Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)
Господин Кучо — один из главных людей в этих краях. Какое бы преступление он ни совершил, даже Эш не сможет вынести ему смертный приговор. Такие вопросы решаются далеко на юге высшими чинами гильдии.
Запекшиеся губы дрогнули, с них сорвался едва слышимый стон.
Интуиция: вам надо оказаться как можно дальше от этого места.
А вот это дельный совет.
С ним не поспоришь.
Что-то или кто-то блокирует мой навык сумеречного зрения. Очень может быть, что специально создаются трудности на пути тех, кто пытается пробраться в центр поселка. И казнь казначея — это тоже в голове не укладывается. Соваться к Эшу при таких делах как минимум глупо.
Но что делать?
Что?!
Ответить сам себе на этот вопрос я не успел. Мрак, который почти непроглядной тучей необъяснимо сгущался вокруг места казни бедолаги Кучо, начал стремительно рассеиваться. Только что ничего и никого не было, и вот уже справа краем зрения я вижу нескольких человек, причем двое из них держат в руках горящие факелы.
— Держите его! Хватайте! — торжествующе-злорадно прокричали уже не справа, а слева.
Голос этот я узнал. Да и окажись он незнакомым, какая разница? Не знаю, в какую историю я влип, но понятно, что отсюда надо сваливать.
Вот только куда? Во мраке, похоже, маскировалась целая орава. И попадать к ним не хочется.
Пришлось сделать единственное, что мне оставалось. Помчался назад, на крыльцо, с которого перед этим опрометчиво спустился. Ухватился за массивную деревянную ручку, потянул дверь на себя, уже прикидывая, что стану делать, если и в обиталище Эша окажутся недружелюбно настроенные личности.
С таким же успехом я мог потянуть за ветвь старой секвойи.
Дверь даже не дрогнула, а за спиной по доскам крыльца загрохотали шаги преследователей.
Отступать некуда — я сам себя загнал в тупик.
⠀⠀
Глава 28
♦
Новые порядки
Без изменений
В последний момент успев чуть сместить голову, я дернулся от очередного жесточайшего удара. Но пришелся он не в глаз, как рассчитывал криворукий мучитель, а в многострадальную бровь. Кровь, которую уже раз пятнадцать останавливал дозированными применениями «целительства», вновь хлынула потоком, заливая и без того полностью изгвазданное лицо.
В раскрытой двери показался мужчина в кожаных доспехах. Почти дочерна загоревшее лицо, зеленые глаза, высокие скулы и прочее — многое выдавало в нем человека, недавно заявившегося с юга. Здесь, на Черноводке, не так много солнечных дней, чтобы довести кожу до такого состояния, не говоря уже об остальном. В одной руке он держал масляную лампу, в другой кусок пирога, от которого, судя по интенсивному движению нижней челюсти и раздутым щекам, только что отхватил изрядный кусок.
Нормальный человек, увидев, что в какой-то кладовке связанного по рукам и ногам подростка зверски избивает парень старше его года на три-четыре, если не больше, мог отреагировать очень агрессивно. А этот лишь проглотил прожеванное и равнодушно осведомился:
— Рурмис, ты за что пацана так ласкаешь?
— Да я еще даже не начал. Этот щенок у меня за все ответит.
Чудны выверты чужой логики или наглядный пример того, что многим людям свойственно сильнее всего ненавидеть тех, кому они гадостей понаделали.
Рурмису я ничем не насолил. Даже более того, помог однажды материально, подкинув несложную работу, которую достойно оплатил. Да за такой заказ любой порядочный житель фактории был бы мне благодарен.
Хотя, если подумать, у него есть причины меня не любить.
Ведь я своими успехами на ниве добычи кайт и панцирников подложил свинью местным рыбакам, в артели которых состоял и Рурмис. Они, разумеется, не испытывали восторга, наблюдая, как мальчишка, выглядевший как чистокровный имперец, играючи в одиночку облавливает их в несколько раз. И выслушивать выговоры от Эша по этому поводу — тоже неприятно.
К тому же я долго водил Рурмиса за нос, не выдавая свою технологию ловли. Он, конечно, не самый умный человек, но мог догадаться, что его примитивно дурачат.
Вот и огорчился.
Но как-то он очень уж сильно оскорбился из-за конкуренции. Этот урод пытается не просто меня избить, а покалечить. Спасает то, что параметры у него, как и у большинства простолюдинов, бедноватые и заточены на Выносливость и Силу. «Рукопашный бой» он, может, и открывал, ведь этот навык повсеместно популярен, но вряд ли поднял его выше третьего ранга. Да и третий — очень сомнительно. В его возрасте до таких высот в лучшем случае поднимают два-три умения, причем не какие зря, а ключевые, критически важные для выбранной профессии. Ну а зачем простому работнику убийственные кулаки.
У меня «рукопашный бой» поднят до одиннадцати. А это прилично даже для профессиональных воинов, перешагнувших через третий круг, что осуществимо лишь на двадцать первой ступени просвещения. Им ведь знаки навыков даются нелегко, вот и развивают в первую очередь работу с оружием. Меня же дефицит трофеев почти не ограничивает. Поставь нас друг против друга в честном поединке на кулаках, я легко уделаю тщедушного Рурмиса за пару минут или даже быстрее — без шансов. Пусть он далеко не нулевка, но сомневаюсь, что выше десятки поднялся. Не выглядит прилично развитым, да и не просто так его держали в фактории на последних ролях. Рядовой омега, который в лучшем случае может превосходить меня по количеству атрибутов, но серьезно проигрывает по их наполнению. В сочетании с прибавками от Хаоса (а теперь еще и от Смерти) даже это сомнительное превосходство спорно.
То есть он уступает мне во всем, кроме количества ступеней и, следовательно, объема резервуара ци. Но этот параметр полезен при защите от ментальных воздействий и при использовании навыков, которые потребляют много Тени.
В бою против меня это не имеет значения.
Но боя нет и не предвидится. Этот неуклюжий неудачник совершенно безнаказанно пытается колотить по зубам и глазам, жестоко задумав вышибить и то и другое. Спасибо, что я столь сильно превосхожу его по Ловкости и «рукопашному бою», плюс «целительство» выручает с повреждениями. Увы, но их не получается избежать, несмотря на все старания. У меня множество рассечений и сильных ушибов, сломан нос и, похоже, пара трещин в ребрах. Но по ним протоптался не Рурмис, а та орава серьезных мужиков, которая скрутила меня на крыльце.
Рурмису мои ребра неинтересны. Ему нужно лишь лицо. Если и достается всему прочему, то только изредка, когда он, негодуя из-за того, что уже кулаки разбил, а инвалида в жертву не превратил, пинает меня куда попало.
Несмотря на сложность ситуации, я пытался понять, во что, собственно, вляпался. Однозначно можно сказать, что прихватили меня не за историю с задушенным Татаем. Похоже, обиталище Эша — это ловушка, в которую попадаются все те, кто пытается добраться до главы фактории. Других объяснений случившемуся не нахожу. Тот непроглядный полог перед зданием прикрывал головорезов, принимающих всех, кто приближается к крыльцу. Плюс в нем скрывались тела казненных.
Хотя не уверен, что именно тела. То есть питаю надежду, что казнен всего лишь один человек, а не множество.
И можно ли это вообще назвать казнью? То, что я видел, больше похоже на захват поселка. Среди тех, кто меня вязал, а потом гнал пинками в эту кладовку, я почти не заметил знакомых лиц. Два стражника, с которыми ни разу не общался, просто помнил благодаря хорошей памяти, да Рурмис. Всех остальных наблюдал впервые, и похожи они на этого типа, который заглянул в каморку с куском пирога в руке. То есть облачены в легкие доспехи, при оружии, кожа на открытых участках сильно загорелая. А некоторые разговаривали с ярко выраженным акцентом, который живо напомнил мне безрадостные тринадцать лет почти растительного существования.