Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)
— Паксус! — чуть не взревел Ашшот. — Хаос! Больно-то как! Мне надо переодеться. Как-то прикрыть, а то… Халат! Мне нужен халат! Да где же он…
Договорить здоровяк не успел: дверь распахнулась, на пороге появился все тот же слуга.
Ашшот, увидев его, попытался выместить скопившееся зло на простолюдине:
— Где тебя столько носило, бездельник?! И где мои ботинки?!
Слуга отошел на шаг в сторону, не обратив на Ашшота ни малейшего внимания и полностью игнорируя его вопросы.
Следом появился еще один человек. Мужчина, на вид средних лет, но это неточно. У мастеров внешность обманчива, он может оказаться куда старше, чем обычный простолюдин-долгожитель.
Да-да, это не бесправный слуга, а мастер пожаловал. Ну или самозванец, присвоивший цвета здешних мастеров.
Но это вряд ли.
Вид у мастера суров. Голова выбрита до синевы, лицо такое же идеально чистое с характерным стервозным выражением, выдающим не самый добросердечный характер. Телосложение не сказать, что богатырское, зато высок и жилист. Готов поспорить, что это прекрасный боец. По всему заметно.
— Встать! — рявкнул мастер голосом человека, привыкшего к беспрекословному подчинению.
Все, кроме Ашшота, вскочили. Ему это не надо, он как стоял, так и остался стоять, только выпрямился в струну. Перед этим держался чуть преломившись в пояснице и согнув расставленные ноги. Выглядело это так, будто от гаравры у него здоровенный раскаленный камень в штанах образовался. Явные неудобства испытывал.
Бритоголовый, пройдясь по нам немигающим презрительно острым взглядом, представился:
— Я мастер Хог, и я отвечаю за всех учеников в этом корпусе. И моя ответственность — это не вытирание ваших соплей. Все гораздо хуже. Для вас хуже. Я, если сопли увижу, назад их затолкаю. Вместе с носом. Все поняли? Молчите, я знаю, что ничего вы не поняли, это был риторический вопрос. Но поймете быстро, уж это я вам гарантирую. Сам научу, а если не я, тогда мой брат, уважаемый мастер Бьег, прекрасно с этим справится. Ты, — мастер ткнул пальцем в здоровяка, — Ашшот?! Так ты себя назвал?!
— Да, здесь меня можете называть так, — степенно заявил сосед, изо всех сил пытаясь вернуть себе прежнее высокомерие.
— Ну спасибо, что разрешил, — делано поблагодарил мастер и вкрадчиво поинтересовался: — И что это у тебя в штанах происходит, Ашшот?
— Ну… это… мастер Хог, это… ну… оно… оно как бы это… ну… получилось так… — Здоровяк, растерявшись от нескромного вопроса, резко сдал позиции, начал лепетать, будто нашкодивший ребенок.
— Да я прекрасно вижу, что у тебя получилось, не надо мне объяснять очевидное. Я спрашивал о причине такой бурной реакции. Ты это мне так обрадовался, что ли?
— Нет, мастер Хог! Нет! Что вы! Это просто… это… Мастер, вы неправильно подумали, я не…
— А что, по-твоему, можно подумать, глядя на это непотребство? — перебил здоровяка Хог. — Мой милый мальчик, ты оглянись, посмотри вокруг. Глазами посмотри. Что ты сейчас видишь? Есть ли в твоем поле зрения хотя бы одна барышня? Нет? Вот и я не вижу ни одной. Да откуда им взяться, ведь им запрещено в ваши корпуса заходить. Тогда как это понимать? У тебя такая бурная радость при виде твоих соседей проявляется, что ли? Раз уж мне ты не рад, получается именно так. Радостные эмоции — это хорошо, но они не всегда приветствуются. Скажу тебе, Ашшот, что у нас здесь так радоваться не принято. Школа — это прежде всего правильная строгость. Строгость в мыслях, строгость в словах, строгость в поступках. Если кто-то попадется хотя бы на намеке на игры со своим неугомонным стручком… Нет, не надо, даже я не хочу рассказывать, что с ним произойдет. Не хочу, чтобы вы тут все обделались в первый же день, у нас и без ваших загаженных штанов вони хватает. Просто запомните хорошенько: куда бы вы свои стручки ни пристроили, они очень сильно пострадают. Ты, — палец указал на Тсаса, — говорят, ты в этом клоповнике самый умный. Это так?
— Я?! — изумился Тсас и срывающимся от волнения голосом продолжил: — Ну… не знаю. Нет, наверное.
— Нет? Так ты что, дураком себя признаешь? Так получается? Хорошо, я понял, буду знать. И благодарю за то, что не стал скрывать свой недостаток. В честь такой откровенности я даже не стану напоминать, что ко мне следует обращаться «мастер Хог». Смысла нет, дурак такое не запомнит. А ты чего заулыбался? — снова вопрос Ашшоту. — Я что, сказал что-то смешное или действительно так тебе нравлюсь, что ты в восторге от звуков моего милого голоса? Так вот, должен тебе сказать, что я всяких тупоголовых навидался, но ты, похоже, претендуешь на уникальность. Не знаю, для чего тебе уши приделаны, но рискну предположить, что при всей твоей никчемности звуки они улавливать способны. Также у тебя глаза присутствуют, а это означает, что ты и картинку в состоянии разглядеть. То есть получается, по пути к корпусу ты мог слышать полезные советы или читать их на табличках возле личной доски. Было такое?
— Ну… ну это… ну да, что-то такое припоминаю, мастер Хог.
— Значит, у тебя и память имеется? В таком случае надо быть слепоглухонемым, чтобы не уяснить самое простое наше правило: абсолютно все ученики заботятся о себе самостоятельно. Мы вас лишь кормим, обстирываем, заботимся о чистоте в ваших клоповниках и пытаемся чему-то научить, а вот подшивать рваное тряпье, зады подтирать и все прочее — это не наше дело. Так ты слепоглухонемой или об этом знал?
— Мастер Хог, я все знал, но…
— Заткнись, — грубо перебили здоровяка. — Лучше объясни мне, почему ты вот этого уважаемого человека нагрузил своими тупыми проблемами?
Хог указал на невозмутимо стоявшего слугу.
Ашшот, уставившись на него недобро, недовольно буркнул:
— Так это, получается, просто слуга, а слуга работать должен. Зачем же еще нужны слуги?
Хог кивнул:
— Да, я был прав, мозгов у тебя серьезная нехватка, поэтому ты еще не осознал глубины той бездны, в которую попал. Но ничего, я быстро это объясню. Я и не таким тугодумам объяснял, и у меня еще ни один не оставался непонятливым. Ступай за мной, — и, развернувшись к двери, на ходу бросил: — С Ашшотом я разберусь особо, а всем оставшимся по минус баллу. За то, что сами не объяснили своему соседу элементарные правила поведения. Вы не просто в одной комнате живете, думайте над этим. И да, не рассчитывайте, что на этом все. У нас нельзя расслабляться. Очень скоро вас ожидают незабываемые впечатления.
— Мм… мастер Хог, а можно я сначала переоденусь, а потом…
— Никаких потом, Ашшот. Иди за мной и не отставай.
Хог вышел вместе со здоровяком, передвигавшимся походкой покалеченного краба, а за ними выскользнул слуга, который, оказывается, не полноценный слуга.
Дождавшись, когда процессия удалится по коридору, Паксус насмешливо произнес:
— Ашшотик попал. Конкретно попал.
— Так и нам по баллу сняли из-за его ошибки, — вздохнул Тсас.
— Да не ной, один — это ни о чем, — отмахнулся Паксус. — Главное, что мы уже в школе. Даже если выгонят по баллам, моим предкам этого хватит, чтобы до конца жизни всем хвастаться.
— А моим нет, — снова вздохнул Тсас.
О моих родителях говорить не приходится, но баллы терять нежелательно. Я еще не знаю все нюансы здешней системы обучения, но не сомневаюсь, что низкие позиции категорически противопоказаны.
С них мне не добраться до вершины, которую я обязан покорить.
Точнее, до одной из вершин моего великого плана.
⠀⠀
Глава 5
♦
Ровно в полночь
Ашшот вернулся спустя несколько часов. Здоровяк выглядел вдвое злее обычного и скрывать причины ухудшения настроения не стал. Он рвал и метал, рассказывая, что почти все это время драил на кухне огромный закопченный котел. Работа унизительная не только для благородного, но и для любого мало-мальски зажиточного свободного. Но попытки донести до Хога эти рассуждения успехами не увенчались. Строгий и грубоватый мастер легко поставил ученика на место, да еще и пару лишних баллов снял, дабы впредь подобные меры обучения школьным порядкам принимал с молчаливой покорностью.