Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

«Картограф» у меня заработал, стоило оказаться на постаменте. Не сказать, что показывал все идеально, но разобраться можно.
Поэтому я поспешил обнадежить спутницу:
— За это не переживай, я уже понял, где мы и где выходы.
— И сколько до ближайшего?
— Пара тысяч шагов, если по прямой.
— А что, разве получится по прямой пройти?
— Сомневаюсь, — честно признался я.
— Значит, смысла бежать нет.
  
— Да, Кими, смысла нет. Но тут все быстро меняется. Может, туман остановится, может, вообще разойдется. Он здесь не навечно.
— Я так тебе и говорила.
— Да я тоже всякое знаю. Много про Лабиринт читал. Да и наслушался в последние дни. Такие туманные периоды бывают. В Амфитеатре очень редко, почти уникальный случай, но тоже случается. Не исключено, что виноват этот эксперимент с сотней школьников, запущенных в одно время. Лабиринт мог отреагировать непредсказуемо.
— А в тех случаях как долго туман держался у выходов? — заинтересовалась Кими.
Я пожал плечами:
— Точно не скажу, но вроде бы речь шла о коротком сроке. День, может, два. Это максимум. Вряд ли больше, про такое бы написали или рассказали об этом. Вряд ли мы одни так встряли, но на быструю помощь тоже не рассчитывай. Я сомневаюсь, что за нами вообще кого-то пошлют. Сюда ведь попасть — это лотерея, да и у Лабиринта лимиты по заходам. Придется ждать.
— Чак, нам не продержаться здесь целый день. Посмотри, туман начал подниматься быстрее.
— Тебе не показалось? — напрягся я.
— Вроде бы нет. Говорю же, сам проверь.
— Да я уже проверяю. У меня на мраморе три отметки, по ним смотрю.
Мы вновь замолчали, тревожно наблюдая за поведением туманной поверхности. И с каждой минутой я все больше и больше убеждался, что Кими не ошиблась.
Туман действительно ускорился.
И что делать, если он не остановится?
Что?..
— Ты и правда за мной следишь? — неожиданно спросила девушка.
Я чуть не подпрыгнул:
— Да с чего ты это взяла?!
— Все время как-то не к месту рядом оказываешься. Тогда, в первый день, ты там один у ворот был. Больше никого из учеников не видела.
— И что тут такого? Просто пришел пораньше. Мне в столице не у кого остановиться, так чего тянуть. И вообще, я издалека пришел, ранним утром. И торопился в школу попасть.
— Как-то ты невпопад все это говоришь. Будто оправдываешься.
— Не будто, оправдываюсь. Ну а что мне, молчать в ответ на такое?
— Ну ладно, пусть так. А тогда, под землей? Возле кукол?
— Ты про безногих? Да я знать не знал, что кого-то встречу. Думал, ночью там никого не будет.
— Но зачем ты вообще туда спустился?
— Да так… кое-что проверить хотел.
— Что там можно проверять?
— Послушай, Кими. Не сочти за грубость, но я ведь не спрашиваю, чем ты там занималась. У тебя свои дела, у меня свои. Мы случайно пересеклись.
— Неправдоподобно, — упрямо заявила девушка.
— Но все было именно так.
— Ну ладно, допустим, ты не врешь. А тогда, перед выходом в город? Зачем подошел ко мне?
Я вздохнул:
— Хаос побери, да я не к тебе шел, а к воротам. Ты просто стояла в кустах на пути к ним, вот и столкнулись. Знал бы, десятой дорогой те заросли обошел. Нет, это я сейчас пошутил, ты не подумай, что я тебя избегал. К тому сказал, что, если стоишь в кустах на моей дороге, это не означает, что я за тобой слежу. Во всех случаях это такие же ненамеренные пересечения. Кроме одного раза, когда я к тебе целенаправленно примчался.
— Ну вот, было же! — торжествующе заявила Кими.
— Никаких «ну вот», — возразил я. — Это тоже не слежка, это случилось в тот вечер, когда я примчался тебя спасать. Тебе подробности рассказали? По глазам вижу, что нет. Когда я возвращался из города в школу, меня остановили безликие. Сказали, что моя копия вот-вот тебя убьет, а я, мол, должен подождать. Вот я и побежал тебя искать.
Кими поморщилась:
— Это так неправдоподобно, что даже не смешно.
— Придется поверить.
— Ага-ага, верю. И безликие тебя, конечно, отпустили и вслед помахали ручками. Ну да, два раза верю.
— И как бы они меня задержали, если все умерли?
— Все? Умерли? И сколько же их было, Чак? — насмешливо уточнила Кими.
— Пятеро. Ты разве не видела тогда, что я весь в крови примчался? Это их кровь.
— Чак, ты такой фантазер. Пять безликих — это пять безликих. Ты бы три шага не прошел, останови они тебя.
— Мне надо было дойти, и я дошел, — стоял я на своем. — Вспомни этих элементалей. Тебя они удерживали и почти порвали, а я с ними быстро разобрался.
— Хочешь сказать, что ты великий герой?
— Я лишь намекнул, что кое-что умею. Вот и представь, что с теми безликими тоже разобрался. Хотя зачем я что-то доказываю? Не хочешь, не верь, но все так и было. То был единственный случай, когда я специально к тебе прорывался. Я должен был это сделать.
— Откуда у тебя такие долги, Чак?
И я неожиданно для себя ответил честно и без уловок:
— Семейная обязанность. Я не имел права стоять и ждать, пока тебя убивают.
Сказал и почувствовал неимоверное облегчение.
Да, развитие такого разговора, возможно, добавит мне проблем. Но у меня их уже и без того столько, что несколькими больше или меньше — разницы не замечу.
А вот высказаться впервые за два с лишним года — это, оказывается, и приятно, и сил прибавляет, и мозги прочищает. Не зря язык помимо воли заработал, он понял, что мне сейчас надо.
Кими нахмурилась:
— Я вообще перестала тебя понимать. Обязанность? В смысле — семейный долг? Но ты не из моей семьи.
— А я и не говорил, что из твоей. Семейный долг разный бывает.
Нахмурившись еще сильнее, Кими протянула:
— Если ты не скажешь сейчас, кто ты такой, я разозлюсь. Я врагом твоим стану.
— А может, до конца года подождешь, когда это и так станет известно? — невесело усмехнулся я.
— Нет, не подожду. Говори, — напряженно протянула девушка, демонстративно положив ладонь на рукоять меча.
— Драться со мной прямо здесь собираешься? — поинтересовался я.
— Если не ответишь, да, прямо здесь.
— Ну ладно, уговорила. Признаю, на самом деле я не Чак.
— А ты думал, я это не знаю? Не тяни время.
— Меня зовут Гедар Хавир. Можно просто Гедар или Гед.
— И?
— Что за «и», Кими? Ты спросила, я ответил. Что тебе еще надо?
— Я не услышала, из какой ты семьи.
— Если для тебя это важно, ты уже знаешь ответ. Просто признаться самой себе в этом не хочешь.
— Кроу, — без эмоций констатировала Кими.
— Верно, я Гедар Хавир из клана Кроу. Не стану просить прощения, что не признался тебе в этом раньше. Правила школы запрещают, да и пообщаться нам было сложно. Но я честно позаботился о тебе в том случае, с безликими. Я до этого не знал, кто ты, они назвали твое имя. Мне пришлось их убить. Семья Кри четыре века назад признала старшинство Кроу. Мой долг защищать тебя.
— Гедар, я тебя сейчас убью! — прошипела Кими.
— Это как-то не по-семейному, — осторожно высказался я, осознав, что девушка действительно не на шутку зла.
— Зато по-справедливому! — так же шипя, продолжила Кими. — Я вспомнила, кто ты. Ты сын Трейи Хавир. Проклятой Трейи. Если бы не твоя мать… если бы… если…
Девушку начала сотрясать нервная дрожь, она не могла подобрать слова.
Но я понял, о чем речь, и осторожно сказал:
— Да, моя мать наделала ошибок. Но с ней или без нее, какая разница? Ни у Кроу, ни у Кри не было будущего. Мы проиграли, у нас не осталось сил, чтобы удержаться.
— Мы… мы до последнего были с вами… — кое-как выдавила Кими.
Язык ее едва слушался, она одновременно пыталась не зарыдать и не зарычать от злости.
Ну да, несложно понять, в какой обстановке ей пришлось расти. Семья вымирала на глазах, надежды не оставалось, печальный финал неизбежен и близок. Ну и кого в этом винить, если не Кроу? У рабочего виноват начальник, у солдата командир.