Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

И странного вида сумка. Скорее даже сумочка. На Земле такую можно было бы назвать женской, но это верно только для размера. Очень уж вид у нее брутальный, грубый. Ни малейшего намека на красоту, создателей не интересовало ничего, кроме функциональности. Слабый пол, как правило, старается подбирать вещи поэлегантнее. Почти такую же вещь я видел у Кучо — казначея фактории.
Сумка походила на огромный кошелек или, скорее, на книгу в металлическом переплете, застегнутую на простой и надежный запор. Но, чтобы разглядеть эти подробности, пришлось выбраться наверх и отмыть находку в ближайшем болотце.
  
При вдумчивом рассмотрении переплет оказался металлическим лишь частично. Всего лишь толстая тугая кожа, частично покрытая жестью из красноватой бронзы или похожего металла. Из него же был изготовлен запор, оказавшийся не столь примитивным, как казалось ранее. Он не просто не позволял раскрыть сумку, он выступал своего рода аналогом застежки-молнии, предохраняющей содержимое от пыли, грязи и прочих негативных факторов.
Несмотря на то что сумка не раз и не два побывала в потоке воды, уходившей из пещеры после ливней и таяния снегов, и пролежала в трещине явно не один месяц, замок открылся безукоризненно.
Пока я чистил и открывал сумку, Бяка разве что на голове не приплясывал. Он не сомневался, что, если в трещине алые гранаты жменями валяются, внутри сумки окажется что-то куда более ценное. Рубины, изумруды, алмазы и прочие дорогущие местные камни, которым я кое-как подбирал земные названия.
Пустая прихоть для человека, давно научившегося мыслить на чужом языке. Но почему-то не смог полностью от нее отказаться.
Наверное, потому, что родные слова — последняя нить, связывающая меня с домом.
Первым моим домом. И единственным. Здесь я им пока что-то не обзавелся. Усадьба для меня была если не тюрьмой, то мрачной лечебницей для безнадежного больного. А фактория не более, чем первое попавшееся убежище.
Запор и вправду эффективный, грязью содержимое не запачкало. Камней в плоской сумке не оказалось: ни драгоценных, ни обычных. В ней лежало всего четыре предмета: шелковый мешочек с какими-то черными, остро пахнущими крупицами; сложенный квадратный лист тонкого пергамента, запечатанный бумажный свиток и кожаный чехол с нехитрыми принадлежностями для письма.
— Это что за гадость? — спросил я, протягивая Бяке мешочек.
Упырь понюхал и скривился:
— Не знаю. Раз это держат в мешочке из шелка, оно должно быть дорогим. Но запах плохой. Не пахнет дорогим. Плохая сумка, нет ничего дорогого.
Я показал бумажный свиток и пергамент:
— А это, по-твоему, что?
— Это тоже недорогое.
— Эх, Бяка-Бяка, тебе действительно надо много учиться. Очень может быть, что это важная информация, а информация может оказаться дороже любых денег.
— Так мы богаты?! — встрепенулся упырь.
— Еще не знаю.
— А когда узнаешь? — крайне заинтересованным тоном уточнил Бяка.
— Для начала надо посмотреть, что нам досталось.
Свиток я вскрыл не сразу. Первым делом изучил оттиск печати. Походило на то, что кто-то попросту приложил перстень к горячему воску, из-за чего возник характерный вдавленный рисунок. Как я его ни крутил, ничего заслуживающего внимания не заметил. Но на всякий случай запомнил, как выглядит.
Свиток оказался письмом, в котором меня сильно заинтересовала каждая строка.
Куча интригующих сведений.
Жаль, не всегда понятных.
«Приветствую тебя, почтенный друг мой Тавтрий. Надеюсь, дела у тебя идут прекрасно, все родные живы и здоровы, семья процветает.
Ну а я прежде всего докладываю, что дела у меня идут не очень хорошо. Эта старая шахта нас всех едва в могилу не свела. Гаммила больше нет, как и половины его людей, также мы потеряли Аксара и Младшего Гута. И еще у нас почти не осталось тех калек, которых ты прислал прошлой весной. Дохнут они здесь быстро, а работают медленно. Поэтому добыли мы немного.
Также нет больших успехов с посевами итиса. Что мы только ни делали, успехов почти нет. Чего-то ему в здешней почве не хватает. Пустой зелени поднимается много, но семян он дает мало, и все они мелкие. Золото мыть на северном ручье так и не начали. Не хватает рук. Так что думай над этим. Сами мы тут рабочих набирать не сможем, сам понимаешь, а Имб в этом деле не помощник, договариваться с ним себе дороже выйдет. Ты ведь помнишь, какой он упрямей. Даже от денег за итис отказался.
Хочу разведать маршрут по прямой тропе к Черноводке. Надеюсь, что получится вывезти итис по нему мимо Имба. Поэтому срочно посылаю к тебе Сибза с тремя надежными парнями. Объясню ему дорогу, дам карту. Он мужик дотошный, не заблудится. Больше ничем помочь ему не смогу, у меня тут каждый человек на счету. Но Сибз и в одиночку должен справиться, помощники ему понадобятся, только когда придется перебираться через реку. Сам он на плоту с течением не справится. Он пойдет тропой ночных тсурров. Сможет безопасно идти днем по местам, которые держат эти твари. Там из хищников показываются только крысоволки, ведь они тупые на всю голову и потому ничего не боятся. Но с крысоволками Сибз спокойно разберется, да и парни помогут донести итис и немного кристаллов. Так что все должно дойти в целости. Ну а если не дойдет, не взыщи. Я сделал все, что смог. Даже если сам пойду к тебе со всеми людьми, это не значит, что мы дойдем наверняка. Сам знаешь, эта земля проклятая, она умеет брать плату кровью. С тех пор как мы потеряли тропу рогачей, у нас большие трудности с поставками. Мы все вывозим только через Имба, а у него свои правила. И эти правила нам мешают. Если не выгорит с новой тропой, я не знаю, как нам жить дальше. Надо что-то делать, или придется бросить затею с итисом.
Вот список того, что должен принести Сибз:
алый гранат дурного качества
37 малых камней
19 средних камней
8 больших камней
1 очень большой камень размером с малое куриное яйцо. Без трещин, но много пузырьков в одной части, а в другом несколько крупных черных включений
алый гранат доброго качества
8 малых камней
3 средних камня
1 большой камень
4 мерных мешка цельных мелких семян итиса. Это все, что собрали за сезон. Мешки тройные, навощенные, каждый понесет по одному. Дурь отличная, жаль, что ее так мало. Мы рассчитывали, что выйдет мешков двадцать. Не знаю, как это поправить. Нам нужен хороший мастер урожая. Ищи такого. Без него мы бессильны.
Еще, Тавтрий, напоминаю, что у нас скопилась изрядная куча доброй и худой хромовой руды. Вывезти ее нет никакой возможности, она лежит попусту под навесами и в погребах. Ты еще не придумал, как с ней поступить? У меня есть мысль попробовать плавить самим. Но понадобятся особые мастера, и нужны кое-какие материалы, которых здесь нет. Мастеров, конечно, тоже нет. Но мысль мне кажется хорошей, ведь добрый металл занимает во много раз меньше места, зато по цене сильно превосходит руду. Вывозить руду через Имба трудно. Он с нас слишком много берет, а стоит руда не так много. Почти в убыток получится, нет смысла связываться.
Я тебе еще раз скажу, что нам надо что-то решать с Имбом и его шакалами по вопросу доставки именно руды. Тропа ночных тсурров вообще для этого не подходит. Руду ведь по ней придется нести на себе, лошади там не пройдут. И слишком велик риск, что появятся другие твари. Там такие гиблые места, что злейшего врага страшно посылать.
Нам нужна нормальная дорога. Попробуй как-нибудь надавить на тех, кто работает с Имбом на юге. Делай что хочешь, достань его через них. Тогда ему придется с нами считаться.
  
Но если не получу от тебя быстрый ответ, попробую еще раз хорошенько пообщаться с Имбом. У меня ведь не останется выхода, только с ним как-то договариваться. Но это нежелательно, ты ведь знаешь его цену и тупые принципы. С ним по некоторым вопросам договориться вообще не получится. Его не переубедить, у него самый твердый лоб на севере. Хотелось бы его прирезать, давно напрашивается. Но если не будет Имба, все еще хуже станет, сам понимать должен.