотря на то, что я не достоин дышать с вами одним воздухом, я обязан вас охранять. Как бы не было неприятно для вас мое общество! — сообщил поганец, направляясь ко мне, во главе тройки невозмутимых гвардейцев.
— Ах, охранять… А лиц женского пола вы ТАМ оставили? — начала стервенеть я.
— Никак нет, леди! Они уже ушли… — и глаза такие честные-честные…
— А если я сейчас вернусь и проверю?
— Их там нет! — не сдавался Квент.
— Они испарились? Я, вероятно, плохо их рассмотрела… Они впитались в стены? Или ушли потайным ходом? А вам разрешали водит по секретным объектам подобный контингент?!
— Их повел корнет. И у всех женщин на глазах — заклятие Тьмы. Оно рассеется через полчаса…
— Ну да, ку да… заклятие… потайные ходы… Интересно, ваш командир в курсе вашего самоуправства?
— Я сам себе командир. Выше меня только начальник гарнизона, охраняющего этот дворец. Но полномочий у меня больше, чем у него. — не удержался от того чтобы не прихвастнуть сластолюбивый негодяй.
— Больше полномочий? — хмуро зыркнула я. Поганец ослепительно улыбнулся, сверкнув белоснежными зубными из зарослей бородищи,