Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)
Уходя от меча, я вновь завалился, дабы попытаться повторить тот же перекат, успев за это время подобрать связку навыков, которую следует применить. И плевать на интуицию, с ней сегодня явно что-то не то.
Падая, я ухитрился взмахнуть косой еще раз. На успех не рассчитывал, просто чтобы не оставлять врагу полную свободу действий.
Вместо удара в пустоту или (что невероятно) попадания по мягкой плоти, коса столкнулась с чем-то жестким. Столкнулась на миг, с треском и потерей веса. Вскочив, я обнаружил в руке наискось отсеченный обломок. Мелькнула мысль, что такой можно использовать как копье. Хотя какой от него толк против серьезного бойца, у которого родная кожа по прочности может не уступать иной кольчуге?
Но противник вместо того, чтобы позволить мне проверить на нем такую возможность, повел себя неожиданно. Он, оказывается, уже не гнался за мной. Наоборот, отступил на шаг и, вновь перехватив ножны, неспешно возвращал в них меч. Причем проделывал это с таким видом, будто только что завершил учебный поединок, после которого полагается расслабиться и отправиться восвояси.
Связка навыков не вырвалась. Как-то даже неудобно становиться в жесткую защиту и пытаться устроить пакость, когда тебе ничего плохого не делают. И вообще, я, глядя на спокойное поведение человека в черном, даже без интуиции начал догадываться, что трогать его не стоит. Не знаю почему, но вот-вот это пойму окончательно, дайте только за мысль покрепче ухватиться.
Хвататься не пришлось. Противник, перебросив ножны за спину, так же неспешно стащил с лица маску.
— Добрый вечер, учитель, — в ошеломлении брякнул я первое, что подвернулось на язык.
Тот, ничего не ответив, поднес палец ко рту, призывая к тишине, затем развернулся, махнув рукой. Недвусмысленное приглашение следовать за ним.
Пришлось подчиниться.
Мы обошли главное здание по узкому проходу. Выбрались к углу изгороди, через которую мастер Тао перескочил столь непринужденно, будто это самый низкий бордюр, а не преграда в полтора раза выше его роста.
Дальше продвигались по каким-то колючим кустам, потом миновали заросшее сорняками поле, после чего вышли наконец к знакомым местам. Здесь огибала россыпь валунов та самая дорога, которая привела нас к деревне.
Мастер наконец заговорил:
— Ты сложный человек, Ли. Непонятный. Я не могу тебе верить. Следовательно, нельзя быть уверенным в том, что ты не нарушаешь мои запреты. Мне пришлось проверить тебя. Я вел бой так, чтобы спровоцировать на применение навыков. Но ты не стал к ним прибегать. Это хорошая новость, это значит, что ты, возможно, все делаешь так, как полагается.
— Я был в секунде от того, чтобы начать навыками разбрасываться, — нехотя признался я.
Все еще не отошел от непростого боя — что на ум приходит, тотчас на язык сваливается.
— Да, Ли, ты дошел до той грани, за которой запретов нет. Я тебя понимаю.
— Учитель. Люди, которых я наказал… Что они теперь подумают? На меня кто-то напал, потом мы исчезли. Это и другие видели.
— Совершенно не важно, кто и что видел. Уже к утру все эти люди будут рассказывать страшные сказки о том, как были наказаны те, кто хотел причинить зло мне и моей семье. Будет много лжи, перемешанной с правдой. Получится история, далекая от реальности. Крестьяне необразованны, и потому склонны верить в любые небылицы. Чем меньше они понимают, тем им страшнее становится и тем меньше им требуется правда.
— Хороший способ обезопасить свой дом, — кивнул я.
Мы сошли с дороги, приблизились к тройке огромных валунов, из-под которых вытекал крохотный ручеек.
Присев на низкую скамейку, устроенную на его бережке, мастер Тао любезно произнес:
— Располагайся. Только сначала вытащи из-под того камня мешок с припасами. Тебе не помешает перекусить.
— Ночью? — удивился я.
Есть действительно хотелось, но до сих пор Тао был строг во всем, что касалось режима питания. После заката мне ни крошки не дозволялось.
— Этой ночью можно, — заявил мастер.
Он был настолько любезен, что даже самолично налил какого-то травяного напитка, пока я уплетал сыр с ореховым хлебом.
А дальше еще один запрет нарушил. Ведь раньше за едой мы ни словом ни обменивались.
— Ли, я теперь знаю точно, что с тобой не так. Ты на вид не особенный, а вот на деле — да. У тебя непомерно большие наполнения атрибутов. Не могу даже представить, сколько это, но явно много. Очень много. Не понимаю, как ты этого добился на такой ступени, однако точно могу сказать, что используешь ты это преимущество бестолково. Это как дать простому землепашцу дорогую алебарду и приказать срубить ею крепкое дерево. В лучшем случае обойдется без повреждения лезвия, но даже так процесс будет смотреться жалко.
Я не стал отнекиваться, понимая, что это не подозрение высказано, а уверенность:
— Да, учитель, у меня высокие наполнения. И атрибутов больше, чем вы видите. У меня есть причины скрывать ПОРЯДОК. И как раз с вашей помощью я и планировал избавиться от бестолковости. Как уже говорил, готов заплатить за это сколько угодно. Но вы так ничего и не ответили.
В который раз проигнорировав уже более чем прямой намек, мастер заговорил о другом:
— То, как ты это скрываешь… Я не знаю подробности и не могу об этом спрашивать. Это твоя тайна. Но должен сказать, что с самого начала подозревал нечто подобное. Это слишком очевидно. Если хочешь скрываться по-настоящему, придется научиться прятать не только высокие показатели, но и возможности, которые они тебе предоставляют.
— Если сможете научить, я буду счастлив.
Тао покачал головой:
— Боюсь, это не ко мне. Хотя я, возможно, порекомендую тебе человека, который, скорее всего, сумеет с этим что-то сделать. Если ты, разумеется, ему доверишься. А довериться придется, иначе ничего не получится.
— Что за человек? — заинтересовался я.
— Пока что не могу тебе ничего ответить определенно. Я еще не принял решение. Могу лишь сказать, что этому человеку я доверяю полностью. Он уникальный специалист по подобным вопросам. В свое время мог получить великое богатство ценой моей жизни. Достаточно было сказать несколько слов, и всё. Но он их не произнес. Их из него даже под пытками невозможно вырвать. Он особенный. И он знает многое. Даже то, что никто не знает. В том числе, возможно, сумеет что-нибудь и тебе подсказать. Интересно?
— Да, — закивал я, не очень-то надеясь, что мне кто-то способен помочь.
Считаю свой случай уникальным, со всеми вытекающими последствиями. Однако не исключено, что в расплывчато-неопределенном предложении мастера что-то есть. У меня ведь не просто цифры странные, у меня и непонятные проблемы имеются. Например, я до сих пор не выяснил, что за беда с навыками. Разрабатываются с превеликим трудом, с муками, истощая меня в ноль при любой попытке добиться прогресса. Поднять их даже чуть-чуть — каторжный труд. Это похоже на то, как я страдал в последние месяцы на нулевой ступени. Ничего не получалось развить, несмотря на все старания. Открывать новые больше не рискую. Это или не сработает, или отправит меня на день-другой в бессознательное состояние. А то и похуже последствия заработаю. С того самого случая на необитаемом острове все пошло наперекосяк. А ведь места под умения теперь видимо-невидимо, и лимиты задраны чуть ли не в космос, все должно взлетать с легкостью.
Но не взлетает.
Хоть бери да в Первохрам возвращайся, к источнику Росы. Там с этим проблем не наблюдалось.
С минуту сидели тихо, если не считать звука работы моих челюстей. Есть действительно хотелось немилосердно. Молодой организм, многовато нагрузок, а кормили сегодня не очень. Вечером вообще, кроме тумаков, ничего не обломилось.
— У меня тоже есть тайна… — произнес наконец мастер. — Тайна, за которую можно потерять все. Включая жизнь. Возможно, теперь, начав что-то понимать, я смогу тебе довериться. Ведь ты не просто так скрываешь свою тайну, есть важные причины, не так ли?
— Угу, — кивнул я, жуя. — Учитель, что бы вы мне ни сказали, дальше меня это не уйдет. Не сомневайтесь.