Приказываю жить. Смерть (СИ)
Глаза Брэна перешедшие с Вильгельма на меня тут же подернулись странной дымкой…
— Да… Только Тори сможет это сделать. И дать нам всем продолжение в детях… Ты же не будешь так жестока? Ты подаришь нам с Алехом детей?
Ну, вот что бы вы ответили на эту мольбу? Отказали? Не верю! Вот и я не смогла.
— Я подарю вам детей. Только не торопите меня, пожалуйста!
Брэн, лучезарно улыбаясь, буквально съел меня, ставшим плотоядным взглядом.
— А вот и ваш дом, — отвлек нас от неловкого момента Вильгельм.
Оказывается, за разговором, я и не заметила как мы пришли. И сейчас стояли перед невысоким забором, за которым возвышался двухэтажный кирпичный дом, увитый ползучими растениями, усыпанными алыми и белыми, сладко и нежно пахнущими цветами.
— Стойте. Сначала надо там внутри все проверить на остаточное проклятие! — сразу стал собранным и деловитым магистр.
— Александр сюда даже не заходил. — пожал плечами Слава.
— А ты, после магического поединка заходил? — цепко осматривая дом и прилегающую к нему лужайку, поинтересовался Алех.
— Да. Дня три жил. А потом уехал в гарнизон…
— Умирать. — припечатал Брэн. — Ясно. Вы ждете на лавочке. Мы осматриваем дом. Тори, не пускай фамильяров даже за забор, пока мы все не осмотрим.
— Хорошо. — послушно ответила я, и приказав собакам лежать возле скамейки, на которой расположились мы вчетвером, уселась сама.
А магистр с Темным скользнули внутрь ограды, почти сразу ослепив нас вспышкой черного огня.
Мы подпрыгнули от неожиданности.
— Вячеслав, а помнится, ты говорил что ничего плохого в доме нет? — блеснул залихвастской улыбкой Брэн, — А тут, даже войти не успели… И какое интересное плетение использовали!
Но затем, дурашливое настроение ушло с лица магистра, и он плавно двинулся к дому. Алех двигался параллельным маршрутом.
Мы же, после пятой вспышки, перестали дергаться и подпрыгивать. Просто смирно сидели и ждали, пока группа зачистки позволит вселиться в дом.
На улицах города, тем временем становилось оживленно. Прохожие торопились… Кто на работу, кто на рынок, кто по хозяйственным делам. Многие здоровались с Главой. Церемонно раскланивались с супругами, а сами, тем временем, поедали меня глазами. Причем и мужчины, и женщины.
Даа… Наша семья вызывает острое любопытство.
У одного из ухоженных домов появилась стайка нарядных девушек. Некоторое время они стояли, шушукаясь и пересмеиваясь друг с другом. А потом, вдруг, перепорхнули к нам.
— Благословенного дня, Глава Вильгельм, — обратилась к Вилю самая бойкая из них.
Брюнетка, с волосами, заплетенными в косу. Одетая в бордовое платье, очень похожее на русский сарафан, насыщенно бордового цвета. Очень эффектно оттененный кипенно-белой нижней кофтой.
— Благословенного… — задумчиво глядя на наш дом ответил Глава.
— Вы нам представите новых соседей? Отец никогда ничего не рассказывает. А нам же интересно. Слухом земля полнится. Такие воины будут жить по-соседству… — кося очаровательными глазками ка моих мужей продолжала распинаться девица.
Договорить ей не дал утробный рык Дархана. Сам алабай, потягиваясь и зевая во всю свою немаленькую пасть, вышел вперед и картинно разлегся между нами и девушками. Клай солидарно скользнул к нему.
— Да, в самом деле. — поддержала я, — Представьте нас этим милым детям. Чтобы они раз и навсегда зарубили себе на носу очень важную для их здоровья и жизни вещь. Никогда не пытаться заигрывать с чужими мужьями. Особенно, когда у их беременной супруги есть Спутники. — эээ!.. тпру!..стоп!.. что-то я вызверилась, не на шутку.
Девы шокированно хлопали ресницами. Глава усмехался. Хелл задумчиво рассматривал девичью стайку, но его взгляд не сулил ничего хорошего. А Слава просто сильнее прижал меня к себе.
— Лея Виктория. Эта девушка — внучка Председателя Совета и дочь Главы клана красных волков Валтара с подружками. — спокойно представил нас Вильгельм. — Вальти, я уже говорил тебе о том, что нельзя беспокоить никого из Выбранных нашего клана. И особенно семьи Виктории и Евгении. Больше предупреждать не буду. А просто полюбуюсь на то, что с вами сделает Темный и магистр.
— Ооо… И что же они с нами могут сделать? Отшлепать..? — накручивая на пальчик непослушный локон поинтересовалась Валтара, бомбардируя Славу жаркими взглядами. К которым младший супруг остался совершенно равнодушен.
— Жаль, что еще два года ты не сможешь владеть магией. Иначе уже бежала бы в страхе к своей бестолковой матушке, узрев Венец, венчающий голову нашей леи. — проворчал Вильгельм. — Один из спутников леи Виктории — Бездушный.
Несколько девушек охнули и торопливо пробормотав что-то вроде "нам срочно надо домой", умчались, не оглядываясь.
Валтара же, и три ее наперстницы настырно остались на месте.
Глава горестно вздохнул, видимо собираясь и дальше проводить разъяснительную работу, как из дома раздался оглушительный визг, переходящий в ультразвук. Глухо бабахнуло несколько раз. С хрустальным звоном рассыпалось сотнями сверкающих осколков окно на втором этаже. Другое окно вылетело, выбитое вместе с рамой. Оттуда повалил густой фиолетовый дым. Почему-то запахло халвой и сладким дымом. Потом по земле прокатилась волна дрожи и… все затихло.
Через некоторое время входная дверь распахнулась, выпуская почему-то весьма довольных магистра и Темного.
Впрочем, усмешка мгновенно исчезла с лица Брэна. И он двинулся к нам с грацией голодной акулы, не сводя с Валтары леденящего взгляда разом помертвевших глаз.
— Милая, кто эти девы и почему ты расстроена? Тебе нельзя волноваться. Это плохо скажется на здоровье тебя и детей. Убить этих глупышек я не могу, но вот искалечить и заодно подзарядиться жизненной энергией — не составит труда.
Никто из нас не успел произнести ни слова, как все девушки рухнули наземь, покрываясь на глазах тошнотворными гноящимися язвами.
— Брэн! Что ты натворил?! — психанула я, — Зачем? У нас и так проблем выше бровей! А сейчас начнется война!
— Успокойся, Тори. — Нежно улыбнулся мне сумасшедший магистр, — Войны не будет. Позволь мне самому все объяснить родным этих глупышек. Доверься мне. Я их не убил. Через месяц они потихоньку излечатся…
— … и затаят зло на нашу семью! — бросила я злобно.
— Нет. Кусочек их душ во мне. И любая попытка их, или их кровных родных, приведет к активации серьезного проклятия. Красиво я придумал? — сиял довольный магистр.
— Ты сошел с ума! — устало сообщила я Брэну, — Нас и так мало. А ты спровоцировал гражданскую войну между кланами.
— И снова ты не права, мой свет. — магистр присел на корточки, вложив руку на наши со Славой сплетенные пальцы. — Войны не будет. Но ВСЕ дамы задумаются трижды, прежде чем побеспокоить нашу семью. Скажу больше. ВСЕ мужчины вздохнут свободнее. Потому, что женская половина оборотней и людей порядком…
— … омурлела… — завершила я предложение.
— Хм. Не знаю этого слова, но предполагаю, что оно верно характеризует избалованных, эгоистичных и стервозных дам. Есть среди них, конечно, и достойные женщины. Но их крайне мало.
— Ага. Ты считаешь, что такими методами можно уменьшить количество стерв?
— Я в этом уверен. Хотя бы на половину. Но и это не плохой результат. — магистр пожал плечами. — Что ж. Дом и участок очищены. Идемте вселяться.
— А что там громыхало? — не удержалась я от вопроса.
— "Подарки". - буднично ответил Брэн. — Причем не только от Ведьм. Идемте. Обо всем расскажу позже. Нам с Алехом еще этих идиоток по домам развозить.
Сказано-сделано. Мы вошли в наш (очень на это надеюсь!), милый дом.
Особенно таращится по сторонам мне не дали, сразу препроводив в блок из трех комнат. По словам Хелла, в них они со Славой жили первую неделю по возвращении. Как ни странно, никаких гадостей, ловушек и проклятий на этих комнатах не было. Впрочем, и никаких изысков и излишеств, не было тоже.
В гостиной-кабинете были только деревянный угловой диван без подушек. Огромный письменный стол, обитый темно-зеленой кожей. И массивное кресло одного с ним дизайна, с такой же отделкой. У стены, смежной со спальней — строгий камин в молочных и кофейных тонах. В спальне — тоже камин, симметричный тому, что стоял в гостиной. Только он бежево-серый. И огромная, просто колоссальная кровать. Вернее, ее добротное основание. Без матраса и прочих текстильных излишеств. На этом меблировка заканчивалась. Единственное, что радовало меня в этом царстве спартанского минимализма, так это отсутствие пыли. О чем не преминула заметить. На что Алех ответил столь же лаконично: