Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Очень надеюсь, что наши вояки идут в атаку, не останавливаясь. Иначе остаётся лишь один вариант выпутаться без ущерба для здоровья: могучий окт спасёт безумца, налетевшего на войско южан в одиночку.
Кими права, пока я на таком звере, меня бессмысленно преследовать.
Если у преследователей нет своих октов.
Впереди сквозь пыль промелькнуло движущееся пятно. Миг, и конь вынес меня на границу поражённой зоны. Жизнь переработала траву, дёрн и плодородный слой почвы, и продукты переработки почему-то значительно уступали исходному материалу в объёме. Поэтому образовалась впадина метровой глубины. На её краю стоял одинокий солдат южан, чудом уцелевший тяжёлый пехотинец, судя по доспехам. На меня он смотрел будто на демона, выбирающегося из ада, то есть с неописуемым ужасом. Его до того проняло, что не попытался защититься, до последнего изображал столб.
  
Мне даже опускать меч не пришлось. Окт изящно выпрыгнул из пыльного провала, сбил солдата ударом передних копыт и, не запнувшись, помчался дальше.
Здесь видимость ничто не заслоняло. И если раньше я мог оценивать лишь обстановку на флангах, то теперь, прорвавшись через облако взвеси, убедился, что ситуация по центру прекрасная для нас (и совсем наоборот для врагов). Столь близкий, быстрый и непостижимо-жестокий разгром главных сил скверно повлиял на задние ряды, ни один отряд здесь не устоял. Поблизости наблюдались лишь одиночки и мелкие группы, и все они выглядели так, будто заблудились. И этих «заблудившихся» осталось немного, подавляющее большинство продолжало бежать, огибая с двух сторон устроенную южанами за ночь искусственную возвышенность. Именно с неё запускали те сигнальные ракеты, и там же располагалось командование: аристократы со своими телохранителями.
Сейчас командование в полном или почти полном составе пыталось остановить разбегающиеся остатки центра. Кое-где это начинало получаться, там собирались немногочисленные кучки солдат.
Ну это пока что немногочисленные. Дай врагам немного времени, и если не всех, то многих назад развернут.
Удивительное дело, на меня никто не обращал внимания. Или вообще не ждали столь быстрых активных действий с нашей стороны, или в неразберихе принимали за одного из своих аристократов. В этом мире до стандартизации в военном деле ещё не додумались, одинаковой выделяющейся формой лишь отдельные элитные отряды могли похвастаться. Остальные довольствовались нашивками, гербами и эмблемами, причём благородное сословие частенько ими пренебрегало, из-за чего нередко случались казусы, когда богато разодетых клановых атаковали свои рядовые. Совершивших таковую ошибку, как правило, наказывали жестоко, поэтому простые вояки предпочитали не трогать незнакомых господ, принадлежность которых неясна.
Похоже, затоптанного конём солдата не заметили, или такие поступки у южных аристократов в порядке вещей. Как бы там ни было, неопознанным я здесь надолго не останусь, надо срочно брать от столь благоприятного момента всё возможное. Поэтому я не стал атаковать ближайшую группу растерянных пехотинцев, промчался мимо с высокомерным видом. Никто из них при этом даже не дёрнулся и не попытался окликнуть.
Значит пока что всё нормально, и можно искать цель поинтереснее.
Продолжая всем своим видом демонстрировать высочайшую степень презрения к окружающим, я мчался дальше и дальше. Мой путь лежал к той самой возвышенности из корзин и мешков с землёй, устроенной южанами за ночь. Понимая, что быстро удаляющийся от зоны тотального уничтожения аристократ привлекает внимание, чуть осадил окта, снизив скорость. И, скорчив зверскую рожу, указал ближайшей группке солдат на офицера, собирающего в кучу разбежавшихся бойцов. Дескать, я тут людей куда надо направляю, делами занимаюсь, а не пытаюсь в неразберихе подобраться к вражескому командованию на дистанцию удара.
Я почти половину пути преодолел, после чего резко развернулся. Там, на возвышенности, среди богато разодетых офицеров разглядел пару знакомых физиономий. Уго и Нонд, переговорщики, с которыми общался меньше часа назад. Вряд ли они успели забыть, как я выгляжу. Тем более плащ не полностью скрывает доспех, ещё недавно принадлежавший Нату Меннаю. Так-то приметным его не назовёшь, выглядит как пусть и богатая, но не слишком броская одежда. Однако на поле боя, где все прикрываются грубой кожей и металлом, человек, напяливший на себя что-то хотя бы отчасти похожее на повседневное тряпьё, сильно выделяется.
Ну и про окта забывать не стоит. В элитных конях благородное сословие разбирается, и на столь редком животном я незамеченным не останусь.
Да, ударить по командованию заманчиво, но чересчур рискованно. Новый навык, отобранный у того же Ната Менная, требует несколько секунд на подготовку. И дистанция для него оставляет желать лучшего, поэтому придётся приближаться столь близко, что меня неминуемо опознают. Увы, приготовления к удару не только сильно заметны, а ещё и требуют от меня максимального сосредоточения. Я не смогу при этом ни атаковать, ни отбиваться, ни активировать другие умения. Вряд ли враги будут столь любезны, что не станут меня беспокоить всё это время.
Направил коня к ближайшей группе, которую собирали сразу несколько младших офицеров. При них уже даже горнист с барабанщиком появились. Один что-то трубил, другой то и дело постукивал.
Навык в деле не отработан, а без дела, на простых тренировках, отработан плохо. Мне даже пришлось на миг отключиться от действительности, чтобы начать активацию. Будто небольшая тяжесть легла на плечи — необычная реакция на подготовку. Я при любой магии испытываю ощущения потери, связанные с расходом энергии, но здесь чувство особенное, не с чем сравнивать.
Всего ничего отвлекся, и секунды не прошло, но этого хватило, чтобы пропустить начало изменений обстановки. Большинство вражеских солдат почему-то уставились в одном направлении, прочие воины торопливо разворачивались туда же. И вот уже все как один смотрят в сторону моего войска, что должно скрываться за плотной пылевой завесой.
Повернуться туда я не рискнул, это может сбить подготовку к удару. Вскидывая левую, свободную от оружия руку, я лишь позволил себе покоситься. И разглядел, что пыльная пелена всё же начала редеть, и теперь в ней просматривается движение. Первые шеренги наших воинов вот-вот доберутся до не попавшей под удар местности, местами их уже можно рассмотреть со всеми подробностями.
Руку начало неприятно покалывать, воздух вокруг меня будто стал плотнее и в лёгкие прорывался с трудом. Кончики пальцев прострелило болью, и от них с треском потянулись тонкие ветвящиеся разряды. Расходясь в стороны, они образовали надо мной причудливую фигуру, похожую на зонт, после чего одновременно рванули вверх, где на высоте в десяток с лишним метров свернулись в несколько шумных, ярких и быстро увеличивающихся клубков.
Зрелище очень заметное и далеко не беззвучное. Многие солдаты и офицеры начали поворачиваться на меня, отвлекаясь от, безусловно, в высшей степени интересной картины приближения сборного войска Мудавии. Тут даже слабо разбирающиеся в магии люди знают, что лишь очень немногие высокоразвитые аристократы способны ею бить с больших дистанций. И раз кто-то подготавливает навык здесь, он, скорее всего, и врежет куда-то поблизости. То есть по ним, или по их товарищам.
  
Но подготовка не такая уж и долгая, рядом находятся лишь обычные солдаты и младшие офицеры, возможностей у них немного, времени, чтобы отреагировать, не осталось.
Сияющие клубки, что выдавали меня издали, оглушительно затрещали-загрохотали, обрушивая на вражеское столпотворение множество молний. Я вмиг оглох и не ослеп лишь потому что прикрыл глаза. Даже сквозь веки сверкало очень и очень ярко, но не настолько, чтобы временно вывести глаза из строя.
Хорошо, что до этого испытания проводил и знал, к чему следует готовиться. Но на будущее надо поискать способ снижения нагрузки на органы чувств.