Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Навык — это мое основное преимущество. Это то, что я даже не оценивал перед боем. Потому что не сомневался — Рикко в этом до меня далеко. Даже если у него рукопашный бой открыт, вряд ли поднят выше четверки.
А это очень далеко от меня.
Боль и неожиданность не заставили Рикко замереть. Он без промедления развернулся, бросаясь за мной.
Навстречу облаку песка, выпущенного ему в лицо из моей левой руки.
  
Низкая Ловкость не способствует повышению реакции. К тому же люди, совершающие столь омерзительные преступления, так что их ловят в считаные дни, явно не страдают от избытка интеллекта. В общем, ни осознать, ни зажмуриться Рикко не успел, и его атака заглохла, толком не начавшись.
Отскочив, он начал суетливо протирать глаза. А я, разумеется, не стал позволять ему заниматься этим в тишине и спокойствии.
Подскочив, подпрыгнул, пропуская под собой ногу, которой противник попытался пнуть вслепую. И, приземляясь, активировал «смертельное удержание», одновременно нанеся удар в висок. По моим расчетам, если Рикко не сумеет отдернуть голову, есть шанс неслабо повредить ему череп. Да, костяшкам кулака при этом тоже достанется, но ущерб выйдет несопоставимый.
Отбитый кулак — ерунда. Целителю бояться мелких травм не стоит.
Навык не сработал, голова ушла в сторону. Я достал ее смазанным ударом, но всего лишь рассек бровь, пустив первую кровь.
Блин! Как так?! Ведь до тридцати пяти процентов шанс успеха поднял. В случае с секачом он был гораздо ниже, но все получилось. Вот и решил, что вероятность рассчитывается в мою пользу, а не строго по цифрам.
Увы, это не так.
Как оказалось в следующий миг, мне не повезло дважды. Рикко тоже ударил, подловив меня в самый неудачный момент. Я как раз приземлялся, а с гравитацией не поспоришь. То есть не смог полноценно маневрировать. Попытался извернуться и заблокировать, но схлопотал в сомкнутые предплечья так, что рухнул как подрубленный, несколько шагов прокатившись по песку.
И даже не попробовал остановиться и вскочить, наоборот, позволил себе прокатиться как можно дальше, к самому краю круга. Это требовалось для реализации следующей части плана, по которому я пытался вести сражение. В этом моменте был риск, что достанется на орехи от зрителей, ведь нас предупреждали, что приближаться к оцеплению чревато. Но я ведь не рвусь наружу, и к тому же противнику не очень-то симпатизируют. Вон какими ругательствами поливают, даже Мелконог заслушался. Потому рассчитывал, что обижать меня не станут.
Расчет оправдался. Меня не только не угостили тумаками, а наоборот — помогли подняться. Да так быстро потянули наверх, что я едва успел сделать то, ради чего сюда прикатился.
Здешняя сосна на вид ничем не отличается от тех, с которыми я имел дело в первой жизни. В том числе она быстро теряет нижние ветви. Они засыхают и отламываются в плохую погоду.
Возле поселка отламываться они не успевали или успевали не все. Это потому что жители охотно их собирали. Отличный хворост для растопки и быстрого приготовления еды. Для его заготовки не требуется ничего, кроме крюка на веревке, и весит немного.
Ветка этой сосны сгнить не успела. Ее отломали от ствола, при этом в сторону отлетел отщепок: плоская деревяшка длиной в полторы ладони, с одной стороны неровная, оторванная, с другой гладкая, закругленная, потому что это внешняя часть ветви.
И оба конца получились острыми и скошенными, будто жало шприца. Только без отверстий.
Бой у нас без оружия, но распорядитель поединка не заикнулся про запрет использования подручных предметов. Вон песок я уже применил, и никто по этому поводу никаких мер не предпринял.
Скрывая щепку за предплечьем, я развернулся в сторону Рикко.
Вовремя. Его глаза все еще не в порядке, верзила продолжает их тереть одной рукой. А другую руку сжимает в кулак, надвигаясь на меня.
Бой надо закончить быстро. Очень быстро. Желательно сейчас, потому что следующая часть плана слишком затратная по усилиям. Лучше до нее дело не доводить.
Я обманно дернулся влево, затем вправо и тут же бросился в ноги Рикко. Тот действительно заторможенный, хоть и успел ударить, но поздно, кулак прошел над моей макушкой, без ущерба взъерошив волосы.
А я завалившись на колени, резко взмахнул рукой снизу вверх. Бить надо с максимально возможной скоростью, только так есть шанс преодолеть защиту кожи и неширокой прослойки мускульной ткани.
Если анатомия аборигенов идентична нашей, есть шанс повредить бедренную артерию. Или паховую — не помню уже, как она точно называется.
Сработало. Рикко вскрикнул, когда деревяшка погрузилась в его плоть.
Развивая успех, я попытался провернуть импровизированное оружие в глубокой ране. Неказистая деревяшка сначала было послушалась давлению руки, а затем переломилась с треском, оставив мне несерьезный обломок.
Я в отчаянии попытался врезать туда же, развернув остаток щепки другой стороной. Но тут сверху прилетел столь внушительный удар, что перед глазами потемнело, а затем Рикко пнул меня в голову, отбросив в сторону на пару метров. С такой дурью врезал, что сам на ногах после такого не удержится. Всем телом отработал, на убой бил.
Это не кино, это жизнь. Я рисковал, так тесно сблизившись с сильным противником. И вдвойне рисковал, оставаясь у него под ногами так долго.
И за такую глупость я заслужил нокаут. После такого удара не поднимаются. Не зря зрители хором охнули, понимая, что, скорее всего, это все.
Не угадали, я выдержал, сознание не потерял. Откатился в сторону, легко вскочил. В голове чуть шумит, да и глаз начало зализать кровью, но других последствий нет.
Чудеса?..
Не угадали — никаких чудес.
Навыки — наше все. Зря я, что ли, столько трофеев на них слил.
Рефлекторно вызвал ПОРЯДОК и убедился, что у меня осталось меньше половины запаса теневой ци. Навык «железная кожа» забирает на себя большую часть ущерба, но при получении урона стремительно расходует запасы. Еще пара таких ударов, и работать перестанет.
Но пока что умение меня защищает. Я не потерял сознание и даже не «поплыл», я готов продолжать бой.
Рикко, похоже, тоже пострадал не сильно. Вон как резво подскочил.
Чтобы тут же с криком свалиться…
Кусок древесины, торчащий в ноге, не очень радует когда совершаешь резкие движения, напрягая мускулатуру бедра. Мой противник только что в этом убедился.
Это заставило его действовать рефлекторно. Рикко ухватился за торчащий из раны обломок, заорал с болью и гневом, пытаясь вытащить скользящую в пальцах окровавленную деревяшку.
Еще один вопль, и ему удалось.
Но при этом случилось еще кое-что. Вслед за деревом, покидающим рану, выплеснулась струя крови. Не сказать, чтобы обильная, но и тонкой струйкой не назовешь.
Хорошо ударила, под давлением.
Артериальным давлением.
Картина омерзительная и одновременно прекрасная. Я добился своего. Зря Рикко избавился от деревяшки. Ему стоило оставить ее в ране и смириться с неудобствами. Ведь все равно оставался сильнее меня, мог гонять и дальше, сбивая «железную кожу» и изматывая.
Теперь не измотает. Он сам еще не понял, что, хоть ничего и не делая, будет стремительно терять силы.
И жизнь.
К чести Рикко, даже когда до него начал доходить весь ужас его положения, он не сдался. Прихрамывая, упорно гонялся за мной по тесному кругу. А я не принимал бой, я уворачивался, отскакивал, уходил всеми способами. Тянул время, пока противник орошал песок кровью.
Если он меня схватит, это может закончиться печально. Дури у него хватает, успеет удушить прежде, чем его доконает кровопотеря.
  
Пару раз я успевал ускользнуть почти чудом. Отчаяние придает не только силы, но и скорость, неповоротливый противник почти сравнялся со мной. Но мне или везло, или рукопашный бой отрабатывал вложенные в него трофеи. Рука Рикко лишь чиркнула по голому плечу в одном случае и оцарапала бок ногтями в другом. Будь на мне полный комплект одежды, мог бы зацепиться за ткань. Повезло, что организаторы этого омерзительного состязания оставили нас голыми выше пояса.